Благонравный мужчина

Не поняв, о чём он, Ын О застыла в недоумении.

Ю Сок усмехнулся и пояснил:

— Если не поняли, объясню ещё раз.

Только теперь Ын О вспомнила, что сказала недавно, за просмотром сериала.

«А вы, господин директор, тоже такой? Как этот герой — то и дело… только подвернись случай, в любой момент так и хочется поцеловать…»

Лицо вспыхнуло жаром. Впервые она так остро почувствовала, что однажды сказанного назад не вернёшь. Тогда сделал вид, что не слышал и не ответил, — так зачем же теперь!..

К дрожащей от стыда Ын О Ю Сок придвинулся. Вздрогнув, Ын О выставила обе руки, чтобы его остановить:

— Нет. Я поняла. Раз поняла…

Она хотела сказать «не подходите больше», но Ю Сок вклинился на полуслове:

— Скажите, что не поняли.

— Что? Зачем…

— Чтобы я мог объяснить ещё раз.

От этого ответа Ын О почувствовала, как из её рук, что отчаянно отталкивали крепкие плечи, уходит сила. Отчего — она не знала.

Мужчина перед ней не упустил этой бреши.

Лицо приблизилось — и всё поле зрения заслонил один человек. От чувства, будто все звуки мира исчезли и остался один лишь стук её сердца, Ын О захотелось сбежать. Будто кислорода стало меньше, дышалось с трудом.

От дыхания, что коснулось кожи, по ней пробежала лёгкая дрожь, и, не успей она решить, закрывать ли глаза, губы сомкнулись.

Не то что недавно, когда он отстранился, не дав и ощутить прикосновения. Мягко и в то же время горячо.

Губы у людей вообще такие горячие, или это у этого мужчины температура повыше. Этот вопрос вылетел из головы, едва сквозь чуть приоткрывшуюся щель проникло его тепло.

Вторжение осторожное, но которому нельзя противиться. Всё, что Ын О могла, — уступить дорогу.

В тот миг, когда их языки соприкоснулись и сплелись, вдоль позвоночника пробежала дрожь. Чем гуще они сплетались, будто изначально были одним целым, чем больше смешивалась слюна, тем больше рушился рассудок.

То медленно поглаживает, будто ласково унимая, то сплетается жадно, словно сгорая от нетерпения. От незнакомого ощущения покалывало кончики пальцев. Не зная, куда деть руки, она так и держала их неловко, в той же позе, что отталкивала плечи, но порыв за что-нибудь ухватиться унять было трудно.

В тот миг, когда мягкий кончик языка, щекоча, скользнул по чувствительному нёбу, Ын О, вздрогнув, всё-таки вцепилась в плечи Ю Сока. И тогда она почувствовала, как большая ладонь, что придерживала её затылок, напряглась.

До сих пор Ю Сок полагал, что поцелуй как действие сильно переоценён.

В свете его обычно расписывают как нечто грандиозное, а ведь это всего-навсего трение комка мышц во рту. Чем это отличается от того, чтобы тереться какими-то ещё мышцами? Скорее наоборот — раз есть слюна, это даже немного… противно, разве нет. И всё же символику, что заключена в самом этом телесном контакте — поцелуе, — нельзя было сбросить со счетов вчистую.

Во всём есть свой порядок. Это что-то вроде формальности. Застава, которую надо пройти, чтобы перейти к следующей ступени.

С этими мыслями он и поцеловал её, но… в чувство его привело то, как её рука вцепилась ему в плечо. То есть до того, как Ю Ын О ухватилась за его плечо, он был не в себе. Оттого что рассудок начисто улетучился.

Блядь, до одури же хорошо.

Когда они на миг отстранились, Ю Сок, пожирая глазами тяжело, с присвистом дышавшую Ю Ын О, не выдержал и снова накрыл её губы своими.

Сладко. Дыхание Ю Ын О, чужая слюна, что прежде казалась ему противной, были безумно сладки. Настолько хорошо, что в глазах темнело, — он даже забывал, что задыхается. Будто в голове рассыпались искры.

Выходит, всё это время другие только и делали, что наслаждались этим без меня.

Гнев на безликое множество вскипел было, но, стоило ему осознать женщину перед собой — ту, что сломается в один миг, приложи он силу, — как он улёгся, точно по волшебству. Ю Ын О, вся, целиком, маленькая и хрупкая, которой ни за что не вынести силы, выходящей за пределы человеческой.

Ю Сок нарочно ослабил хватку и постарался быть нежным. Чтобы, возбудившись, не стать свирепым. Чтобы не поранить женщину перед собой. И всё же ему было мало, и он впивался глубже, жадно, ещё глубже.

* * *

Ын О участвовала в сборах в состоянии, наполовину лишившись рассудка.

Изначально она собиралась собрать вещи и съехать ещё до начала сборов. Пойти на стойку регистрации и попросить подсказать, где номера других работниц. Но прямо перед тем, как это исполнить, осознала одну важную загвоздку.

Объясни она положение — госпожа Гым и прочая прислуга её приютят. Но станут любопытствовать.

Тебе по ошибке выделили номер господина директора? Тогда где ты ночевала вчера? Неужто ночевала в его номере, вместе с ним?

Ын О не была настолько наивна, чтобы не понимать, какая буря поднимется, ответь она правдиво.

Чем впутываться в такие пересуды, лучше уж тихо снять жильё где-нибудь в другом месте.

Сборы — три дня, две ночи. Осталось переночевать всего раз, и пусть на самом курорте свободных номеров нет, в других гостиницах поблизости они есть.

Перед выходом она поискала — номеров с пометкой «можно забронировать» нашлось немало. Бронировать она пока не стала, решив сходить, спросить цену на месте, сравнить с той, что показывает интернет, и оплатить там, где дешевле.

Когда после сборов она поужинала с другой прислугой в одном из заведений курорта и поднялась, было уже за семь вечера.

Возвращаясь в номер, Ын О лишь молила, чтобы Ю Сока там не было.

Хоть бы он уехал домой или из-за каких-то дел вернулся в номер уже после того, как я уйду. Встретиться с ним лицом к лицу было бы слишком неловко.

Как же она утром, дрожа, спустилась на первый этаж — и как же выдохнула с облегчением, что Ю Сока там нет. Лучше бы он и вовсе выписался, но, судя по тому, что планшет так и лежал на столике в гостиной, он, похоже, всего лишь куда-то вышел.

Хоть бы его не было. Молясь про себя, Ын О приложила карту-ключ и вошла в отдельную виллу. И, обнаружив Ю Сока, что сидел на диване в гостиной, пришла в отчаяние.

— Вернулись?

— Да…

Она ответила, изо всех сил притворяясь невозмутимой, но сердце у Ын О ёкнуло и упало.

При воспоминании о том, что было ночью, она не могла прямо встретиться с ним взглядом.

Едва проснувшись, она уж так раскаивалась — не передать.

И зачем только я это сделала? Объяснить это можно было лишь хмелем. Так или иначе, отголоски того поступка ещё не улеглись, и от неловкости она готова была сойти с ума.

Весь день на губах, во рту оживало то ощущение, и до чего же ей было от этого не по себе. Стоило вниманию чуть рассеяться, как вспоминалась та настойчивая игра языка…

— Вы поужинали? А я ещё нет.

— А… я поела.

На самом деле она ела через силу и могла бы съесть ещё, но, чтобы не создавать новых точек соприкосновения с Ю Соком, Ын О провела черту.

— Вот как? Я, по правде, тоже поел. Это я схитрил — чтобы, если вы не ели, поесть вместе.

Поднявшись с дивана, Ю Сок с ухмылкой ответил. От этой наглости — он и в лице не переменился — Ын О потеряла дар речи.

Нельзя поддаваться его темпу. Собравшись с духом, Ын О, избегая взгляда Ю Сока, сказала:

— Я… сегодня хочу снять жильё в другом месте и переночевать там.

— Разве не говорили, что на курорте свободных номеров нет?

— Поэтому я пойду в другую гостиницу поблизости.

— Завтра ведь всё равно уезжаем. Что вам с вещами таскаться — побыли бы здесь ещё денёк, а?

Не натвори она ночью беды — это, может, и было бы возможно, но теперь — нет. Ын О молчанием дала понять, что отказывается.

Скрестив руки, Ю Сок постучал кончиками пальцев по своему предплечью — тук, тук — и заговорил:

— Жильё забронировали?

— Нет. Пока…

Честно ответив, Ын О как раз скомкала конец фразы — а Ю Сок, проведя по экрану телефона, куда-то позвонил и сказал:

— Все свободные номера во всех гостиницах рядом с курортом, где я сейчас, забронируйте подчистую. Чтобы никого не могли заселить.

Застывшая от этого нереального распоряжения Ын О с запозданием поняла смысл сказанного и с побледневшим лицом подняла глаза на Ю Сока:

— Что вы сейчас…

— Оттого что я хочу быть рядом с вами, госпожа Ю Ын О.

От этого безмятежного ответа Ын О едва не лишилась рассудка. Деньги-то не её, а всё равно жалко; накатило какое-то необъяснимое сомнение; и это было потрясением.

— А, если поедете не сюда, а куда-нибудь ещё — поеду следом и забронирую всё там целиком, так и знайте.

Это объявление войны лишило Ын О всякой воли к борьбе. Ей хотелось воспротивиться этой немыслимой несправедливости, но мысль о том, что, как ни поступи, итог всё равно будет за этим мужчиной, останавливала её.

— Хорошо, я поняла, так что отмените, пожалуйста, то, что вы сейчас сказали по телефону. Забронируй вы так — и тем, кому и впрямь негде переночевать, может выйти урон.

Когда она попросила об этом, думая, что нельзя плодить невинных пострадавших, Ю Сок шевельнул пальцами, отправил сообщение и убрал телефон в карман.

Ын О, вложив всю личную неприязнь, впилась взглядом в эту невозмутимую, как ни в чём не бывало, физиономию. Добрым взгляд при всём желании не получался.

— Зачем вы так?

— Мы встречаемся — так что хотеть как можно больше быть вместе вполне естественно, разве нет.

— Что?

Встречаемся?.. Кто с кем? С каких пор?

Невозмутимо встретив полный изумления взгляд Ын О, Ю Сок прибавил:

— Я ведь не из тех неблагонравных мужчин, что целуют женщину, с которой даже не встречаются.

◆ ◇ ◆ ◇ ◆

Спасибо, что дочитали!

Больше глав и продолжение — на сайте:
https://chaptify.ru/novel/sladkaya-tochka-ec7866

Поддержать перевод и читать раньше — на Бусти:
https://boosty.to/novelslab