Взгляд Карлайла опасно дрогнул. Он ожидал этого, но растерянность никуда не делась.
В нем кипело желание довести дело до конца. Инстинкты, подавившие въевшееся в тело отторжение, яростно подталкивали его.
«Отнести ее в постель?»
Словно в ответ, пенис тяжело дернулся. Ощущение пульсации вздувшихся вен на стволе было поразительно четким. Жар, дошедший до самой головки, разливался тупой болью внизу живота.
Карлайл жадно сжал ягодицы Мейбел. Тонкие косточки и пышная плоть приятно заполнили ладони.
Его самоконтроль, тонкий как паутина, держался на честном слове.
«Если это Мейбел, то, может быть, всё будет хорошо?»
Это была поистине удивительная перемена. Он и сам не знал, что когда-нибудь будет мучиться подобными сомнениями.
Было ли это проявлением неудовлетворенной похоти, или всё дело было в том, что перед ним Мейбел? У его разума, затуманенного желанием, не было сил анализировать столь сложные эмоции.
Карлайл жадным взглядом скользнул по Мейбел. Казалось, она совершенно не осознавала, насколько соблазнительно выглядит.
Каждый раз, когда она тяжело дышала, ее грудь мягко вздымалась. На белой коже розовели оставленные им засосы.
Мейбел с раскрасневшимся лицом посмотрела вниз, облизывая припухшие губы. Ее сокровенное место, скрытое между ног, было таким же нежным и мягким, как эти губы.
Когда он ласкал ее промокшую плоть и его палец случайно соскользнул внутрь, узкое лоно безумно сжалось. Как ни посмотри, там не было места для чего-то гораздо более длинного и толстого, чем его палец.
Ей будет больно. Будет ли ей так больно, что она закричит?
Ему хотелось ворваться в нее, глубоко погрузиться в ее тело. Но он не хотел ранить ее. Он ни за что на свете не хотел видеть, как Мейбел корчится от боли из-за его похоти.
— Ху...
Разрываясь между отвращением к себе и вожделением, Карлайл отчаянно пытался выровнять сбившееся дыхание.
И тут это случилось.
Мейбел осторожно приподняла подол ночной сорочки, прикрывавший их нижние части тела. И тут же резко, со свистом, втянула воздух.
Только тогда Карлайл тоже опустил взгляд.
Полы его темно-синего шелкового халата были густо испачканы ее смазкой. Контур головки пениса, вздымавшегося почти до пупка, откровенно выделялся. Всё, что ниже, скрывалось в складках халата.
Когда рука Мейбел, словно завороженная, потянулась к нему, пенис дернулся и тяжело качнулся.
Она вздрогнула от испуга и сжала руку в кулак. Прикрыв рот ладонью, она широко распахнула глаза.
Карлайл проглотил стон, подступивший к самому горлу. Мейбел, казалось, окончательно решила свести его с ума.
По спине пробежал ледяной холодок опасности. Это был его предел.
Карлайл не мог предсказать, что он сделает в тот момент, когда рука Мейбел коснется его. Нет, на самом деле он слишком хорошо это знал.
Случится нечто непоправимое.
И я буду жалеть об этом до смерти.
Мейбел робко посмотрела на него и открыла рот.
— Я...
— Нет.
С трудом выдавил он ответ, идущий вразрез с его инстинктами.
— Но...
— Я сказал, нет, — процедил он сквозь стиснутые зубы.
— ...Мне показалось, что анатомический рисунок был неточным, и я просто хотела проверить реальный размер и форму. На картинке он точно был размером с маленький краник, который смотрит вниз...
— Довольно, — резко оборвал ее Карлайл. Мейбел вжала голову в плечи.
— П-простите. Я не хотела вас принуждать.
С пылающим лицом она поспешно натянула ночную сорочку, пряча соблазнительную грудь.
Это была отчаянная борьба ради самой Мейбел. Карлайл изо всех сил брал себя в руки, чтобы не поддаться вожделению. Но каждая его благородная попытка оборачивалась провалом.
Если он перейдет последнюю черту, то уже никогда не сможет ее отпустить.
Мейбел не знала истинного лица Карлайла. Он не хотел утягивать ее на самое дно, в эту кромешную тьму.
Она даже представить себе не могла, насколько опасно и несчастно быть навсегда привязанной к нему. Это не тот душевный долг, от которого можно откупиться парой драгоценностей или виллой с садом.
Мейбел, несомненно, станет его самой смертельной уязвимостью. Чтобы полностью защитить ее, ему пришлось бы в корне изменить весь свой образ жизни, которого он придерживался до сих пор.
Сделать еще один шаг вперед означало бы перемены, близкие к катастрофе. Тот факт, что он собирался принять такое решение, опираясь лишь на инстинкты, казался абсурдным. Она всегда с легкостью растаптывала его разум и вытаскивала наружу глубоко запрятанные инстинкты.
Мейбел заерзала, словно пытаясь вырваться. Карлайл без колебаний схватил ее и снова усадил на место. Она посмотрела на него испуганными глазами.
— Ху... — Карлайл уткнулся лбом в ее хрупкое плечо и тяжело, горячо задышал.
Не успела утихнуть внутренняя борьба, как его рука перехватила ее руку. Он прижал свою ладонь к ее, сплетая пальцы. А затем направил ее руку к своему по-прежнему твердо стоящему члену.
Их сплетенные руки обхватили тупую головку.
— Угх. — Он издал короткий стон прямо над ключицей Мейбел. Ее плечи окаменели от напряжения.
Они медленно провели вниз по стволу прямо поверх прилипшего от влаги шелкового халата. Скользя по гладкой ткани, ладонь опустилась до самого основания. Член яростно запульсировал в их руках.
Карлайл медленно поднял голову.
Веки Мейбел судорожно подрагивали, а зрачки метались. Ее губы приоткрылись, словно от шока, а лицо мертвенно побледнело.
Она смотрела вниз, на длинный ствол, возвышающийся над их сплетенными руками. А затем подняла дрожащий взгляд и посмотрела ему в глаза.
— Я... я и не думала, что он станет таким огромным... Как, как это вообще можно...?
Карлайл прекрасно понял невысказанное окончание фразы. Он и сам задавался тем же вопросом.
Мейбел зашевелила пальцами, пытаясь расцепить хватку. Карлайл инстинктивно сжал ее руку сильнее. Но, испугавшись, что может сломать ее хрупкие, как спички, пальцы, тут же ослабил хватку.
В конце концов, вырвав руку, она низко опустила голову и пробормотала едва слышным голосом:
— Эм... Карлайл. Думаю, на сегодня наше... практическое занятие лучше закончить. Искренне благодарю вас за содействие.
Выдав это максимально вежливое прощание, Мейбел тут же слезла с его бедер. Поспешно поправив растрепавшуюся одежду, она сделала легкий реверанс.
— Спокойной ночи!
Не дав Карлайлу и рта раскрыть, она развернулась. Словно королева, спасающаяся бегством от революционной армии, обвешанная драгоценностями и развевая полами халата, она выбежала из спальни.
Дверь захлопнулась с громким стуком.
В спальне, куда опустилась тишина, витал лишь слабый аромат ландышей. На консоли пустая шкатулка для драгоценностей с ее полукруглой подставкой, казалось, странным образом кривила губы в насмешливой улыбке.
Всё произошло в мгновение ока.
— Ха. — Карлайл издал смешок и запрокинул голову. Прикрыв глаза предплечьем, он глубоко выдохнул.
Из-за того, что Мейбел до сих пор так бесстрашно шла на сближение, он по ошибке решил, что она, естественно, примет его.
Менять образ жизни, преодолевать чувство вины... В этот момент все его терзания показались просто смешными.
Это он начал этот брак. И, вероятно, поставить в нем точку тоже предстоит ему. Но между этим началом и концом все решения принимала исключительно Мейбел.
Он на время забыл об этом очевидном факте.
— ...Так даже лучше.
В конце концов, посмотрев вниз на свое неудовлетворенное желание, Карлайл проглотил горькую усмешку.
***
Мясная лавка «Силас и сыновья. Отборное мясо» на Бауэри-стрит славилась мясом отличного качества.
Владелец, Чарли Силас, пользовался дурной славой как бывший член банды «Пять точек». Он отошел от дел примерно в то время, когда Карлайл только вступил в синдикат. Ему повезло не получить пулю, и сейчас он разменял седьмой десяток.
У него было трое сыновей. Младший, Гас Силас, с самого детства славился своим умом. Вместо того чтобы стать гангстером, как его братья, он поступил в университет. Успешно окончив тяжелую учебу в медицинской школе, он вернулся в качестве уважаемого «доктора Силаса», став чудом и гордостью семьи.
На втором этаже мясной лавки располагалась его подпольная клиника.
Когда Карлайл открыл дверь и вошел внутрь, его встретил запах копченого мяса и густой, липкий металлический запах крови. Глухой звук огромного тесака, рубящего кости, ударил по барабанным перепонкам.
— Эй, Шэдоу. Давненько не виделись.
Чарли из-за прилавка коротко кивнул ему в знак приветствия. Карлайл ответил легким поклоном и поднялся по старой лестнице рядом с морозильной камерой.
Войдя в клинику, он увидел, как Гас оторвался от обеда и поднял голову. На нем был окровавленный фартук, прямо как у мясников этажом ниже.
Откусив кусок от сэндвича «Рубен» — ржаного хлеба, щедро начиненного солониной и квашеной капустой, — он положил его на тарелку и, чавкая, заговорил:
—
Шэдоу, я как раз тебя ждал. Есть разговор.
На Boosty уже выложена вся история. Читайте продолжение первыми и без ожидания:
boosty.to/fableweaver
