В день, когда съёмки «Wise» возобновились.

На этот раз обошлось без кадров, где директор с важным видом поучает на сцене: сразу после объявления в общежитии высшего и низшего классов перешли к основному контенту.

"Не к тому сценическому выступлению, после которого кто-то выбывает, а к традиционному айдольскому мероприятию, которое проходит заранее."

После социальной рекламы и журнальной фотосессии настала очередь следующего испытания...

— На этот раз вас ждёт уличный концерт.

— Вау!

— Серьёзно?..

Похоже, директор успел о чём-то договориться с городской администрацией. Как бы там ни было, выступать предстояло на временной сцене, установленной прямо в центре Мёндона.

「 О, звучит интересно! 」

Для зрителей – возможно. А вот для участников...

「 А? Разве мы не будем просто снова исполнять уже готовые номера? 」

Будем.

"Но состав изменился."

Кто-то выбыл, кто-то пришёл вместо него. Значит, придётся заново перестраивать рисунок выступлений, менять позиции и распределять партии.

— Концерт состоится в эту пятницу, в шесть часов вечера!

И, судя по съёмочному графику, на подготовку – два дня.

"То есть, не спать всю ночь/"

「 …… Адская работа…. 」

Так что очередной аврал был неизбежен.

Даже если мы с теми, кто сохранил память, освоим материал быстрее остальных, уйти отдыхать заранее всё равно не получится. Постановку нужно отрабатывать всем вместе.

"Хотя есть человек, которому предстоит работать ещё больше моего."

Именно он сейчас заговорил со мной, пока я раскладывал вещи возле кровати. Фактически именно он руководил постановкой танцев в будущей дебютной группе LeTi.

— С возвращением, хён. Я был уверен, что ты скоро вернёшься.

— Ага. Спасибо.

Сегодняшними съёмками Рю Гону окончательно вернулся в класс «Сильнейших». Шин Джэхён тепло встретил его, при этом не забыв встать так, чтобы камера всё прекрасно видела, и протянул руку.

"Как всегда, не упускает ни одной возможности."

Я пожал руку Чонрё, соседу по кровати, который ни разу не покидал комнату высшего класса, и мы обменялись коротким взглядом на камеру.

"Похоже, он намерен продолжать продвигать этот образ."

Образ безупречного лидера, который ни разу не выпадал из «Сильнейшего» класса.

Впрочем, если сохранять такой образ достаточно долго, он сам становится историей персонажа.

— Деление на классы – всего лишь временное решение программы. Неважно, кто сейчас где находится. Давайте работать так, будто мы все дебютируем вместе.

— Да!

Интересно, сколько раз он уже использовал эту вдохновляющую речь.

Следующие два дня я наблюдал, как этот тип старательно изображает заботливого старшего товарища, одновременно выжимая из остальных максимум сил.

А в день концерта.

「 О-о…! А народу уже собралось немало! ]

Ну конечно, ведь объявили о концерте за три часа – это же почти открытое приглашение.

Как только информация разлетелась по интернету, поклонники сразу примчались.

"Да и случайных прохожих здесь хватает."

Мёндон есть Мёндон – туристов, особенно иностранцев, увлекающихся K-pop, здесь было предостаточно.

В те годы продюсеры особенно любили кадры, где иностранная публика восторженно реагирует на айдолов. Наверняка и на это рассчитывали.

Как бы то ни было, для участников выступление на открытой площадке перед настоящей публикой стало настоящим событием.

— Перед выходом давайте крикнем наш девиз!

— Yes I am! «Wise», вперёд!

После этого мы поднялись на небольшую сцену, где буквально несколько минут назад студенты одного университета исполняли концерт для скрипки.

— А-А-А-А!

Совсем другие овации.

Никакой студийной выверенности – только живые крики, возгласы поддержки, восторженные визги.

Солнце.

Ветер.

Запахи города.

Выступление под открытым небом ощущалось совершенно иначе.

"Будто снова работаешь на фестивале."

Правда, было странно, что весь сет-лист состоял исключительно из чужих песен.

И, похоже, не только мне пришла в голову эта мысль.

За пределами кадра, возле зоны ожидания, Рю Чону, айдол со стажем в пять лет, который всего за два дня успел и заново разучить заглавную песню, и закрыть все пустующие позиции в командных номерах, тихо пробормотал:

— Даже соскучился...

Ча Юджин недовольно скривился.

— Хочется уже наши песни исполнять.

Оба специально говорили без подлежащего – если микрофоны случайно уловят реплику, никто не поймёт, о чём именно речь.

Я лишь медленно кивнул.

— Гону-хён!

— М?

Разминавшийся рядом Ким Рэбин с крайне серьёзным видом наклонился ко мне.

Точно... У него ведь память не вернулась. Не хватало ещё, чтобы он решил, будто происходит что-то подозрительное.

— Возможно ли, что заглавная песня была внезапно исключена из программы концерта?

— ...Что?

— Если Ча Юджин говорил о «нашей песне», то логично предположить, что речь идёт об общей композиции участников, то есть о главной теме проекта. Однако выражение «хочу её исполнить» подразумевает, что сейчас это невозможно. Следовательно, можно сделать вывод, что песню убрали из сет-листа...

Я с трудом удержался от вздоха.

— Он имел в виду, что хочет поскорее её исполнить. Тематическую песню ставят в самый конец.

— ...А! Вот оно что. Благодарю за подробное объяснение.

И всё-таки Рэбин – явление совершенно уникальное. Даже жаль, что камера это не засняла.

"Вернись к нему сейчас память – наверняка бы потом мучился угрызениями совести, считая, что получил нечестное преимущество, и всё было бы написано у него на лице."

Похоже, даже если Ким Рэбин выпадет мне в системе выбора союзников прямо сейчас, пробуждать его способности стоит только после окончания шоу.

В итоге, мини-концерт продолжался почти пятьдесят минут.

Ближе к концу мы снова исполнили номер, который когда-то стал решающим поединком с Джин Чэюлем. 

Правда, уже без тех самых матросских костюмов – на этот раз все были в обычных бейсбольных куртках. Видимо, директор всё же уступил общественному мнению. Несмотря на первоначальные планы, убрать песню из программы он не решился.

Что и говорить – капиталистическое решение, достойное главы агентства.

Сам Чэюль, похоже, просто радовался тому, что его наконец признали достойным.

— Похоже, директор Ким Тэин посмотрел наше выступление несколько раз и наконец оценил его по достоинству! Думаю, как только он увидит сегодняшний номер, сразу поймёт, насколько он хорош...

— Вот-вот!

Джин Чэюль, весело хихикающий вместе с Шин О, выглядел точь-в-точь как во времена VTIC.

У этого парня каждый раз, когда в эфир просачивалась его беззаботная, солнечная натура, неизменно появлялись новые поклонники. Людям нравилось, что он казался человеком без тени мрачности.

Ещё во времена VTIC материалы, фиксировавшие именно такие моменты с ним, стоили недёшево. Впрочем... спрос на него всегда был.

"Без проблем пройдёт дальше."

Сделав для себя этот вывод, я помахал зрителям и спустился со сцены.

Под конец концерта.

— Спасибо вам!

— А-А-А-А-А!

— К-И-И-А!

Когда закончилось даже выступление с заглавной песней, зрителей стало так много, что они уже мешали проходу. Толпа притягивала новую толпу.

"Хотя, возможно, людям просто нравилось кричать вместе со всеми..."

— ГОНУ-У-У!

— ТЫ ТАКОЙ КРАСИВЫЙ!

...Спасибо.

Как только кто-то выкрикивал моё имя, я обязательно реагировал. В конце концов, кому неприятно слышать комплименты?

А когда камеры вдоволь наснимали реакцию публики… продюсеры наконец объявили сюрприз, о котором участников заранее не предупреждали.

— А теперь приглашаем на сцену самых преданных зрителей, пришедших сегодня на наш внезапный концерт!

— Что?!

— Прямо сейчас?

Импровизированный фанмитинг.

"Я так и думал."

Ещё перед выходом на сцену я заметил, что нескольких человек организаторы отвели в сторону и подвели поближе.

— Кхм...

— Проходите... вот сюда...

Я молча покачал головой, глядя на лица участников, которые вдруг сами начали волноваться сильнее зрителей.

"Давненько такого не было."

После дебютного шоукейса, когда в меня прилетела пластиковая бутылка, подобных спонтанных мероприятий со случайно выбранными людьми почти не устраивали. Слишком велик был риск.

Вскоре зрителей начали приглашать на сцену по двое-трое.

Каждый подходил к тому участнику, за которого болел.

— А-а-а! Что мне делать?!

— Подойдите сюда, поздоровайтесь со мной.

— А-а-а!

Я пожимал руки тем, кто подходил ко мне, а иногда легко обнимал их.

Почти все дрожали – то ли от волнения, то ли от восторга. Наверное, потому что всё происходило на глазах у огромной толпы.

"В этом... ничего не изменилось со времён Пак Мундэ."

А что изменилось?

— Ой... вы такой красивый...

— Спасибо... Постараюсь... соответствовать?

— Я так счастлива...

«Красивый» звучало намного чаще, чем «милый».

И, что интересно… никто не просил, скажем, ткнуть пальцем в щёку.

"Может, потому что людей выбирали случайным образом?"

Или потому, что здесь не только закоренелые фанаты айдолов, но и зрители шоу. Не знаю, но ощущение, что ко мне относятся осторожнее.

Иными словами – менее раскованно.

"Или всё дело в том, что у Рю Гону слишком серьёзное лицо?"

Хотя жаловаться мне было не на что.

Как бы то ни было, организаторы всё рассчитали удачно – не оказалось ни одного участника, к которому вообще никто не подошёл.

Даже к Рю Чону, которого зрители успели увидеть в эфире совсем недавно, тоже нашлись желающие.

「 Вот это… когда через несколько лет оглянешься назад, поймёшь, что это был невероятно удачный опыт, да? 」

Эй, мы не собираемся торчать здесь несколько лет.

「 А, ой. 」

Пока возле меня никого не было, я болтал с Кындалем и спокойно ждал следующего человека.

— Приглашаем последних участников!

И вот на сцену поднялись последние три-четыре зрителя.

— ...!!

Стоило первой девушке сделать шаг на сцену, как я сразу её узнал.

Это была...

「 О! Это же твоя фанатка! 」

Да. Моя.

То есть... фанатка Пак Мундэ из TeSTAR.

Как я её узнал?

"Она ведь была первой."

Первой Хоммой фансайта, которая на презентации «Idol Inc.» с невероятным упорством просила меня ткнуть её пальцем в щёку.

Потом мы ещё встретились, когда я в костюме собаки фотографировался возле рекламного щита.

Да и после этого виделись не раз. Такое трудно забыть.

「 Ого~ И здесь вы встретились! 」

...И правда.

На мгновение я едва не расслабился, но тут же снова взял себя в руки. Лицо осталось совершенно спокойным.

"Если сейчас её узнаю – буду выглядеть как полный псих."

Спокойно. Делай вид, что ничего не происходит.

「 Я за нас обоих радуюсь! Я же видел её только тогда, когда был системным окном! 」

Раз уж этот болтун восторгался за меня, самому вмешиваться уже не требовалось.

Тем временем девушка уверенной походкой направилась к участникам. Подошла прямо ко мне. И...

Прошла мимо.

— Здравствуйте!

...Подойдя к Джин Чэюлю.

— Я правда-правда за вас болею! Вы такой милый, такой классный, вы лучший! Чэюль, пусть у тебя получится всё, чего ты захочешь!

— А-а-а! Спасибо огромное!

— ...

Я молча поправил стойку.

Так и закончился фанмитинг Рю Гону.

***

Вообще-то я всё понимал.

Внешность Рю Гону и Пак Мундэ довольно сильно отличается. Как ни смешивай, различия в облике есть.

И дело было не только во внешности, ведь образ, сложившийся у публики, тоже отличался.

"Неудивительно, что и поклонники будут разными."

Иными словами, вовсе не обязательно, что человек, которому нравился Пак Мундэ, полюбит и Рю Гону.

「 Хён… 」

Всё в порядке.

Как раз после концерта и до начала следующего задания образовалось несколько свободных часов – съёмочная группа готовилась к продолжению.

...Раз уж появилось время, стоит привести мысли в порядок.

Заодно напомнить себе, что здесь происходит.

"Ну и идиот."

Это ведь не реальность.

С чего я вообще решил, будто всё само собой пойдёт точно так же, как раньше? Даже в настоящем мире никто не обязан продолжать поддерживать айдола всю жизнь. Это личный выбор каждого.

И размышлять тут больше не о чем.

...Как айдол Рю Гону – не Пак Мундэ. Нельзя забывать об этом.

「 Для меня ты в любом облике остаешься классным! Правда! 」

Это потому, что ты до смешного бескорыстный.

На самом деле даже зная, что это один и тот же человек, вполне можно предпочитать только один его образ.

Да и вообще – речь ведь не о настоящих личных отношениях.

Когда ты просто болельщик, который наблюдает со стороны, это совершенно естественно.

「 Не обязательно! У тебя наверняка есть что-то твое как у айдола. Даже если внешность изменилась, всё равно что-то остаётся... 」

— ...

Я читал всплывающее окно, старательно подбиравшее слова поддержки, и вдруг поймал себя на мысли, что даже для него это... слишком.

Особенно если посмотреть на ситуацию с его стороны.

"Тебя... правда совсем не задевает, что я занял ещё и тело, которое ты с таким трудом довёл до успешной сдачи экзамена на госслужбу?"

「 ……. 」

Ладно, он может не испытывать ко мне неприязни, но хотя бы отвращение к ситуации должно быть. Сам-то он висит без тела, а я распоряжаюсь сразу двумя.

Окно едва заметно задрожало.

「 Но... честно говоря, мне правда всё равно. 」

Я молча следил за тем, как буква за буквой появляются новые строки, и почувствовал странное несоответствие.

Он говорил это не для того, чтобы меня успокоить. Он действительно так думал.

И, кажется, сам удивился собственным чувствам.

「 Это... ненормально? Я не знаю... Может быть, потому что я уже не человек... 」

"Ты человек."

Я перебил его сразу.

"Человек, который так переживает за других, не перестаёт быть человеком."

「 Н-нет... мы ведь уже не совсем чужие... Спасибо... 」

Похоже, мои слова его успокоили – всплывающее окно снова стало таким же привычным, как всегда. Но у меня в голове, наоборот, всё запуталось ещё сильнее.

"Можно ли считать, что у него всё больше стирается чувство собственного «я»..."

Возможно, дело в том, что единственный человек, с кем он может говорить в этой ситуации, – это я, а со мной он почти не обсуждает самого себя, и это только усугубляет процесс.

Но, блять, у меня и самого сейчас в голове каша, и я даже не знаю, с чего начать.

"Жалкое зрелище."

Я тихо сел в коридоре, где не было камер, опустил голову и закрыл глаза. И собирался сидеть так, пока моя голова не переварит всю ситуацию.

Не знаю, сколько прошло времени, когда раздался негромкий голос.

— Извините… вы в порядке?

Не участник. Похоже, кто-то из персонала.

Наверное, увидел парня, неподвижно сидящего посреди коридора, и решил проверить.

— Да.

Я слегка кивнул, показывая, что скоро сам приду в себя и вернусь.

Надеюсь, они не побегут за камерой… хотя это же телевизионщики. С них станется.

И, как назло, я услышал лёгкие шаги, словно кто-то пробежал по коридору, а затем вернулся.

Ну всё. Сейчас вернутся с оператором.

— Вот.

Но перед самым лицом вдруг поднялся… тёплый пар.

Я открыл глаза. Передо мной был бумажный стаканчик, над которым клубился горячий воздух.

— Когда мне плохо или просто нет сил, тёплый напиток всегда помогает почувствовать себя лучше.

Чья-то рука держала белый одноразовый стакан, внутри которого плескалась тёмная жидкость.

— Конечно, всем помогает разное... но тепло приятно каждому. Попробуйте немного.

Я взял стакан и сделал глоток.

...Горячий шоколад.

Подняв голову, я встретился взглядом с человеком перед собой.

— Ну как?

Чёрные волосы.

— Говорят, даже тем, кто обычно не любит сладкое, в такие моменты становится легче. Может... выпьете ещё немного?

Передо мной стоял Сон Ахён – таким, каким он был в свои двадцать с небольшим.