Стена сдвинулась. Беззвучно. Такое невозможно. Значит, стена — это не стена. Наверное, иллюзия, похожая на стену. Можно было бы, конечно, идти, ощупывая всё подряд, но, раз уж есть оборудование, в этом не было необходимости.
— Дарин.
— Уже достал.
Дарин с тепловизором, похожим на камеру, пошёл вперёд. Следуя за ним, он, определяя настоящие стены по температуре, они прошли сквозь то, что казалось твёрдой каменной стеной. За ней под светом фонаря снова показались слабые следы. И на экране шлема замигал сигнал предупреждения о ядовитом газе.
— Если бы мы пришли без снаряжения, здесь бы и умерли.
— Наверное, система защиты от грабителей. Нажмёшь на определённую плитку — вылетят стрелы, или стены начнут сдвигаться.
— Это из историй твоего дедушки?
— В какой-то степени.
Становится жутковато. Словно мы и вправду воры, забравшиеся в пустынный дворец. В этот момент Дарин, легко шедший вперёд, пожал плечами и сказал:
— Здесь мы можем увидеть настоящую систему защиты.
При ближайшем рассмотрении под светом фонаря перед ними показался пол, который был немного чище остального, шириной более метра. Лёгкое несоответствие.
Джакар, порывшись на поясе, достал флягу и легко бросил её. Пролетев около двух метров, фляга благополучно приземлилась на другой стороне.
— Просто перепрыгните.
— Не проверив? Мне уже скучно.
Джакар, проигнорировав скучающего Дарина, кивнул Ханне, чтобы та шла первой. Она, разогнавшись сзади, широко перепрыгнула, за ней — Джакар. А последним, перепрыгивая, Дарин, с потухшими глазами, пошатнулся назад.
Псих, специально!
В тот момент, когда его пятка коснулась края плитки, весь пол шириной около метра провалился, и показалась чёрная дыра. Джакар схватил его за шиворот, и Дарин, повиснув, осветил фонарём то, что было за ним, — почти одновременно.
Дарин, с невозмутимым видом повернув голову и осветив темноту за спиной, увидел на дне острые шипы и висевшие на них клочья одежды, цыкнул языком и, схватившись за руку Джакара, сказал:
— Командир, вы же знаете, я просто хотел посмотреть, можно ли спуститься и так. Так ведь быстрее.
— Знаю, но, прежде всего, это было неинтересно.
Джакар, с силой потянув его за шиворот, отпустил и лениво сказал, и Дарин тоже усмехнулся. Ханна с презрением посмотрела на них и присвистнула.
— Отлично смотритесь, может, и в обычной жизни так ходить будете? Вы двое — просто картинка.
Джакар, скривив губы, на мгновение перестал улыбаться и скучающе произнёс:
— Отвратительно.
— Почему женщинам всегда нравится, когда мужчины так делают?
— Не знаю, может, они слишком любят мужчин.
Она прошла мимо Дарина, который, казалось, всё понял. К счастью, больше безумств, похоже, не предвиделось. Завернув за угол, они наконец увидели закрытую дверь. В отличие от предыдущих, это была не вычурная, а современная охранная дверь. Наконец-то пришли. В тот момент, когда она напряглась, снова зазвонила рация. Из-за того, что они были под землёй, помехи были гораздо сильнее, чем раньше.
— …тридцатый… данные… подтвердить… система ПВО… существует…
— Мы и так слышали, что в подземелье есть оружие. Так как войти?
— Пока и ИИ… не смог… если вскрыть силой, будет самоподрыв… но чтобы только люди могли войти…
Щёлк. К досаде, на этом связь полностью прервалась. Чёрт, так как же войти только людям?
— Йен? Йен, подтверди связь. Тридцатый, подтверди связь.
Сколько бы она ни кричала, ответа не было. Тем временем Джакар приподнял куртку трупа у охранной двери. Насекомые, шурша, высыпались, и из окровавленного кармана что-то выскользнуло. Искусственный цветок. На тёмном фоне он выглядел особенно контрастно… искусственный, сиреневого цвета, один цветок сирени.
На мгновение её взгляд встретился с Джакаром. Она поняла, что он подумал о том же. Брюнель.
Непонятно было, что с ним случилось, но череп у трупа был раздроблен. Следы, по которым мы шли до сих пор, — это его?
— «Подтвердите право на проход биологически».
— …
— Говорит. Что будем делать? Может, он, чтобы доказать, что он человек, собирался вытащить свой мозг и показать?
— Какой там датчик? Отпечаток пальца или сканер сетчатки?
— Нет. Просто дыра размером с кулак. Кажется, если сунуть руку и солгать, то отрубит по запястье.
На его весёлый тон Джакар выпрямился. И прочитал нацарапанную под дырой надпись на гобаланском, которую мог прочитать только он.
— «Нет ничего сильнее красной памяти».
От загадочных слов Ханна нахмурилась. Красная память. Значит, тот мужчина с раздробленной головой пытался извлечь память? Если понимать буквально… то каждый раз, чтобы войти, кто-то должен умереть. Вряд ли они использовали такой примитивный способ.
Живое существо, память, красное…
— Кровь…
От неожиданно сорвавшихся слов взгляды обоих мужчин устремились на неё. По телу пробежали мурашки.
— Генетическое наследие. Поэтому у входа в город, как только ты упомянул королевскую семью, они тут же потребовали это.
Ханна молча посмотрела на лежавший на полу труп. Похоже, он как-то пробрался сюда, но здесь застрял. Потому что он не из королевской семьи.
— Среди твоих родственников случайно нет кого-то по имени Брюнель?
— Боковых ветвей не счесть, но имя не здешнее.
Безучастно ответив, Джакар снял перчатку. Не ту, которую она кое-как обработала, а другую. Достав армейский нож, он без колебаний глубоко порезал руку и сунул в дыру. Сердце забилось. Может, и нет. Может, я просто придумала что-то странное…
В этот момент, от вибрации, прошедшей по полу, пять охранных дверей подряд начали подниматься. Ханна и Дарин, не сговариваясь, подняли оружие. Раз уж есть убитый, значит, кто-то прошёл вперёд.
— …
Но в комнате, открывшейся, когда толстые стены поднялись до конца, не было никого, лишь потолок был усеян экранами. А на центральной платформе — шлем.
Хоть это и была специальность Йена, но и мы не дураки. В отряде по борьбе с Абаддонами на начальном этапе тренировок использовали нечто подобное.
— Проверка мозговых волн.
Джакар заговорил, войдя первым. Ханна кивнула.
— Наверное, потому, что кровь можно использовать и чужую. Они хотели прочитать живой мозг, чтобы убедиться, что это человек. И проверить, не находится ли он под принуждением.
— Скучно. Я ожидал древнее оружие, а это просто симулятор.
— Никто и не говорил «древнее» оружие. Оставь свои странные фантазии и давай действовать. А, принцу нельзя. Если что-то случится, мы не сможем выйти.
— Тогда я.
Дарин с готовностью поднял руку и, с яркой улыбкой, шагнул вперёд. На его лице было не столько чувство опасности, сколько интерес к слову «оружие». Что ж, он много играл в VOD-игры, может, и поможет.
Ханна, немного подумав, кивнула.
— Говори вслух всё, что слышишь и видишь. Если в течение трёх минут не будет реакции, мы насильно снимем устройство.
— Понял.
Дарин, сняв свой головной убор, подошёл к платформе, внимательно осмотрел шлем и тут же надел его. Джакар включил секундомер. Тридцать секунд, минута, полторы, две.
— …«Воспроизводится самое ценное воспоминание из вашей жизни. Чтобы проверить, есть ли у вас воля двигаться в будущее. Если вы захотите остаться в прошлом, система завершит работу».
— «И все эти воспоминания…»
Слова Дарина, говорившего расслабленно, вдруг оборвались. В этот момент на тёмном экране появился мальчик. Грязные платиновые волосы, красно-белая майка. Он сидел на перевёрнутом синем ведре в грязном доме и кричал.
— Люди — это шарики, нужно взрывать их с головы. Бам! Бам! Бам!
В тот момент, когда мальчик, похожий на Дарина, только с родинкой у глаза, широко раскинул руки, экран сменился. Одновременно Дарин сорвал с себя шлем.
— «…транслируются на экран», — говорит. Ха-ха.
Тун, ту-дун! Шлем покатился по полу.
— …
Ханна на мгновение застыла. Кажется, в следующей сцене я мельком видела что-то вроде взрыва. Или показалось?
— По соображениям конфиденциальности я пас. Я тогда был близок с братом, мы поссорились и до сих пор не помирились. Мне больно смотреть, так что я больше не могу.
