В том, как живёт Сон Ахён в этом мире, я уже успел разобраться.

"Потому что он постоянно мелькал."

В новостях. Интервью, журналы, видеохостинги…

Стоило ввести в поиске всего три буквы – «Сон», – и первым же в подсказках появлялось его имя. В этом смысле всё было почти так же, как в реальности.

Вот только ключевые слова были совсем другими.

…Потому что здесь Сон Ахён не бросил балет.

[ Сон Ахён стал победителем Prix de Lausanne… Будущее корейского балета выглядит многообещающе ]

[ Балет тоже переживает Халлю? Сон Ахён: «Я просто честно делал своё дело» ]

(Прим. переводчика: «Халлю» (кор. 한류, буквально «корейская волна») — глобальный феномен стремительного распространения южнокорейской массовой культуры за пределами страны. Он охватывает музыку (K-pop), телесериалы (дорамы), кино, моду, косметику, кухню, видеоигры и вебтуны.

Prix de Lausanne (Приз Лозанны) — это один из самых престижных в мире международных балетных конкурсов, который ежегодно проходит в швейцарском городе Лозанна. 

Участвуют в нем танцовщики в возрасте от 15 до 18 лет. Часто оттуда вербуют в другие мировые труппы по типу Королевского балета (Великобритания), Парижской оперы, Американского театра балета, Большого театр, Мариинского театра и тд. )

Начав с призовых мест на престижном международном конкурсе для подростков, он затем один за другим выигрывал различные соревнования и в итоге оказался в зарубежной балетной труппе.

Парень и без того был на редкость привлекательным, так что стоило алгоритмам подхватить его выступления, как он быстро стал известен и в Корее. Потом были ток-шоу, несколько рекламных контрактов…

Поэтому я был уверен, что, пока Рю Гону не дебютирует, пересечься с ним мне не доведётся.

И вот теперь сам виновник неожиданно появился передо мной и заговорил.

Без единой запинки. Голос был тем же, что я помнил, но манера речи – куда более сдержанной и отточенной.

— Может, принести вам вместо этого кофе?

— …Нет.

Будто кто-то с размаху огрел меня по голове.

"Блядство."

Я допил горячий напиток до конца и тихо сказал:

— Спасибо. Было очень вкусно.

А теперь, пожалуйста, уходи.

— Хорошо…

Но Сон Ахён не ушёл. Он молча сел рядом.

"Что он делает?"

Я машинально оглядел его. Чёрная водолазка, больше похожая на повседневную одежду, неуложенные волосы.

Совсем не тот вид, в котором пришёл бы на съёмки айдол.

— …

Впрочем, я и без того понимал, почему Сон Ахён выглядит именно так.

Я уже давно знал, в какой момент его жизнь разошлась с жизнью того Сон Ахёна, которого я помнил.

[ Список выпускников средней школы искусств Сехва ]

"Среди однокурсников не было Чэ Содама."

Здесь Сон Ахён был другого возраста и просто не встретился с Чэ Содамом ещё в художественной школе.

Поэтому спокойно окончил её, продолжил заниматься балетом и так и пошёл по этому пути. Не свернув в сторону.

— Н-на самом деле… продолжать заниматься балетом было сложно. Телосложение… тоже стало проблемой.

Когда-то он объяснял, что бросил балет из-за стоп, таза и других физических особенностей. Но, похоже, дело было не только в теле.

Раз сейчас, несмотря на те же природные данные, он продолжал успешно танцевать.

"…Именно поэтому я и не пытался с ним связаться."

Да и как? Это выглядело бы противоестественно. А если бы мы всё-таки встретились, что я мог ему предложить?

Человеку, который уже добился профессионального успеха в совершенно другой области, причём примерно в том же возрасте, что и в моей реальности.

…Даже если пробудить его, это принесёт ему только смятение.

"Я собирался просто оставить его жить своей жизнью и пройти игру без него."

Я молча смял бумажный стаканчик и поставил его рядом. В этот момент рядом снова раздался голос:

— Если я помешал вашему отдыху… простите.

— Нет, вовсе нет.

Нужно было придумать хоть какое-то объяснение.

— Просто удивился. Не ожидал встретить здесь… сонсэн-нима.

Получилось так, будто я обращался к олимпийскому чемпиону, хотя он вовсе не спортсмен. Но, наверное, это не имело значения.

(Прим. переводчика: Сонсэн-ним (선생님) — вежливое уважительное обращение в корейском языке, которое буквально переводится как «господин учитель» или «господин мастер». Распространено в качестве обращения к спортсменам и учителям.)

— Спасибо, что беспокоились.

— А… Да.

Он едва заметно улыбнулся и уже собирался что-то сказать, как в кармане завибрировал телефон.

*Тр-р-р.*

Выражение его лица стало слегка неловким.

— Если можно… пожалуйста, никому не говорите, что видели меня здесь. Я допустил ошибку.

— Конечно.

— Спасибо. Ах…

Сон Ахён зачем-то даже поднял мой пустой бумажный стаканчик, после чего ответил на звонок и быстрым шагом поспешил по коридору. Даже уходя, он успел обернуться и вежливо кивнуть мне вместо прощания.

Похоже, внутри он остался всё тем же человеком.

「 Почему Сон Ахён-ним… здесь?.. 」

Я мысленно вздохнул.

"Да всё очевидно."

Мы встретились посреди коридора съёмочного павильона, где вовсю готовили площадку. И он попросил сделать вид, что мы не виделись. Значит, он участвует в программе.

И не как закулисный консультант по хореографии, а как полноценный приглашённый гость.

Например… Да. Как судья.

***

— Темой сегодняшнего выступления станет «Искусство» .

Съёмки возобновились.

На сцене директор снова с воодушевлением вещал в микрофон.

Если отбросить его длинную речь о том, что певцам иногда приходится участвовать в совместных проектах и памятных концертах, поэтому они обязаны уметь передавать глубокий художественный замысел, смысл был предельно прост: «Мы пригласили специальных гостей из мира искусства. Так что будьте добры использовать их по полной.» 

"Среди них наверняка будет и Сон Ахён."

И действительно, ещё до объявления случайным образом сформированных команд директор представил их как «специальных судей».

Сначала на сцену вышли признанный мастер поп-арта, затем дирижёр симфонического оркестра…

— И, наконец, артист балета Сон Ахён-щи.

— Вау!

Стоило ли вообще приглашать такого человека в шоу, где собирают мужскую айдол-группу, – вопрос отдельный. Но сам директор, похоже, был в полном восторге.

Ча Юджин хлопнул меня по спине.

— Хён, ты видел?!

— Видел.

"У меня так-то глаза есть."

К счастью, бурную реакцию Ча Юджина все восприняли как обычную телевизионную эмоцию.

В конце концов, для внутреннего шоу агентства состав приглашённых гостей действительно выглядел впечатляюще.

"Похоже, программа стала успешнее, чем раньше. Вот и бюджет увеличили."

Из знакомых здесь был только один человек.

Я перевёл взгляд на Чонрё, но тот, разумеется, уже надел своё безупречное «лицо для камеры».

Заметив мой взгляд, он широко улыбнулся – словно подавал мне условный сигнал, предлагая вместе восхититься составом специальных судей.

"Да он даже реакционные кадры не упускает."

Во всех возможных смыслах невыносимый тип.

"Хотя эту улыбку можно истолковать и по-другому."

Я открыл окно статуса и вызвал раздел «Список союзников».

"Ну-ка… может, хоть так удастся понять, о чём он думает…"

「 Шин Джэхён: усердно участвует в съёмках (^-^) 」

— …

Нельзя сделать это хоть немного подробнее?

「 Хён! У союзников тоже есть право на личную жизнь! 」

А, точно.

Я недовольно цокнул языком и закрыл окно.

Хотя было заметно, что Кындаль нарочно пытался меня отвлечь своими всплывающими сообщениями. Наверняка из-за того, что перед съёмками я сидел один в коридоре, уткнувшись в себя.

"Сейчас-то уже всё в порядке."

Да. Съёмки хороши тем, что на время работы всё остальное будто исчезает. Остаются только время, площадка и задача.

Когда полностью переключаешься на работу, голова начинает мыслить исключительно в сторону цели. И становится гораздо тише.

"Впредь никаких лишних мыслей."

Ну увидел старого знакомого – и ладно.

Та девушка, что когда-то первой стала моей фанаткой… судя по всему, тоже живёт неплохо. Пусть этим всё и закончится.

Я спокойно стал ждать объявления своей команды.

— Каждый из приглашённых судей будет не только оценивать вас, но и выступит наставником. Поэтому сейчас мы разделим вас на команды, закрепив за каждым наставника.

"Понял уже."

Имена участников начали объявлять одно за другим.

Всего сформировали четыре команды по три человека. До определённого момента всё шло вполне обычно. Разве что Рю Чону и Чонрё оказались в одной группе.

Пока очередь не дошла до меня.

— Рю Гону, Чон Удан… и Джин Чэюль.

— …!

— Ваш наставник – артист балета Сон Ахён.

— …

Сон Ахён.

И вдобавок Джин Чэюль.

"Только сказал, что на съёмках всё нормально, как тут же решили поднять уровень сложности?"

Похоже, это командное задание задумали исключительно для проверки моего терпения.

***

— Хён, наконец-то мы в одной команде!

— И правда. Давайте хорошо поработаем вместе.

— Да! Я очень постараюсь!

Чэюль выглядел необычайно воодушевлённым. И сам сразу объяснил почему.

— Кажется… директор и правда изменил своё мнение! И на концерте разрешил нам выступить с той песней, и теперь снова поставил нас в одну команду!

Думать можно что угодно. Если благодаря этому он в хорошем настроении – уже неплохо.

Хотя директор наверняка вовсе не проникся нашей сценой в матросских костюмах.

Я ещё раз окинул взглядом состав команды и наставника.

"Понятно."

Он специально собрал нас так, чтобы окончательно похоронить образ с матросским выступлением.

С балетным артистом лёгкий концепт вроде прошлого уже не поставить. А вдобавок сюда добавили Удана – чтобы сделать атмосферу более серьёзной.

То есть директор хочет, чтобы мы показали нечто куда более сильное, чем тот номер, и полностью перекрыли прежний образ дуэта «Рю Гону – Джин Чэюль».

"Мечтать не вредно."

Если уж кто и получает выгоду от Чонрё – так это он. Как при таком упрямстве во вкусах у директора вообще агентство выжило?

"В любом случае… похоже, мне снова быть лидером."

Особого выбора нет. Двое остальных – бывшие участники VTIC. Они в любом случае будут соглашаться со всем, что предложат.

Да и пора бы снова взять руководство на себя. Если директор ещё раз меня публично похвалит, картинка для шоу получится идеальной.

— Тогда давайте сделаем всё как следует.

— Да-да!

— Хорошо.

Я привычным движением взял лист для планирования репетиции и начал обсуждение.

Сначала – выбор песни из каталога артистов LeTi. А коллаборация… танец.

…Ну да. Всё-таки нашим наставником назначили Сон Ахёна.

К счастью, постановкой хореографии и конкретной аранжировкой займутся специалисты агентства вместе с Сон Ахёном. От нас требовалось лишь придумать концепцию.

Из вежливости я спросил:

— Есть идеи, какой образ лучше всего подойдёт к теме «Искусство»?

Честно говоря, я не ожидал ответа, но к моему удивлению Чэюль поднял руку с таким видом, словно решился на что-то очень важное.

— Э-э… у меня есть предложение!

— …!

Участник VTIC… и предлагает идею?

Что ж, послушаем.

— Не стесняйся.

— Хорошо! Помните… тот концепт, который был у вас во время нашей фотосессии? Ну… с вампирами.

— …Помню.

"К сожалению."

Стоило вспомнить ту съёмку, от которой до сих пор сводило пальцы от стыда, как я едва сдержал тяжёлый вздох.

Хотя, вопреки моим ожиданиям, в интернете фотосессию приняли довольно тепло.

— А что, если сделать что-то в таком духе? Вампиры ведь ассоциируются с благородством и элегантностью… Балет тоже очень элегантный…

— По-моему, звучит неплохо.

— …Да, идея неплохая.

Вот только на самом деле – вовсе нет.

"Почему…"

Я нашёл ответ в странном чувстве дежавю.

Танец и вампиры.

И песня из каталога LeTi.

"А…"

Это слишком похоже на то, что мы делали в первом командном этапе «Idol Inc.».

~Come to me~

~Come to me~

~Сияет рядом с тобой Paradise…~

Именно тогда мы превратили милую песню «To A New World» группы MarshMellow в мрачную, почти хоррор-версию.

"Может, стоит сменить направление?"

Но к этому моменту двое бывших участников VTIC уже увлечённо подхватили разговор. Стоило им дать чёткие рамки того, что нужно и не нужно обсуждать, как они сразу оживились.

— Уже придумали какую-нибудь песню?

— Не знаю… Хотя, может, поискать что-нибудь из репертуара нашего агентства, что подойдёт балету?

— Если речь о балете… Тогда для начала стоит выписать песни, где уже использовались элементы современной хореографии.

— Отлично! Хён, а как вам эта? Подходит?

Если я хотел сейчас всё испортить, нужно было подобрать безупречный момент и привести действительно веские аргументы.

Проблема была в другом.

Разумом я прекрасно понимал, что останавливать их незачем.

"Они же не знают."

В конце концов, никто не знает.

Это ведь не тот мир, где Пак Мундэ участвовал в «Idol Inc.».

Я и сам понимал. Того выступления в этом мире никогда не существовало. 

Даже если мы используем ту же идею, ничего страшного не произойдёт. Но…

"Заткнись."

Что за жалкое нытьё? Перед тобой готовый правильный ответ – просто используй его.

Пока пауза ещё выглядит как вдумчивое размышление, а не начинает казаться странной на монтаже…

Я наконец заговорил.

— Мне кажется, это хороший подход. Я тоже поищу подходящие песни.

— Ура!!

Лицо Чэюля тут же просияло.

Он радостно затараторил, что на этот раз обязательно хочет принести пользу, ведь в прошлый раз мне пришлось почти всё тащить одному, после чего с энтузиазмом зарылся в видеохостинг.

Но сколько бы мы ни перебирали песни LeTi, ничего настолько же подходящего для балетной постановки, как «To A New World», так и не нашли.

Что неудивительно.

Эта песня словно специально была написана для плавной пластики – без ярко выраженных ударных моментов, позволяя движениям свободно перетекать одно в другое.

— …

Впрочем… наверное, этого будет достаточно.

— Давайте ещё посмотрим песни, которые после новой аранжировки могли бы хорошо сочетаться с балетом. Если изменить звучание, это уже будет восприниматься совсем иначе. Хотя бы внесём их в список кандидатов.

— Да-да! Отличная идея!

Я добавил в список ещё несколько вариантов и на этом закончил предварительный отбор.

Но час спустя… Сон Ахён, пришедший как наставник, сказал:

— У каждого танцевального стиля свой ритм. Поэтому, если говорить о конечном качестве выступления, я бы всё же рекомендовал выбрать композицию, в которой элементы современного танца уже использовались изначально.

— Тогда… вот эту?

Чэюль осторожно указал пальцем на название.

[ MarshMellow — «To A New World». ]

Сон Ахён улыбнулся и кивнул.

— Да.

А.

Что ж… тогда всё решено.

— Что думаешь, хён?

— Хорошо.

Остановимся на ней.

— Думаю, получится очень красивое выступление. Я постараюсь помочь, чтобы хореография максимально естественно легла на темп музыки.

— Да!

— Спасибо большое.

После этого он ещё какое-то время подробно показывал отдельные движения, терпеливо объясняя каждую деталь – явно давая съёмочной группе материал для эфира.

А уже перед самым уходом, когда камеры ненадолго переключились на другую запись, Сон Ахён неожиданно подошёл ко мне.

— Простите, что раньше сделал вид, будто мы не знакомы. Мне сказали, что до начала первых съёмок нельзя разговаривать с участниками…

— Ничего страшного. Мы же были на съёмочной площадке. Так и должно было быть.

Я машинально полез в карман спортивной куртки и протянул ему ответный подарок.

— И спасибо за горячий шоколад. Было очень вкусно.

— …Пожалуйста.

Сон Ахён принял виноградную глюкозную конфету.

Казалось, разговор уже закончился и ему пора уходить, но почему-то он продолжал стоять на месте.

Почему – я не понимал.

— Эм…

В этот момент издалека донёсся громкий голос.

— Сон Ахён-щи! Сон Ахён-щи!

— …! А, я здесь!

Похоже, это был кто-то из сотрудников его агентства.

Я коротко кивнул.

— Тогда пойду обратно на репетицию.

— …Да. Ещё увидимся.

Он ушёл вслед за сотрудником.

— …

Я развернулся и направился в репетиционный зал. Предстояло снова отрабатывать «To A New World».

На удивление… я больше ни о чём не думал.

А в следующий раз я увидел Сон Ахёна лишь через два дня – на промежуточной оценке.