— ...Мадам.
Окликнул ее Карлайл сзади.
Мейбел, сделав вид, что не слышит, ускорила шаг. В душе у нее всё перевернулось.
Казалось, если она остановится, то, словно маленький ребенок, начнет умолять его не уезжать или взять ее с собой. Ей хотелось упрекнуть его в том, что он сообщает о таком отъезде всего за день.
То обжигающе горячий, то ледяной, то близкий, то снова далекий — из-за Карлайла она чувствовала разочарование и смятение.
Она уже знала, что это любовь в одни ворота. Он был щедрым и заботливым мужем, но она не могла быть уверена, что эта нежность основана на любви.
Иногда она предавалась сладким иллюзиям, что сердце Карлайла склоняется к ней. Но стоило этому мимолетному мгновению пройти, как он неизменно проводил черту и возвращался на свое место.
Чем сильнее становились ее чувства, тем больше росла тревога от того, что она не может обладать им полностью. Каждый раз она собирала всю свою храбрость и, делая вид, что всё в порядке, протягивала ему руку, но внезапно ее гордость оказывалась уязвленной, и она чувствовала себя жалкой.
Больше всего она боялась, что этот брак так и останется любовью в одни ворота до конца жизни.
Если она еще раз услышит от Карлайла: «Требуйте любви от своего следующего мужа», она может уже никогда не оправиться от этой раны.
Растратив годовой запас смелости в один миг, Мейбел в изнеможении опустила плечи. В таком состоянии кусок в горло не полезет. Она решила пропустить ужин и спрятаться в спальне, пока он не уедет.
В тот момент, когда она потянулась к дверной ручке, Карлайл, подошедший сзади, преградил ей путь.
— ...Возникла проблема с одним из главных клиентов, поэтому расписание пришлось изменить внезапно.
Мейбел удивленно моргнула. Это звучало как оправдание.
Если всё было настолько срочно, то неудивительно, что он сказал ей только сейчас. Тем более что вчера вечером у них не было времени спокойно обсудить подобные вещи.
Она кокетливо опустила глаза.
— Вот как. Что ж, надеюсь, всё разрешится благополучно.
И всё же она передумала и решила завтра хотя бы проводить его. В конце концов, это было элементарной вежливостью по отношению к человеку, отправляющемуся в дальний путь.
Только тогда Карлайл открыл дверь и отступил в сторону.
— Тогда, увидимся за ужином.
— Ах...
Она уже собиралась ответить, что пропустит ужин, когда он коротко добавил:
— ...Мейбел.
Мейбел, которая в глубине души уже смирилась с тем, что ее первая просьба осталась без ответа, услышав свое имя в столь неожиданный момент, густо покраснела. Имя, которое она слышала всю жизнь, слетев с его губ, почему-то показалось ей особенным.
— Да. Увидимся за ужином, бар... Карлайл.
Мейбел, посмотрев на него снизу вверх, застенчиво улыбнулась.
***
На следующее утро в особняке Рошуре от дворецкого до лакеев все суетились, готовясь к отъезду.
Карлайл заперся в кабинете с сотрудниками торговой компании Рошуре, чтобы уладить срочные дела, так что даже завтракать ему пришлось там.
Мейбел поспешно готовила подарок, который собиралась вручить Карлайлу еще вчера вечером. Это был маленький медальон с ее фотографией.
Если бы она знала о командировке заранее, то приготовила бы что-нибудь изящное с выгравированными инициалами, но за неимением лучшего пришлось использовать старый серебряный медальон, который у нее был.
Перебрав несколько вариантов, она выбрала фотографию со свадьбы. Просто потому, что это была единственная фотография, на которой размер лица идеально подходил для медальона.
Мейбел расхаживала по гостиной, напряженно прислушиваясь к звукам в коридоре. Чтобы успеть на пароход, отходящий от пирса Челси в два часа дня, он должен был покинуть особняк как минимум в 11 часов.
Она посмотрела на настенные часы — было уже 10:45.
В этот момент раздался звук открывающейся двери кабинета, и послышался голос Карлайла. Мейбел, сжимая в руке маленький бархатный мешочек с медальоном, осторожно открыла дверь.
Пока Карлайл стоял в коридоре, раздавая указания секретарю, Исаак, стоявший рядом с пиджаком и федорой, помогал ему одеться. Если так пойдет и дальше, у них может не остаться ни секунды наедине до его отъезда.
Выйдя в коридор, Мейбел нерешительно окликнула его:
— ...Барон?
Трое мужчин одновременно повернули к ней головы. Исаак и секретарь почтительно поклонились. Карлайл, кивком отослав их, подошел к ней.
— В чем дело?
Застегнув пуговицы пиджака, он бросил быстрый взгляд на наручные часы. Поняв, что времени в обрез, Мейбел поспешно заговорила:
— Я хотела кое-что передать вам перед отъездом.
— Что именно?
Только тогда он поднял глаза и посмотрел на нее. Мейбел протянула ему мешочек, который сжимала в руке так сильно, что ладонь вспотела.
— Только откройте его потом, когда будете один, а не сейчас.
Пробормотала она, заливаясь краской.
— Я приготовила это вчера вечером в спешке, так что это ничего особенного.
— .......
Карлайл, пристально смотревший на Мейбел, опустил глаза на мешочек. Взяв его, он сунул его глубоко во внутренний карман пиджака.
Между ними повисло щекочущее молчание.
— ...Вам что-нибудь привезти?
Внезапно спросил Карлайл. Когда Мейбел подняла глаза, он слегка пожал плечами.
— Я планирую заехать в Париж.
Мейбел слегка прикусила нижнюю губу, пытаясь подавить рвущуюся наружу улыбку.
Что бы мне попросить?
По правде говоря, с тех пор как она вышла замуж за Карлайла, она ни в чем не нуждалась, поэтому ей ничего не приходило в голову.
— Хм... Пришлите мне открытку из Парижа.
Он тихо фыркнул.
— Я вернусь в Нью-Йорк быстрее, чем эта открытка.
— И всё равно. Я хочу ее получить.
Мейбел лучезарно улыбнулась, глядя на него снизу вверх. На губах Карлайла появилась легкая улыбка.
— Я получил сообщение, что заказ, который я делал у ювелира в прошлый раз, готов. Заберу его на обратном пути.
Когда Мейбел кивнула, Карлайл внимательно оглядел ее лицо. Его взгляд, казалось, немного дольше задержался на ее губах.
Затем он сделал шаг назад и слегка поклонился.
— До встречи.
В тот момент, когда Карлайл собирался отвернуться, Мейбел схватила его за рукав.
— Возвращайтесь поскорее, Карлайл.
А затем, привстав на цыпочки, нежно поцеловала его в губы.
Карлайл замер и медленно моргнул. Его кадык коротко дернулся, а затем он обхватил ее за талию и резко притянул к себе.
— Ах...!
В тот момент, когда у нее вырвался короткий вскрик, он обхватил ее за затылок и наклонил голову. Горячие губы жадно впились в ее рот. Раздвинув губы, его язык беспрепятственно проник внутрь.
— Хм...
Это был настойчивый поцелуй, словно он хотел навсегда запечатлеть в памяти ее вкус и текстуру. Он исследовал каждый уголок ее рта, обвил ее язык своим и потерся о него.
Мейбел казалось, что она теряет рассудок от этого удушающего жара.
В этот момент на лестнице послышались шаги. Голоса Исаака и Аткинса приближались.
Только тогда Карлайл оторвался от ее губ.
Поддерживая пошатнувшуюся Мейбел, он хриплым голосом предупредил:
— Если выходите из дома, лучше всегда берите с собой Фергюса.
Она с затуманенным взглядом посмотрела на него и кивнула. Карлайл, глядя на нее полуприкрытыми глазами, наклонился к ее уху и добавил угрожающим тоном:
— Если пока меня не будет, пойдешь в место вроде петтинг-пати... Я тебя накажу, Мейбел.
В тот момент, когда она испуганно ахнула, Карлайл повернулся и удалился твердым, ровным шагом. Мейбел, словно обессилев, прислонилась к стене и тупо смотрела ему вслед, касаясь пальцами своих губ.
Карлайл отправился в командировку, провожаемый слугами особняка Рошуре, выстроившимися у парадных дверей.
Прямо перед тем, как сесть в машину, он обернулся и слегка приподнял федору, прощаясь с ней. Мейбел сделала легкий реверанс в ответ.
Как только машина тронулась, она увидела, как Карлайл достает мешочек из внутреннего кармана. Покраснев, она безутешно махала рукой вслед удаляющемуся автомобилю.
***
Мейбел впервые за долгое время приехала в особняк Дарлингтонов. Войдя внутрь, она сделала глубокий вдох. Знакомый и вызывающий ностальгию запах — смесь лавандового попурри, керосина, воска для дерева и старой мебели.
Вспомнив, как в день свадьбы она плакала, думая, что если покинет это место, то уже никогда сюда не вернется, она усмехнулась.
Мейбел и Милдред тихо беседовали за чаем с печеньем.
— Ты была такой тихой девочкой, но... Стоило тебе уехать, как в доме воцарилась гробовая тишина. Мы с Уолтером остались вдвоем, и нам так одиноко. Заходи почаще.
С укором сказала Милдред, пододвигая к Мейбел тарелку с печеньем. Мейбел с чувством странной ностальгии взяла одно печенье.
Лимонное песочное печенье, рецепт которого Милдред привезла из своей родной семьи, в высшем свете было известно как «Печенье Дарлингтонов».
— Да, тетя. Отныне буду заглядывать чаще.
Милдред, словно это было ее собственным достижением, хвасталась тем, что дебют барона и баронессы Рошуре в ложе Партера стал самой обсуждаемой темой в светских кругах в последнее время.
— С того дня нас засыпали приглашениями, так что я даже не знаю, как всё успеть.
Мейбел невзначай перевела тему.
— Кстати, о предыдущем владельце 20-й ложи Партера. Вспомнила, что в прошлый раз наш разговор так неожиданно прервался. Вы говорили, его звали Дуглас Ланкастер?
— Верно, Дуглас Ланкастер. Мне и самой стало любопытно, поэтому я поспрашивала у людей, которые могли что-то знать.
Мейбел, стараясь не выдать своего пристального интереса, непринужденно спросила:
— ...И что же, узнали что-нибудь интересное?
На Boosty уже выложена вся история. Читайте продолжение первыми и без ожидания:
boosty.to/fableweaver
