Глаза Ми Ран округлились.
— Боже мой! Вы прилетели из Кореи в Нью-Йорк только ради того, чтобы стать свидетелем на нашей свадьбе?
Андре хмыкнул.
— Да прям. Он уже давно демобилизовался и вернулся.
Давным-давно, по дороге в долину в провинции Канвондо, она спрашивала, близкие ли они друзья с тем блондином, который одолжил им кемпер.
Андре тогда отмахнулся, мол, с чего вдруг такие вопросы. Но потом нехотя ответил, что это друг детства, их семьи знакомы.
То, что Андре, обладающий холодным характером и редко подпускающий к себе людей, не только назвал Джареда «другом», но и пригласил его в качестве свидетеля на свадьбу, означало, что он ему очень доверяет.
В этот момент Джаред помахал Ми Ран рукой. Его улыбка, обнажающая белоснежные зубы, была открытой и сияющей.
Она улыбнулась в ответ и тоже помахала рукой.
— Ан-нён-ха-сэ-ё! То манасо пан, э-э-м... панга-ё? [Здравствуйте! Рад снова вст-ре... встретиться?]
Джаред произнес последнее слово с вопросительной интонацией, словно не был в нем уверен, и забавно сморщил нос. Увидев его озорное выражение лица и услышав этот неуклюжий корейский, Ми Ран на мгновение забыла о своих тревогах и рассмеялась.
Она по-прежнему считала, что Андре красивее. Но Джаред тоже был весьма привлекательным мужчиной, располагающим к себе.
Правда, из-за его светлого, общительного характера, под стать цвету волос, казалось, что он вот так же ласково улыбается и дружелюбно общается с любой женщиной. Из-за этого на первый взгляд он мог показаться ловеласом.
— Здравствуйте! Тоже рада вас снова видеть.
Когда Ми Ран ответила ему на безупречном корейском, он озорно сверкнул ярко-голубыми глазами и подмигнул ей.
— Я совершенно не могу понять, почему такая красивая и прелестная леди решила провести всю жизнь с этим занудой Андре де Лафайетом. Если вдруг передумаете — скажите мне. Я помогу вам сбежать, рискуя собственной жизнью.
Ми Ран, примерно поняв смысл сказанного Джаредом по интонации, со смехом кивнула.
Забавный человек.
«Возможно, они так легко стали друзьями именно потому, что у него характер, совершенно противоположный характеру Андре», — подумала она.
— Заткнись, Гамильтон. Если собираешься нести чушь — проваливай, — прорычал Андре.
— Позвонил три дня назад, ни с того ни с сего велел освободить расписание, и теперь так со мной разговариваешь? С человеком, который бросил все дела и приехал, чтобы посмотреть... то есть, побыть свидетелем.
Джаред кивнул в сторону Ми Ран.
— Как ни крути, невеста слишком хороша для тебя. Я всерьез подумываю о том, чтобы спасти человека и сбежать с ней прямо сейчас. Стоит мне только открыть рот и рассказать, каким последовательно невыносимым засранцем ты был с самого детства, и эта свадьба сорвется. Так что следи за языком, Лафайет.
Он радостно ухмылялся, явно наслаждаясь возможностью поиздеваться над Андре.
— Я уже жалею, что позвал тебя, так что захлопни пасть.
Андре вздохнул, потирая переносицу. Но Джаред, не обращая на это внимания, постучал пальцем по своему виску.
— Андре де Лафайет. Твой долг передо мной все растет. Я ничего не забуду и все запишу на твой счет. Даже если на это уйдет тридцать лет, я стрясу с тебя все до последней капли, так и знай. Кстати, ты же будешь свидетелем на моей свадьбе? Услуга за услугу.
Андре с серьезным лицом отказался:
— Ну не знаю. Это будет сложновато.
— Что? Да как так-то!
— Я занятой человек, в отличие от тебя. И вообще, разве для свадьбы не нужна вторая половина? Как бы сильно ты ни хотел жениться, в одиночку у тебя это не выйдет, Джаред Гамильтон. Если уж так приспичило, то перестань бегать за женщиной, которая тебя отвергает, и найди ту, которой ты нравишься.
Андре скривил губы в усмешке. У него был поистине поразительный талант издеваться так, чтобы это бесило до крайности.
— Заткнись, Лафайет! — вспылив, крикнул Джаред.
Ми Ран с интересом наблюдала за тем, как двое мужчин размером с гору рычат друг на друга, словно готовы в любую секунду сцепиться.
Возможно, из-за того, что рядом был друг детства, Андре выглядел на редкость расслабленным и непринужденным. Непривычный озорной огонек в глазах делал его моложе обычного.
В этот момент откуда-то появился бородатый мужчина лет тридцати с небольшим и вежливо поздоровался с Андре. На плече у него висела большая сумка для фотоаппарата.
Андре представил его Ми Ран:
— Это фотограф, который сделал ту фотографию, что я тебе присылал.
Он знал, что она бережно хранит его фотографию, аккуратно заламинировав ее.
Она как-то обмолвилась, что, хоть в жизни он и выглядит лучше, фото вышло просто отличным, и ей интересно, кто его сделал. Видимо, он запомнил это и нанял того же фотографа.
Мужчина представился Дэнни Брауном и пожал Ми Ран руку. Он разглядывал ее с таким любопытством, словно диковинку, пока она со смущенной улыбкой не высвободила руку.
Только заметив суровый, пронизывающий взгляд своего нанимателя, он отвел глаза и поспешно достал фотоаппарат из сумки.
— Пойдем.
От этих слов Андре сердце Ми Ран снова екнуло.
В это государственное здание, совершенно лишенное романтики, бесконечным потоком входили и выходили люди в платьях и костюмах. Когда она выйдет отсюда, ее жизнь изменится навсегда.
Облизнув пересохшие губы, Ми Ран крепко взяла протянутую руку Андре и шагнула в здание брачного бюро мэрии Нью-Йорка.
***
Зал ожидания был наполнен взволнованным гулом людей, которые, взяв номерки, ждали своей очереди для подачи документов. На скамейках у окон в мраморном холле с высокими потолками сидели пары и их сопровождающие.
Невеста в свадебном платье с длинным шлейфом и фатой, жених в смокинге с галстуком-бабочкой. Невеста с фиолетовыми волосами, в рваных колготках в сеточку и клетчатой мини-юбке, и жених-панк в кожаной куртке и армейских ботинках. Юная пара, словно только что окончившая школу, и пожилая пара с седыми волосами.
Самые разные люди с сияющими лицами держали за руки своих возлюбленных, смеялись и болтали.
Ми Ран, сидя на скамейке и внимательно разглядывая окружающих, низко опустила голову. На белый букет из калл кап-кап, упали слезинки.
Испуганный Андре приподнял ее за подбородок.
— Что случилось, Ми Ран.
Ми Ран крепко прикусила губу, но с каждым морганием по ее щекам катились слезы.
Стоявшие неподалеку Джаред и Дэнни с растерянным видом посмотрели на нее, а затем неловко отвернулись.
Андре, глядя на нее с тревогой в глазах, достал нагрудный платок из кармана и протянул ей. Ми Ран осторожно промокнула слезы, стараясь не размазать макияж глаз.
Окинув взглядом помещение, он обнял ее за плечи и помог подняться.
Ми Ран шла туда, куда вел ее Андре, низко опустив голову. Даже не поднимая глаз, она чувствовала устремленные на них любопытные взгляды. Каждый раз, когда ее плечи мелко вздрагивали от сдавленных рыданий, он крепче сжимал руку на ее плече.
Андре остановился за колонной в безлюдном углу. И, словно ограждая ее от взглядов прохожих, закрыл ее своими широкими плечами.
— Ми Ран, почему вдруг...
Его голос немного сорвался. Откашлявшись и прочистив горло, он снова заговорил:
— Скажи мне, почему ты плачешь. Я... я сделал что-то не так?
В глазах Андре, который смотрел на нее, слегка наклонив голову и нахмурив брови, читались сложные, смешанные эмоции.
Ми Ран покачала головой, промокая глаза платком.
— Дело не в этом... Андре, мне страшно.
Его лицо окаменело, словно изваяние.
Он пару раз моргнул, открыл рот, чтобы что-то сказать, но снова плотно сжал губы. Его кадык судорожно дернулся. Сделав глубокий вдох, он спросил голосом, который словно с трудом выдавил из себя:
— Чего. Чего ты боишься. ...Меня?
Покачав головой, Ми Ран с дрожащими губами всхлипнула:
— Нет. Брака.
— ...
Словно потеряв дар речи, он молчал, глядя на нее побледневшим лицом.
Продолжая тихонько всхлипывать, она спросила дрожащим голосом:
— Ради того, чтобы выйти замуж, я оставила семью, друзей, все на свете, и приехала в страну, где даже языка не знаю, полагаясь только на вас... А что, если ваши чувства изменятся... Если вы больше не будете меня любить? Что тогда со мной будет?
— ...Что?
