Покровительство предков
Даже когда поцелуй кончился, Ю Ын О не открыла глаз.
Он и большим пальцем тёр её губы, и четырьмя остальными нежно поглаживал лицо, и указательным тыкал в щёку — а она лишь вздрагивала, но упорно держала глаза закрытыми.
Усмехнувшись, Ю Сок взял Ын О за руку и закрыл свои глаза.
— Теперь можно открыть глаза.
Подняв веки, Ын О посмотрела на Ю Сока. Зачем-то долго не давал ей открыть глаза, а теперь сам сидел с закрытыми.
— Почему ты так?
— Глаза устали.
Вдруг?
— Так что вам, госпожа Ын О, придётся меня отвести.
На эти слова Ю Сока на лице Ын О проступило замешательство.
— То есть ты будешь держать глаза закрытыми, а мне велишь проводить тебя в главный дом?
Не станет же он среди ночи ни с того ни с сего шутить — и Ын О, подумав, неужели с глазами у него настолько плохо, всерьёз за него забеспокоилась.
В часы, когда наследственная болезнь обостряется, он всегда надевал повязку и гасил свет, и она думала, что он чувствителен к зрительным раздражителям, — но чтобы и глаз толком открыть не мог…
— Очень плохо?
— Это временно. Спадёт жар — и всё вернётся в норму, так что принимать всерьёз не стоит.
Раздумывавшая, не надо ли везти его в приёмный покой или вызвать врача, Ын О немного успокоилась.
— Значит, после часу ты придёшь в норму?
— А спадёт жар поскорее — могу прийти в норму и раньше.
Ю Сок ответил спокойно. Судя по тому, как это прозвучало, лгать, чтобы её успокоить, он, похоже, не лгал.
Глядя на Ю Сока с закрытыми глазами, Ын О потихоньку высвободила свою руку из его большой ладони. А затем подняла руку Ю Сока и переложила себе на плечи.
— Идти, опираясь на плечо, надёжнее, чем просто держась за руку.
И как раз когда, объяснив это, она клала себе на плечо его руку — тяжёлую, потому что мускулистее, чем кажется…
Шеи, к которой прикоснулось предплечье, коснулось нечто чужеродное, что и описать трудно. Даже сквозь одежду она вмиг это поняла. Что коснулось не человеческой кожи, а чего-то совсем иного, чем ткань человеческой кожи… чего-то более твёрдого, холодного и гладкого, чем она.
В тот миг, когда, ещё не успев понять, что же это, она от физиологической дрожи передёрнула плечами, рука Ю Сока тут же соскользнула. Будто и не касалась вовсе шеи Ын О.
— Так слишком уж по-больному. Отклоняется.
Сняв руку с её плеча, Ю Сок как ни в чём не бывало отверг её затею.
Рефлекторно зажав шею ладонью, Ын О пыталась унять часто бьющееся сердце.
Что это было?
Будь это запястье, она бы рассудила, что такое ощущение могло быть от часов или браслета. Но это было предплечье. На предплечье обычно ничего не носят.
Ын О оглядела руку Ю Сока, что только что поднимала и клала себе на плечо. Белая сорочка, но ткань, видно, плотноватая — хоть и промокла под дождём, сквозь неё ничего не просвечивало.
Что же он там под ней прячет?
Может, он, как спецагент из кино, припрятал что-то вроде ножа, закрепив ремешком? Для самообороны. Коснись такое шеи — немудрено и подскочить от испуга.
— Я так и буду стоять в наказании? — спросил Ю Сок как ни в чём не бывало.
Разглядывавшая Ю Сока с подозрением Ын О резко вернулась в реальность. Ей было любопытно, что же коснулось её шеи, но стоять вот так под дождём было выбором не из лучших.
Раз руку на плечо он не хочет, Ын О предложила другое:
— Тогда обопрись о моё плечо, как на трость?
— Я что тебе, Сим Чхон при слепом отце Симе [1]? Отклоняется.
[1] героиня корейской классической повести, образец дочерней преданности; самоотверженно ухаживает за своим слепым отцом, «слепцом Симом».
Ю Сок снова отказался.
Болен так, что и глаз открыть не может, а сам привередничает. И всё же, подумав, что у него хватает сил молоть всякую чепуху и держаться непринуждённо, Ын О в душе успокоилась. Будь ему совсем плохо, он бы не перебирал и постарался как можно скорее добраться до главного дома.
Ну а если ни руку на плечо, ни опереться на плечо ему не по нраву…
Вздохнув, Ын О взяла его под руку. По сути, она обеими руками вцепилась в одну руку Ю Сока — поза, в которой она чуть ли не висела на нём.
— А так?
— Вот это мне нравится…
Наконец-то прозвучало «добро». Больной, а привередлив, — думала Ын О, таща Ю Сока к северному главному дому.
Управляться с мужчиной размером с дверную створку оказалось делом, что отнимало куда больше сил, чем она ожидала.
Усадив Ю Сока на диван, обессилевшая Ын О на миг осела на пол, но снова поднялась. И Ю Сок, и она сама вымокли под дождём, и оставаться так было нельзя.
— Я на минутку включу свет и принесу полотенца.
Когда Ын О вернулась с несколькими полотенцами, Ю Сок — неизвестно откуда взявший — был уже в повязке.
Погасив свет, Ын О протянула Ю Соку полотенце:
— Помыться сейчас не выйдет, так что пока вытрись хотя бы этим.
Приняв полотенце, Ю Сок начал вытираться с головы. Ын О, что наблюдала — не нужна ли помощь, ведь он не в норме, — убедилась, что он прекрасно справляется сам, и вытерлась сама.
Кое-как обсохнув, они сели на диван и перевели дух.
— Одеяло нужно?
— Нет. Я же сказал — вышел оттого, что тело горело.
Хоть он и долго мок под дождём, Ю Сок и виду не подавал, что мёрзнет. А ведь даже Ын О, что промокла меньше, немного зябла. Видно, температура у него и впрямь высокая.
— Впредь так не делай. Простудишься.
— Простужусь — Ю Ын О будет рядом со мной.
На эту беспечную реплику Ын О посерьёзнела:
— Нет. Чтоб вирус не подхватить, я и близко не подойду.
Следить за своим самочувствием — забота каждого. Не уберечь собственное тело и тем досадить другим — это сама докука, какой следует избегать, так что несёт этот мужчина.
— Не слишком ли вы бессердечны к возлюбленному?
— Это ещё не повод болеть заодно с тобой.
На этот твёрдый ответ Ю Сок, словно на миг лишившись слов, помолчал, а потом хихикнул:
— Никуда не годится. Придётся беречь здоровье.
— Само собой.
— А я вот, если Ю Ын О заболеет, буду рядом.
— У меня крепкое здоровье, я почти не болею.
Это была не бравада, а правда. Ын О, бывало, валилась с ног от крепатуры, но мелкими хворями почти не маялась. Настолько, что и не вспомнить, когда в последний раз простужалась. И в пандемию вокруг все переболели, а она одна осталась цела. Оттого, пока не стала жить с усталостным переломом, она и впрямь считала своё тело благословенным.
— Вот как? Видно, вас, госпожа Ын О, оберегает добрая сила.
Как раз когда она было приуныла, от Ю Сока вышли слова, точно у сектанта, что хватает прохожих на улице и обращает их в свою веру. Ну и странный же мужчина. Стряхнув уныние, Ын О усмехнулась и подыграла:
— Добрая сила? Что-то вроде покровительства предков?
— А может, кто-то из предков украл да съел что-нибудь полезное для здоровья, оттого и пошёл из поколения в поколение крепкий род, — лукаво отозвался Ю Сок. Что ещё за выдумка — не просто съел, а именно украл и съел. Над этим до странного конкретным и пустяковым доводом Ын О, смеясь, попеняла Ю Соку:
— С чего ты записываешь в воры чужих предков?
— Желание рассмешить взяло верх, вот и хватил лишку. Прости.
Быстро признал свою вину и извинился. Но отчего же. Эти слова отдались в ней странно холодно, и на неё накатил озноб. Будто температура вокруг резко упала.
Что такое?
От внезапного холода Ын О скрестила руки и съёжилась. Она изо всех сил старалась не подавать виду, но Ю Сок, видно, услышал, как у неё стучат зубы, и заметил:
— Холодно?
— Да. Температура вдруг упала…
— Принесла бы одеяло да укрылась?
— Нельзя. Я же мокла под дождём и не мылась.
Одеяло запачкается.
Ын О, что знала, как бережно прислуга обращается с этим дорогим бельём, и помыслить не могла прислонить немытое тело к одеялу.
— Тогда что ж.
Ю Сок раскрыл обе руки. Не понимая, что он задумал, Ын О лишь растерянно смотрела.
— Ну что же ты? Я тебя согрею — иди обниму.
Ын О, что было засомневалась, от настойчивости Ю Сока убедилась.
Стыдно, конечно, было, но ей и впрямь было холодно, и Ын О осторожно села между ног Ю Сока. И тогда Ю Сок, словно того и ждал, обнял её.
Оттого ли, что из-за наследственной гипертермии температура у него высокая, — большое тело было тёплым-тёплым.
Погрузившись в уют, что, казалось, защитит от любого холода, Ын О подумала, что хотела бы так и оставаться. Но, видно, человеку свойственно, едва станет полегче, заняться посторонним, — и нерешённое, отложенное любопытство тут же подняло голову.
Всё-таки хочу узнать, что же это было — то чужеродное, что коснулось моей шеи?
Раз решилась — лучше сразу перейти к делу. Таков был урок, что Ын О вынесла из всего своего опыта.
Развернувшись, Ын О протянула руку и взялась за руку Ю Сока.
◆ ◇ ◆ ◇ ◆
Спасибо, что дочитали!
Больше глав и продолжение — на сайте:
https://chaptify.ru/novel/sladkaya-tochka-ec7866
Поддержать перевод и читать раньше — на Бусти:
https://boosty.to/novelslab
