– Ваше Высочество принц Юэ, сюда, пожалуйста!

Цинь Ваньжу моргнула, искоса глянув на Чу Лючэня. Это точно был голос его юного евнуха Сяо Сюаньцзы.

– Где же он?

На перекрестке, откуда ушли Цинь Ваньжу и Чу Лючэнь, появились три человека. Одним из них был Сяо Сюаньцзы, остальными оказались Чу Лююэ, первый принц Юэ, и там также был молоденький евнух. Это, должно быть, личный евнух Чу Лююэ!

– Ох, мой господин ещё минуту назад был здесь. Где же он сейчас? – в изумлении сказал Сяо Сюаньцзы. Оглядевшись вокруг, но никого не обнаружив, он был так встревожен, что сильно побледнел.

Чу Лююэ не паниковал, просто равнодушно огляделся по сторонам и медленно спросил, не найдя никаких подсказок:

– Куда мог пойти третий брат?

– Это… Слуга действительно не знает. Услышав, что приедет Его Высочество принц Юэ, мой господин послал меня позвать вас. Эм… Слуга действительно не знает, куда господин делся после этого. Пожалуйста, подождите минутку, Ваше Высочество. Пойду спрошу слуг поместья великой принцессы Жуйань! – с тревогой затараторил Сяо Сюаньцзы.

Чу Лююэ махнул рукой, и Сяо Сюаньцзы поспешно убежал.

Чу Лююэ огляделся, вошел в павильон и неторопливо прошелся по павильону, заложив руки за спину, а затем рассеянно остановился, любуясь цветущей сливой.

Долгое время в павильоне не раздавалось ни звука.

– Господин, принца Чэнь здесь больше нет. Вы хотите посмотреть другие места? – не выдержав, спросил молодой евнух, следовавший за Чу Лююэ.

– Всё в порядке, просто подожду ещё немного! – неторопливо произнёс Чу Лююэ.

– Господин, возможно, принц Чэнь оставил вас здесь одного, как в прошлый раз? – Молоденький евнух почувствовал негодование за несправедливое отношение к своему хозяину. – Тогда было то же самое. Он сказал, что ждёт вас, но в конце концов ушёл прямо перед вашим приходом, оставив вас голодным и ожидающим его, – несмело напомнил молодой евнух.

Очевидно, что его собственный принц – это тот, кто, скорее всего, унаследует трон в будущем. Почему он так добр к больному и умирающему принцу Чэнь? Изначально тот был свергнутым принцем, и для него невозможно получить шанс снова занять это положение. Даже если бы он мог полностью выздороветь, это не изменило бы ситуацию, не говоря уже о том факте, что сейчас он очень болен и может умереть в любой момент.

– Ты думаешь, что он не заслуживает моей доброты? – Чу Лююэ внезапно улыбнулся.

– Да, вашему слуге обидно за вас. – Юный евнух поспешно выразил свою преданность.

– Другие тоже подумают, что я чересчур добр к нему! – Чу Лююэ замолчал, но улыбка, оставшаяся на его лице, указывала на то, что он был очень доволен собой. Для этого хладнокровного принца подобное проявление чувств было большой редкостью, поскольку он всегда был принцем с непроницаемым лицом. Не оставалось сомнений, что он действительно счастлив, и ему не грустно от того, что Чу Лючэнь намеренно избегал встречи с ним после того, как сам же и позвал.

Взгляд Цинь Ваньжу упал на лицо Чу Лючэня. Деревья вокруг росли очень близко друг к другу. В принципе, никто бы не заметил, что за елями спрятались два подростка, один из которых был в инвалидном кресле.

Чу Лючэнь слегка прикрыл глаза и откинулся на спинку широкого инвалидного кресла. Солнце пробивалось сквозь ветки деревьев и покрывало его лицо танцующими пятнами теней от веток. Белое, как нефрит, лицо было прозрачным, ресницы – длинными и загнутыми, подчеркивающими его красивые и нежные черты лица, как у сына небес, который сошел со свитка со старинной картиной.

Даже при таком тусклом цвете его губ это нисколько не портило очарование его лица.

Такой красивый человек действительно должен жить в живописном окружении!

Едва заметно вздохнув, Цинь Ваньжу неосознанно прикусила свою светло-вишневую губку, испытывая противоречивые чувства.

Слова Чу Лююэ были предельно ясны.

Причина, по которой он так любезен с Чу Лючэнем, заключалась в том, чтобы намеренно притворятся терпеливым перед другими. Чем больше Чу Лючэнь издевается над ним, тем больше люди будут думать, что он хороший и отходчивый человек.

Чу Лючэнь был для него всего лишь инструментом для продвижения своей репутации праведника.

Хотя, скорее всего, он так поступал не только ради репутации, но и для того, чтобы снискать расположение императорской бабушки. Ни для кого не секрет, что болезненный Чу Лючэнь был любимым внуком вдовствующей императрицы, зеницей её очей.

Никто никогда не думал, что этот капризный умирающий принц в конце концов унаследует трон. Никто не стал бы рассматривать его как опасного противника, учитывая его нынешний титул, не говоря уже о том, что он давно потерял статус наследника трона.

Но даже попробуй он заявить свои права на престол, император никогда бы такого не допустил. Хотя, если кто-то другой использует его личность, это всё же может привести к успеху.

В итоге, император был бессилен перед племянником – он не мог ни заточить его, ни отпустить. Кто б мог подумать, что Чу Лююэ осмелится использовать такого человека в своих интересах!

– Господин, вы можете подружиться с несколькими другими принцами, но что касается принца Чэнь… Императору это может не понравиться! – Как доверенный человек Чу Лююэ, юный евнух вдруг решился высказать свое мнение, особенно сейчас, когда вокруг никого нет, а его принц, очевидно, в хорошем настроении.

– Отцу-императору это не понравится? – спокойно произнес Чу Лююэ.

Видя, что принц выглядит таким умиротворенным, юный евнух стал немного смелее, и разоткровенничался:

– Господин, императору определенно не нравится происхождение принца Чэнь, поэтому он поспешил отселить его в собственное поместье, делая всё, чтобы отдалить его от престола. Если вы приблизитесь к принцу Чэнь, император... может... он может… И тогда ваша императорская бабушка…

Молоденький евнух вдруг осёкся и не закончил свои слова, потому что не осмеливался сказать слишком много.

Тем не менее, он сказал достаточно. Чу Лююэ тихо рассмеялся, чувствуя себя очень счастливым.

– Мой императорский отец на самом деле не нападет на него. В любом случае, для него, умирающего человека, будет удачей прожить ещё один или два года. Это его предел. У него такое слабое здоровье, что он точно скоро умрет, так что отцу не нужно устранять его!

Это было сказано с большой уверенностью, и молоденький евнух, который был уверен в обратном, внезапно поднял голову. Его лицо сразу же побледнело.

Есть некоторые темы, которых он не хотел касаться, даже несмотря на то, что являлся доверенным лицом старшего принца. Кто много болтает – долго не живет! Это закон, который все знают во дворце.

Возможно, именно испуг юного евнуха встревожил Чу Лююэ. Наконец он настороженно огляделся по сторонам и спокойно посмотрел на своего евнуха. Уголки его губ приподнялись в улыбке, когда он сказал:

– Не переживай, я не причиню тебе вреда. Ты мой верный человек. Думаешь, я могу доверять какому-либо другому слуге больше, чем тебе?

– Благодарю вас, мой господин! – Юный евнух с глухим стуком упал на колени, трижды сильно ударился лбом о землю, и немного успокоился.

Чу Лююэ поднял руку и жестом велел ему встать, затем развернулся и вышел из павильона. Молодой евнух поспешно вскочил на ноги и последовал за ним, нерешительно интересуясь:

– Господин больше не желает ждать принца Чэнь?

– Верно, не желаю. Достаточно того, что я пришёл сюда увидеть его. Не имеет значения здесь он был или нет. Отец-император и императорская бабушка обязательно узнают об этом и убедятся в моей искренности. Этого достаточно! – небрежно бросил Чу Лююэ.

Молодой евнух не осмелился что-то возразить, поэтому молча поспешил за своим хозяином, и они вдвоем один за другим покинули цветущий сливовый сад.

В павильоне снова стало тихо. Цинь Ваньжу посмотрела на красивое лицо Чу Лючэня. Его глаза всё ещё были закрыты, и выглядел он совершенно безобидно. Он никак не реагировал, просто тихо сидел в инвалидном кресле, не двигаясь. Его врожденная элегантность и утончённость делали его намного благороднее, чем возвышенные образы на обычных китайских картинах тушью.

– Ваше Высочество! – прошептала Цинь Ваньжу, видя, что он молчит.

– Что? – спросил Чу Лючэнь, не открывая глаз.

– Ну… Принц Юэ уже ушёл! – Хотя Цинь Ваньжу не думала, что Чу Лючэнь этого сам не слышал, она всё же посчитала нужным напомнить ему об этом.

– Какая разница, пришёл он или ушёл!

В его неторопливом голосе слышались лёгкая холодность и величие, и Цинь Ваньжу ни с того, ни с сего вдруг почувствовала непонятный ужас.

Она не знала, что о нём думают другие, но, по крайней мере, в её собственных глазах, Чу Лючэнь никогда не был простым.

Этот человек, даже если он и болезненный, мог делать всё, что ему заблагорассудится, взмахом руки повелевая облаками и дождём. Как он может быть в действительности невинным и безобидным? Если так много людей думают подобным образом, это может быть только потому, что внешний вид Чу Лючэня слишком обманчив.

Цинь Ваньжу уже убедилась, что он точно знает, когда и какое выражение лица ему следует показывать. Он был далеко за пределами вспыльчивого и порывистого человека.

Сколько в этом мире есть людей, которые могут контролировать свой собственный темперамент, заставляя других думать, что он на самом деле капризный и неразумный, считая, что он просто избалованный ребенок?

Своенравный и непостоянный, чрезвычайно больной и слабый, вкупе с его редкой невинностью, кто бы счёл его сильным противником?

Казалось, что, за исключением болезни и немощи, всё остальное тайно контролировалось им.

Невольно задумавшись о своём, она неловко повернулась и случайно оперлась рукой на инвалидное кресло.

– Что такое? Неужели ты думаешь, что этот принц жалок? – Непонятно, когда Чу Лючэнь открыл глаза и холодно уставился на Цинь Ваньжу. Его взгляд был словно острый и тонкий меч, рассекающий её, словно она пустое место.

Подобный мрак, который был в его глазах, любого заставил бы дрожать от страха.

Одиннадцатилетняя Цинь Ваньжу отважно опустила глаза и встретилась взглядом с Чу Лючэнем, не мигая и не уклоняясь.

– Ваше Высочество не жалок, это принц Юэ жалок! – твердо сказала она.

Закончив свои слова, она почувствовала, что её охватил ещё больший ужас. Должно быть, она ощущала то же самое, что и молоденький евнух Чу Лююэ. Она не хотела этого говорить, но если бы она этого не сказала…

А теперь это всё неизбежно подтолкнуло её к положению доверенного лица Чу Лючэня. Если нет, то смерть была единственным выходом, который у неё оставался!

На самом деле она не хотела идти этим путем, но, услышав слова Чу Лююэ об убийстве императором принца Чэнь, она поняла, что не сможет сбежать, потому что Чу Лючэнь теперь не отпустит её. Она была точно такой же, как юный евнух, которого можно было убить, если только он не станет всецело преданным рабом Чу Лююэ. Того, кто знает слишком много, ждет только смерть!

Но что её озадачивало, так это то, что у неё и молодого евнуха был разный статус. Почему Чу Лючэнь так хотел превратить её в своего доверенного помощника, и что он хотел, чтобы она сделала для него?

Она чувствовала холод в руках и ногах, но сохраняла невозмутимое выражение лица, её взгляд был спокойным и твердым. Как человек, который однажды умер, она не была застигнута врасплох этим неизбежным итогом.

Несмотря ни на что, она должна пройти свой путь шаг за шагом!

– О, тогда что ты можешь сказать по поводу услышанного? – Чу Лючэнь улыбнулся одними уголками губ. Ему нравилось видеть, как Цинь Ваньжу говорит правду.

Честность в отношениях – минимальное требование, не так ли? Особенно учитывая, что она ему очень-очень нравилась!

– Принц Юэ думает, что легко может использовать вас, но на самом деле он не понимает, что вы тоже используете его! – Голос Цинь Ваньжу был очень тихим, настолько тихим, что она едва могла отчетливо слышать саму себя. Она прикусила губу, и уголки её губ побледнели. Она действительно чувствовала себя настолько спокойной, что даже удивилась своей выдержке. Как она могла считать, что всё нормально?

Возможно, когда она заключила самую первую сделку с Чу Лючэнем, она уже думала о такой возможности, и то, что происходило в данный момент, было просто само собой разумеющимся. С Чу Лючэнем определённо нелегко ладить. Когда они были в Цзянчжоу, он, казалось, помогал ей, не прося многого взамен. В данный момент ему, вероятно, было, о чём её попросить, верно?

Даже если Цинь Ваньжу была полна решимости или подсознательно давно думала об этом, она всё равно чувствовала, что её ладони холодные, очень холодные, как будто мороз пробирал её до костей. Она ждала, затаив дыхание, ждала следующего предложения Чу Лючэня.

В любом случае, после сегодняшнего дня отношения между ними не будут прежним. Теперь всё будет по-другому…