Были слышны звуки армейских ботинок, спешно покидающих поезд. Но солдаты, охранявшие последний вагон, стояли перед ним, не двигаясь. Аксель, пристально посмотрев наружу, опустил голову и усмехнулся.
— Интересно? Что будет, если я оставлю тебя здесь.
— …
— А, конечно, ты не останешься один в этой эпохе навсегда. Эта эпоха довольно богата, так что, если я уйду, они, наверное, оставят дверь в палеозой открытой. Тогда у них появится козырь для переговоров с тридцатым миром.
Он, словно глубоко задумавшись, нахмурился и горько улыбнулся.
— Но если я тебя не заберу, кто заберёт?
— …
— За время отпуска тебе и пойти было не к кому? Всё ещё живёшь с женщинами, которые пускают на одну ночь? Я следил, и у меня сердце разрывалось.
— …
— У тебя есть только я, Дарин. Если узнают, кто ты, все с презрением и отвращением разбегутся. Ты и сам знаешь, что это не закончится взысканием или увольнением с позором. Остальная жизнь — это действительно другой мир.
Дарин, с распухшим лицом, безучастно смотрел на приблизившегося брата. Его разбитые губы невольно приоткрылись.
— А, вечно из-за комплекса неполноценности бьёшь людей… кхе, теперь, когда я старше, наверное… всё так жалко и предсказуемо…
— Что?
— Ты меня не оставишь. Я пожил, и понял, что у них такой характер. Те, кто вырос в любви и благополучии, плохо умеют бросать людей, что ли?
В этом смысле о майоре Ханне Таре он судить не мог, но взгляд женщины, протянувшей сигарету, был похож на взгляд Джакара. Тип, который легко протягивает руку, но до конца её не отпускает.
— Всё ещё несёшь бред…
В этот момент послышался звук, словно на поезд что-то посыпалось. Дождь? Нет, погода ясная. Дарин лишь скосил глаза и увидел, как часовые, стоявшие снаружи, получив на головы что-то вроде жёлтой жидкости, похожей на дефолиант, начали ругаться. Протирают лица, трясут головами. Кто-то шутит? Но что это… а?
Внезапно точка, увеличивавшаяся в небе, превратилась в гигантскую стрекозу и вцепилась в лицо мужчины, трясшего головой. Ругань мгновенно сменилась криком. Пока он, корчась, пытался её отодрать, на тело мужчины, который, удивившись, вытащил нож, с неба упало что-то похожее на крылатого таракана. Не одна. На одного человека набросилось несколько десятков, вонзая свои иглы. Прошло совсем немного времени, прежде чем крики за одной стеклянной стеной превратились в ад. Наконец, откуда-то раздались выстрелы. Дарин, увидев рой насекомых, заполнивший небо, широко раскрыл глаза.
Люди, не успев даже зайти в поезд, падали на землю. Аксель, отпустивший его волосы, встал, чтобы оценить ситуацию. И в этот момент окно над длинным сиденьем разлетелось вдребезги.
Среди сыпавшихся осколков стекла послышался звук, словно что-то упало на сиденье. Чёрт побери, тело среагировало раньше головы. Дарин, повернув голову и закрыв глаза, свернулся, уткнувшись лицом под сиденье. Одновременно раздалась ослепительная вспышка и взрыв, и от ударной волны оставшиеся окна и люминесцентные лампы разлетелись вдребезги. Бам!
Хоть он и приготовился в последний момент, но удар светошумовой гранаты был огромен. В белом пятне, оставшемся в глазах, воцарилась вакуумная тишина. Секунда, две, три. Пи-и-и.
Задыхаясь, он первым делом осознал тень человека. Тень Акселя, прикрывшего повреждённые глаза и страдавшего, а затем, подняв голову, он увидел за ним мужчину в чёрной боевой форме, перелезшего через подоконник. Джакар левой рукой схватил правый локоть Акселя, заломил его за спину и правой рукой приставил пистолет к его виску. В одно мгновение. В тот момент, как пошатнувшийся Аксель упал на пол, Джакар, заломив ему обе руки за спину и прижав коленом, приставил дуло к его затылку. Звук, словно вода, вернулся, и его характерный низкий голос прозвучал в пространстве.
— Чисто.
Дарин, безучастно наблюдавший за этим подавляющим захватом, длившимся всего несколько секунд, вдруг издал хриплый смешок. Пытаясь перевернуться и лечь на спину, он почувствовал, что его запястья свободны, и, подняв взгляд, встретился с Ханной, державшей нож. Она, наклонившись, склонила голову и заговорила:
— Голова, ещё не взорвалась, да? Выглядишь так, будто вот-вот отправишься на тот свет.
— Ещё нет. Но, хоть мне и нравится всё горячее и захватывающее, но после такого… кхе, вы сможете всё уладить?
Ханна, безэмоционально моргнув длинными ресницами, дорезала путы на его лодыжках и невозмутимо сказала:
— Не знаю, но раз уж несправедливо ударили, то нельзя не ответить. Наш товарищ ведь попросил его спасти.
──── ∗ ⋅◈⋅ ∗ ────
Первым был Апофис, вторым — Кайфэн. Теоретически, сигнала-маяка было достаточно, но то, что включилось электричество, было выше всяких похвал. Когда Ханна, широко раскрыв глаза, удивилась, мальчик, казалось, обрадовался. Ребёнок, в последнее время любивший играть с ящерицами в болоте, стал умнее и сообразительнее. Но чтобы включить свет во всём поезде. Ходячий Пикачу.
Расстояние специально задали большое. Как и ожидалось, Сирил Харкер для поисков разделил людей ровно пополам. Когда осталось около двадцати человек, настала очередь Кайфэна. Во-первых, то, что он, рискуя быть укушенным насекомыми, набрал сок с дерева, которое показала Ханна, было уже впечатляюще, но ещё более впечатляющей была идея залить его в жидкостный гранатомёт под винтовкой и выстрелить.
Жидкостная бомба, взорвавшаяся над поездом, успешно привлекла рой насекомых. И последний этап — вход и захват.
— И вы думаете, что после такого вам всё сойдёт с рук? Статья девяносто один Военного уголовного кодекса: нападение и угрозы в отношении лица, исполняющего служебные обязанности.
Аксель, с отсутствующим взглядом, заговорил, как добропорядочный солдат.
— В случае боевых действий — лишение свободы на срок до десяти лет. Если преступление совершено группой из двух и более лиц, наказание может быть увеличено на половину.
— Не понимаю, о чём ты. Мы просто помогли вагону, который подвергся массированной атаке насекомых.
На упоминание военного закона Джакар, склонив голову, безэмоционально ответил, ещё сильнее прижав дуло.
— Статья двести пятьдесят восемь-два Военного уголовного кодекса: освобождение от ответственности за нападение при оказании необходимой помощи.
— …
— Несмотря на статью девяносто один, в следующих случаях, даже если имело место нападение или угрозы в отношении лица, исполняющего служебные обязанности, наказание не применяется.
Его взгляд скользнул к потрёпанному Дарину.
— В случае действий, неизбежно совершённых для защиты товарища от неминуемой опасности.
— …
— В случае, когда во время боя необходимо силой увести или обезвредить товарища от атаки противника для сохранения его жизни или выполнения задачи.
Если бы в этом вагоне был товарищ, который мог бы засвидетельствовать обратное, то ещё можно было бы поспорить. Аксель, то ли из-за своего прошлого, то ли для того, чтобы применить насилие, допрашивал Дарина в одиночку. Это был тупик.
Ханна быстро оглядела пустое пространство поезда. Первый и последний вагоны имели одинаковую конструкцию. Самым подходящим местом, чтобы что-то спрятать, были потолочные панели, ящик для спасательного оборудования, и панель для осмотра за кабиной машиниста.
С замком была только панель для осмотра. Подойдя, она вставила ключ, который был в их кабине, и повернула, и показалась чёрная дыра со сложными проводами и клеммами. Внутри Ханна быстро нашла то, что отличалось от их вагона. Обычный человек, подумав, что это связано с поездом, мог бы и не заметить. Но, наверное, это оно. Ханна, взяв USB размером с палец, хитро спрятанный, вставила его в шлем, который нашла поблизости, и надела. Как и ожидалось, устройство потребовало ввести пароль.
Она уже собиралась подать сигнал Джакару, как вдруг увидела, как Дарин встаёт. Ханна вдруг заговорила:
— Колфорд. Скажи все пароли, которые использует твой брат.
Запястье бешено вибрировало. Сирил, направлявшийся к координатам, понял, что что-то не так, возвращался. Времени на то, чтобы выбить пароль из Акселя, не было. Кто-то подал сигнал о помощи, или Сирил оказался умнее, чем они думали. Быстрее, чем ожидалось.
— Попробуйте «Янус». Буква U заменяется на V. IANVS.
Наконец, Аксель, поняв, что она собирается делать, начал сопротивляться. Что бы он ни кричал, он был так крепко прижат Джакаром, что не мог и пошевелиться.
I, A, N, V, S.
Пока она вводила по одной букве, выстрелы становились всё ближе. Теперь они, не обращая внимания на пожар, сметали насекомых и приближались. Ханна, глядя на хаос снаружи, где смешались насекомые и люди, увидела перед собой названия файлов — она проверила даты. Открывать она и не думала. Без колебаний она нажала кнопку отправки.
10%, 30%, 66%, 99%, 100%… Отправка завершена.
Всем шлемам оперативной группы.
