На съёмочной площадке «Wise» вовсю шли репетиции.

Со стороны казалось, что стажёры были полностью поглощены подготовкой к финалу и думали лишь о предстоящему выступлению. Но это не означало, что за кулисами не велись свои разговоры.

Главной темой оставался один вопрос: кто из участников, оказавшихся внизу рейтинга, сумеет выжить?

— За кого голосовать будешь?

— Не знаю. Посмотрю по ситуации.

Пусть голосование и было анонимным, во время интервью участники всё равно осторожно пытались выведать мнение друг друга.

— Вы уже решили, кому отдадите голос?

Один из участников «Слабейшего» класса тоже отделался дежурным:

— Пока ещё думаю.

Но на самом деле был уверен, что всё уже давно решено.

"Если можно выбрать двоих – о чём тут думать?"

Сложно было бы, если бы требовалось определить одного, кто останется, и одного, кто вылетит. А когда можно проголосовать и за лучший, и за запасной вариант, какие вообще могут быть сомнения?

"Просто не голосуй за тех, кого не хочешь видеть дальше."

Одного кандидата он уже мысленно вычеркнул.

— Да ты совсем охренел, ублюдок?!

Ну уж нет.

"Кто захочет потом работать с психом, который посреди обеда внезапно бросается избивать людей?"

Он и представить не мог, что всё это – от самой драки до того, как о ней узнали остальные, – было аккуратно подстроено Шин Джэхёном, знавшим о скандале с избиением, который должен был случиться через три года.

Поэтому одного человека он исключил почти автоматически.

Оставалось трое. И выбрать ещё одного из них оказалось ещё проще.

Тот, с кем ты меньше знаком.

Тот, с кем почти не общался.

Тот, кто вообще никогда не жил жизнью обычного стажёра.

Новенький из дополнительной группы. Рю Чону.

"Да он и без моей помощи прекрасно устроится."

Никакой личной симпатии он не вызывал. Не был старым знакомым. Не был человеком, к которому хотелось тянуться.

"Значит, остаётся проголосовать за двух остальных."

Большинство прежних стажёров уже пришли к одному и тому же выводу: выбрать двоих, которых знали ещё до шоу, – тех, чьё исключение оставило бы неприятный осадок, – самый безопасный вариант.

Тем более сами кандидаты тоже участвовали в голосовании, а эти двое давно дружили между собой и уже успели создать вокруг себя нужную атмосферу.

"Так всё и закончится."

Придя к этому выводу, участник снова развалился отдыхать, наслаждаясь короткой передышкой между репетициями. Именно в этот момент...

*Щёлк.*

Дверь репетиционной открылась.

— ...Вот поэтому и сложно решить, за кого голосовать.

— Да, согласен.

Знакомые голоса.

"А?.."

Лежавший за массивной акустической колонкой участник вдруг понял, что вошедшие его не видят.

Это были Рю Гону и Чон Удан, которые продолжали разговор.

— Уже решил, за кого?

— Ну... хён, вы ведь собираетесь голосовать за Рю Чону-хёна?

— Пока да. А ты?

Не подозревая, что находятся не одни, они разговаривали совершенно свободно. Сам того не желая, участник затаил дыхание и начал прислушиваться.

— Думаю проголосовать за Дахвана-хёна.

— А...

Ким Дахван.

Один из тех двоих, кого он сам собирался поддержать.

Разговор неожиданно коснулся именно того, о чём он только что размышлял, так что участник невольно сосредоточился ещё сильнее.

— Это удобно. Хотя танцевальная позиция сейчас, по-моему, уже слишком переполнена.

Рю Гону ненадолго замолчал. Похоже, только сейчас вспомнил, что поблизости нет камер, поэтому продолжил совсем непринуждённо:

— Хотя нас это не касается. Мы же вокалисты.

— ...!

Позиции?..

— Да. Если придёт сильный человек и общий уровень вокала вырастет, нам это только на руку.

— Верно. О таких вещах пусть уже директор думает.

А…

После этого они быстро договорились проголосовать за своих кандидатов и, решив, что репетиционная всё ещё пуста, вышли.

— Остальные ещё не пришли.

— Мы слишком рано. Тогда пока зайдём...

*Бах.*

Дверь закрылась, но мысли участника уже беспокойно кружились вокруг услышанного.

Танцевальная позиция переполнена...

"А ведь это правда."

Из оставшихся участников вокалистов было всего четверо, включая этих двоих, рэперов – и вовсе один парень из «Резервного» класса с пугающей внешностью, зато танцоров – целых семь. 

И этого было слишком много, особенно с учётом того, что наверху рейтинга уже сидели настоящие монстры – Шин Джэхён и непонятно откуда взявшийся Ча Юджин из «Резервного» класса.

"...Мест не останется."

Почти двукратная разница.

Участник, сам бывший танцор, невольно сглотнул. Но ещё сильнее зацепили другие слова: «О таких вещах пусть уже директор думает.».

Не зрители, не участники – именно директор будет собирать финальный состав, а значит, он наверняка станет учитывать баланс позиций. Если так...

"Тогда всё действительно плохо."

Он крепко прикусил губу.

Когда человеку предоставляют свободу выбора, он почти всегда находит разумное объяснение тому решению, которое выгодно лично ему. Особенно если прямо перед глазами висит такая награда, как дебют.

Ответ пришёл почти сразу.

"...Конкурентов лучше убрать. Я же не дурак."

Танцоры-кандидаты на вылет должны уйти именно сейчас.

Он ещё несколько секунд колебался, но потом резко поднялся и выбежал в коридор.

***

Из вокальной репетиционной, расположенной напротив, за этим спокойно наблюдали Рю Гону и Чон Удан.

— И правда побежал.

— Ага.

— Вы были настолько уверены, что это сработает?

— Угу.

Рю Гону коротко усмехнулся – он был уверен лишь в одном: в собственном положении.

Самой высокой узнаваемости среди участников, популярности, навыках и вдобавок – явном расположении директора.

"Другому участнику трудно просто взять и проигнорировать мнение человека с таким весом."

Здесь работала не дружба и даже не симпатия, а авторитет и иерархия.

Если начать убеждать напрямую, человек может упрямо встать в оборону. Но если заставить его самого сделать вывод...

"Когда человеку кажется, что он самостоятельно всё проанализировал и дошёл до истины, он верит в это гораздо сильнее."

На самом деле избыток танцоров вовсе не означал проблемы. Если концепция группы этого требовала, директор вполне мог сделать ставку именно на дэнс-лайн. Но теперь никто уже не сможет чувствовать себя настолько уверенно.

Разумеется, говорить об этом Рю Гону не собирался, поэтому он лишь спокойно произнёс:

— Готов поставить деньги, что уже завтра настроение у всех изменится.

— Обычно я не поддаюсь на столь сомнительные предложения сделать ставку. Но, учитывая ваше положение ключевого игрока, из уважения воздержусь от возражений.

— …

Рю Гону предпочёл промолчать.

Удан тем временем, кажется, искренне впечатлился. Подперев подбородок рукой, он задумчиво произнёс:

— Вам, похоже, нравится изучать человеческую психологию. Со мной иногда бывает то же самое. Любопытная привычка.

— …

Рю Гону не стал отвечать и вместо этого мысленно переключился на следующую цель, которую ещё предстояло обработать.

Тем временем в другом конце коридора происходило то, чего даже он предвидеть не мог.

— Ой!

1. Участник, бежавший по коридору, споткнулся.

— Ай!

2. Он почувствовал боль в лодыжке.

— Вы в порядке?

3. Возвращавшийся после интервью Рю Чону стал свидетелем этой сцены.

— Подождите. Не двигайтесь.

И без малейших колебаний бросился к нему. Он среагировал почти машинально – именно так, как его когда-то учили на тренировках.

— Болит здесь?

Он быстро проверил, где именно ощущается боль.

— Похоже, мышцу просто свело от резкого напряжения. Серьёзной травмы, скорее всего, нет, так что не волнуйтесь.

Он говорил спокойно, опираясь на собственный опыт спортсмена. Затем сбегал в ближайшую комнату отдыха, нашёл обезболивающий спрей и протянул его пострадавшему.

— Возьмите.

— А... Да. Спасибо.

И на этом всё – он не стал читать нотации, не начал давать советы, просто ушёл. 

Для самого Рю Чону это была совершенно обычная, почти бытовая доброта, то, что он сделал бы для любого.

Но обстоятельства сейчас были особенными.

— Хм...

Распылив спрей и осторожно поднявшись на ноги, участник невольно задумался: спокоен, надёжен, быстро ориентируется в ситуации – не зря всё-таки бывший национальный спортсмен.

"Если окажусь с таким в одной команде... на него действительно можно положиться."

И потом, он ведь вокалист, а значит, прямым конкурентом не является.

Если подумать, раз он всё равно не собирается голосовать за Ким Дахвана, то остаются всего двое – Рю Чону и тот псих, который бросается на людей из-за любой мелочи.

Тут вывод напрашивался сам собой.

"...Уж лучше человек, который умеет работать в команде, чем этот придурок с явными проблемами с контролем гнева."

Участник незаметно поправил слова, которыми собирался поделиться с другими насчёт голосования, и медленно пошёл по коридору в сторону общежития.

***

А через несколько дней настал долгожданный финал.

[ - Наконец-то! ] 

[ - И посмотреть хочется, и страшно ㅠㅠ Надеюсь, с ребятами всё будет хорошо… ]

[ - Говорили, выпуск будет огонь. Это правда? ]

Пока зрители с нетерпением ждали начала развязки, директор лично вышел объявить участников, прошедших по итогам внутреннего голосования в порядке убывания.

— Участник, получивший в общей сложности одиннадцать голосов и проходящий на финальную сцену...

[ - Ого, с огромным отрывом. ]

[ - Наверное, кто-то из старых стажёров? ]

[ - Может, Дахван? ]

Пока зрители строили догадки, на экране показали кадры голосования.

И наконец прозвучало имя.

— Рю Чону.

— ...!!

Одиннадцать голосов из двенадцати. Именно Рю Чону первым обеспечил себе место в финале.

По сути, если не считать единственного голоса, отданного участником, который сам находился на грани вылета, это была практически абсолютная победа.

[ - ???? ]

[ - Одиннадцать голосов... Рю Чону? ]

[ - Это вообще реально? ]

Зрители были ошеломлены, но, увидев, как остальные участники спокойно аплодируют ему с искренними улыбками, быстро всё поняли.

[ - Видимо, характер у Рю Чону просто золото. ]

[ - Вот что значит настоящий душа компании. ]

[ - Они что, до гшоу вообще почти не были знакомы? ㅋㅋㅋ Вот это да. ]

Но Пак Мундэ был удивлён совсем по другой причине.

"Что?.."

Он не ожидал, что Рю Чону буквально сметёт всех.

"Думал, максимум восемь-девять голосов."

И тут же вспомнил. Рю Чону ведь не бросает слова на ветер.

— Голоса я добуду сам.

И действительно. Рю Чону просто был уверен в том, что пользуется уважением окружающих.

Даже без всех хитростей, которые затеял Пак Мундэ, он всё равно без труда занял бы второе место. Значит, его уверенность вовсе не была пустым самомнением.

"...Он действительно умеет работать с людьми."

Даже в «Idol Inc.» он постоянно оказывался лидером.

"Наверное, и сейчас произошло примерно то же самое."

Пак Мундэ с лёгкой улыбкой признал собственную ошибку.

Немного покраснев, Рю Чону всё же серьёзно произнёс речь после объявления результатов.

— Я оправдаю доверие товарищей и сегодня покажу на финальной сцене выступление, достойное нашей команды.

Пак Мундэ, сейчас носивший лицо Рю Гону из TeSTAR, с искренним удовольствием зааплодировал своему лидеру.

Затем объявили ещё одного вокалиста, после чего определились двое окончательно выбывших.

Жестоко. Но поскольку оба и так находились в самом низу рейтинга, бурной реакции не последовало.

[ - Ох ㅠㅠ ]

[ - Хоть бы дали им выступить – жестоко ]

[ - Надеюсь, они дебютируют где-нибудь ещё – они ведь ещё молодые! ]

Дав зрителям несколько секунд, чтобы прочувствовать этот момент… финал продолжился.

~Yes I am!~

Началось главное выступление.

Поскольку четверо участников, находившихся под угрозой вылета, заранее подготовили обе версии хореографии для своих партий, десять человек на сцене выглядели абсолютно органично.

И зрители, как и полагается в финале любого шоу на выживание, моментально захлестнули трансляцию эмоциями.

[ - ㅠㅠ ]

[ - Пусть дебютируют все!!! ]

[ - Тэин, ещё не поздно! Господин директор, спаситель кей-попа, пожалуйста!!! ]

[ - Тэин, ну хоть сейчас прими нормальное решение! ]

Десять участников – вовсе не так много. В наше время дебютируют группы и по одиннадцать, и по двенадцать человек, и почти каждый писал об этом – потому что казалось, выкинуть просто некого.

Но лицо директора Ким Тэина, сидевшего в кресле жюри, ничего не выражало.

И пока зрители продолжали заваливать чат мольбами, шутками и проклятиями, камера вдруг плавно ушла в сторону и задержалась на зрительном зале.

На человеке в маске, лицо которого всё равно казалось до боли знакомым.

[ - ??? ]

[ - Эй... ]

[ - Это же... ]

[ - Это Ли Седжин?! ]

В первом ряду стоячей зоны, а вовсе не среди приглашённых гостей, стоял красивый мужчина со скрещенными на груди руками.

[ - Да вы издеваетесь... ]

[ - Что здесь делает Ли Седжин?! ]

[ - Это правда он! ]

[ - Он что, тоже из Leti? ]

[ └ С чего бы ㅋㅋㅋ ]

Ли Седжин. Вернее… Бэ Седжин – актёр, который в этом мире ещё не сменил имя.

Человек, почти не появлявшийся в медиа и прославившийся тем, что годами снимался исключительно в кино, внезапно оказался среди зрителей финала мужского айдол-шоу.

Неудивительно, что комментарии мгновенно взорвались.

А стоило режиссёру или оператору узнать знаменитого актёра, как камера начала возвращаться к нему снова и снова.

~Who can be a STAR?~

Каждый раз, когда между кадрами выступления на одну-две секунды мелькал Ли Седжин, комментарии переключались то на участников, то на него самого.

Потому что его реакция была слишком красноречивой. Стоило определённому участнику попасть в кадр, как он широко распахивал глаза или нервно сглатывал.

[ - Он болеет за Рю Гону. ]

[ - Точно. ]

[ - И Ча Юджин ему явно нравится. ]

[ - Ли Седжин любит талантливых – я тоже. ]

[ - Да при таком списке он просто красивых парней любит ㅋㅋㅋㅋㅋ ]

Даже те зрители, которые обычно терпеть не могли, когда во время концертов показывают публику, неожиданно заинтересовались загадочным актёром.

[ - У него на лице буквально написано, кого он поддерживает. ]

[ - Боже, почему в реальной жизни он так плохо играет ㅋㅋㅋㅋ ]

[ - Теперь понятно, почему ему так удаются роли психопатов. Он настолько погружается в любимую тему, что всё остальное перестаёт замечать. ]

[ └ ㅋㅋㅋㅋㅋㅋㅋㅋㅋㅋㅋㅋ ]

Вскоре этот небольшой эпизод закончился, но фотографии и короткие видео моментально разлетелись по социальным сетям и привлекли немало внимания.

[ - Это то самое шоу, которое смотрит даже Ли Седжин? ]

[ - За кого мне болеть? Быстро говорите. ]

[ - Что за шоу вообще? Даже зрительского голосования нет. ]

Пока в эфир стекались новые зрители, заинтересованные неожиданным появлением актёра, финал завершил исполнение обеих песен и подошёл к своей кульминации.

А кульминация подобных шоу никогда не обходится без ещё одной обязательной детали – сочувствия и слёз.

И существовал проверенный способ вызвать их.

На экране появилась надпись:

[ «Неожиданные письма для стажёров». ]

В притихшей студии раздался тёплый голос мужчины средних лет.

— Юншин, у тебя всё хорошо?

Семья.

— ...!

Сидевший в зрительном зале Бэ Седжин едва не стиснул зубы.

"...Только не это."

На экране одно за другим мелькали короткие видеозвонки и записи голосов родственников.

"Только бы..."

Бэ Седжин не знал всех подробностей настоящей семьи Пак Мундэ — а точнее, нынешнего Рю Гону. Но того, как он реагировал всякий раз, когда разговор заходил о родителях, было достаточно, чтобы понять всё.

Что история Рю Гону мало чем отличалась от истории самого Пак Мундэ.

"...Интересно, а здесь?"

Они никогда не говорили об этом, поэтому Бэ Седжин, чувствуя, как по спине выступает холодный пот, переводил взгляд с огромного экрана на Рю Гону, стоявшего на сцене.

Тот молча смотрел перед собой, не меняясь в лице. И именно в этот момент...

— Гону… как ты там?

Экран погас, а затем на нём появилось имя Рю Гону.

— Эти люди прислали нам письмо, чтобы мы смогли связаться с ним.

[ «Письмо с антарктической исследовательской станции». ]

Комментарии посыпались мгновенно.

[ - Ого! Родители Рю Гону – оба учёные? ]

[ - Антарктическая станция?! Вот это уровень! ]

[ - Неудивительно, что он такой умный. Настоящая элитная семья. ]

[ - Везёт же... Родился с золотой ложкой во рту. ]

(Прим. переводчика: здесь упоминается так называемая «теория ложек» — калька с корейского «수저 계급론», социальная метафора, разделяющая людей по уровню дохода и наследственному богатству.

Согласно этой метафоре, общество делится на «золотые ложки» (родившиеся в богатых семьях), «серебряные», «бронзовые» и «деревянные/земляные/грязные ложки» (выходцы из бедных слоёв). )

Рю Гону лишь слегка опустил голову.

Со стороны казалось, будто он растроганно вслушивается в голос родителей. Но Бэ Седжин, проживший рядом с ним не один год, мгновенно понял, что скрывается за этим жестом.

"Он терпит."

Бэ Седжин медленно сжал кулаки.