Интуитивно чувствуя, что Чу Лючэнь сейчас очень опасен, Цинь Ваньжу осторожно оглянулась, но увидела только Юйцзе, стоящую с опущенной головой у павильона, а вот Сяо Сюаньцзы по-прежнему нигде не было видно.

До этого верный евнух всегда внимательно следил за Чу Лючэнем, и Цинь Ваньжу не могла понять, почему сейчас он так надолго оставил своего хозяина одного.

Взяв себя в руки и успокоившись, Цинь Ваньжу моргнула невинными глазками и спросила:

– Ваше Высочество, а куда пропал Сяо Сюаньцзы?

Словно не услышав её вопрос, Чу Лючэнь, подпирая голову рукой, искоса взглянул на девочку и неторопливо спросил:

– Цинь Ваньжу, как ты думаешь, такой больной человек, как этот принц, всё ещё может жениться? И быть счастлив со своей женой?

– Ваше Высочество, естественно, вы можете жениться! – Не понимая, к чему весь этот разговор, Ваньжу отвечала очень осторожно.

– А тебе не кажется, что для девушки выйти за меня замуж – это пустая трата жизни? – Черные глаза Чу Лючэня были тёмными, и его взгляд был каким-то… странным.

– Если Ваше Высочество будет заботиться о своём здоровье, женитьба с вами определенно ни для кого из девушек не станет пустой тратой жизни, – немного подумав, ещё осторожнее сказала Ваньжу.

К тому времени, когда она умерла в прошлой жизни, принц Чэнь, казалось, полностью поправился. Он не пользовался инвалидным креслом и точно выглядел намного сильнее, чем сейчас. С ним должно быть всё в порядке, не так ли?

Поскольку он смог излечиться в её прошлой жизни, конечно, с ним может быть всё в порядке и в этой!

Более того, по мнению Ваньжу, главной причиной плохого самочувствия Чу Лючэня должны быть его психологические проблемы. Он упрямо отказывался принимать лекарства, когда был в Цзянчжоу, и Сяо Сюаньцзы, жаловался, что он делал это не день и не два.

– Если Ваше Высочество будет регулярно принимать лекарства и слушаться рекомендаций своего лекаря, ваше здоровье определенно будет со временем улучшаться! – беспомощно добавила Цинь Ваньжу.

– Будет ли мое лицо такого же здорового цвета, как и твоё? – Голос Чу Лючэня был нежным, но в нём таились непредсказуемый холод и враждебность. Его взгляд скользнул по лицу Цинь Ваньжу.

Нежно-розовое лицо девочки совершенно не походило на его бледное лицо. Казалось, её светло-вишнёвые губы, которые были не только яркими, но и красивыми, ещё больше заставили его завидовать.

Ваньжу тайно взмолилась про себя. Его слова звучали так, словно он готов выйти из себя, и она случайно попалась ему под горячую руку.

– Естественно, это возможно! – Цинь Ваньжу могла дать только такой ответ.

– А что, если это невозможно? – серьёзно спросил Чу Лючэнь.

– Э-э-э... Ну не всё же сразу. Постепенно всё наладится, и рано или поздно вы сможете выглядеть таким же здоровым, как я! – Цинь Ваньжу прикусила губу, не имея понятия, как продолжить этот странный разговор. Он собирался заговорить её до смерти?

– Цинь Ваньжу, я слышал, что ты изучала медицину в Цзянчжоу. Почему же ты ещё не предложила вылечить этого принца от болезни? Я просто хочу поправиться и выглядеть таким же здоровым, как ты!

Выражение лица Чу Лючэня становилось всё более и более мягким, его красивые глаза блестели и были безобидными, и он думать не думал о резких словах, которые только что слетели с его губ.

Его Императорское Высочество принц Чэнь был не только капризен, но и скрывал свои эмоции за красивым и соблазнительным лицом. Было действительно трудно угадать, чего он добивается на самом деле!

– Ваше Высочество, как я могу? Я только начала изучать медицину! – с непреклонным видом отказалась Цинь Ваньжу.

Естественно, Цинь Ваньжу не стала бы спрашивать, как Чу Лючэнь узнал о её делах. Даже если бы никто другой этого не знал, скрыть это от глаз и ушей этого парня было невозможно.

В прошлой жизни он смог восстановить своё положение наследного принца, и остальные принцы, которые давили на императора, прекрасно знали, что он гораздо менее безобиден, чем кажется на первый взгляд.

Красивые люди чрезвычайно смертоносны!

В частности, кто-то до крайности красивый, вроде него, был ещё более смертоносен!

– Что скажешь насчет того, чтобы принц попросил императорскую бабушку пригласить тебя во дворец лечить меня? – Чу Лючэнь вдруг ни с того ни сего снова резко отбросил официальный тон. Его голос был мягким и почти приятельским, как будто он не знал, что это совершенно не соответствует этикету.

– Ваше Высочество... – Цинь Ваньжу невольно повысила голос, и её блестящие чистые глаза широко распахнулись от изумления.

– Ты не хочешь меня лечить? Но ты же только что сама казала, что хочешь помочь мне дожить до глубокой старости, жениться и завести детей, и сделать так, чтобы я выглядел таким же здоровым, как ты. – Лицо Чу Лючэня нахмурилось, его тонкие брови высоко поднялись, и на его красивом лице появилось немного льда, пробирающего до костей.

Цинь Ваньжу была так потрясена, что почти не верила своим ушам.

Это ОНА так сказала? Да что он несёт?!

Но глядя на выражение лица принца Чэнь, она осознавала, что обречена, если признается, что в данный момент не желает его лечить.

Стиснув зубы, она подумала, что с Чу Лючэнем действительно трудно иметь дело!

– Поскольку Вашему Высочеству известно, что я начала изучать медицину, вы должны также знать, как долго я училась, и также должны знать, у кого я училась, верно? – спокойно спросила Цинь Ваньжу, взяв себя в руки и немного подумав.

– Училась совсем немного, чуть-чуть, и твой учитель – лекарка-монахиня Минцю из монастыря Цзинсинь! – Ответ Чу Лючэня был таким, как и ожидала Цинь Ваньжу.

– Я только поверхностно изучала медицину, и очень-очень недолго. Как я могу вас лечить с такими мизерными знаниями? Если вы действительно нуждаетесь в лечении, то обратитесь к настоящему опытному лекарю. Медицинские знания, например, моей наставницы монахини Минцю, очень глубоки.

Ответ Цинь Ваньжу был очень скользким. С одной стороны, она воздержалась от прямого отказа, но, с другой стороны, это не позволило ей полностью отвертеться от его запроса. Зато казалось, что она говорила искренне.

Чу Лючэнь посмотрел на неё с непонятным подтекстом и вдруг тихо рассмеялся.

– Монахиня Минцю? Так ты хочешь спасти монастырь Цзинсинь, порекомендовав её мне личным лекарем?

Цинь Ваньжу была застигнута врасплох этой новостью. Её длинные ресницы дважды дрогнули, а на лбу вдруг выступил мелкий пот. Она пристально посмотрела на Чу Лючэня и напрямик спросила:

– У женского монастыря Цзинсинь какие-то проблемы?

Чу Лючэнь откинулся на спинку, неторопливо повернул инвалидное кресло, а затем посмотрел на великолепные цветы сливы рядом с павильоном, цвет которых был ярко-красным и завораживающим.

– Какие ещё проблемы? – рассеянно спросил он. – Принц ничего такого не говорил!

Цинь Ваньжу поспешно повернулась к нему и чуть ли не взмолилась:

– Ваше Высочество, умоляю, спасите монастырь Цзинсинь!

Чу Лючэнь поднял брови и притворился удивленным.

– Разве монастырь как-то связан с принцем?

– А разве нет? Настоятельница монастыря Цзинсинь подарила вам несколько июльских благовоний, не так ли? Разве это нельзя назвать связью между монастырем Цзинсинь и Вашим Высочеством? – подавив панику в своем сердце, твердо ответила ему Цинь Ваньжу.

Она не могла вспомнить, когда монастырь Цзинсинь попал в беду в её прошлой жизни, но, похоже это должно было быть ещё не скоро. Поэтому поначалу этот разговор её не волновал, но Чу Лючэнь не стал бы говорить о спасении без оснований.

Находясь во внутреннем дворе поместья Цинь, она не была хорошо информирована, но Чу Лючэнь был другим. Его разведывательная сеть должна была быть раскинута не только в столице!

Чу Лючэнь пристально посмотрел на взволнованную девочку и внезапно улыбнулся:

– И что же этот принц получит взамен?

– Монахиня Минцю обладает блестящими медицинскими познаниями. Если монахиня Минцю сможет следить за здоровьем Вашего Высочества, вы обязательно выздоровеете. – Маленькая Цинь Ваньжу почтительно поклонилась и попросила: – Пожалуйста, Ваше Высочесвто, протяните им руку помощи!

– В столице хватает божественных лекарей, сведущих в медицине, не так ли? – невозмутимо произнес Чу Лючэнь в ответ.

Цинь Ваньжу стиснула зубы и понятливо пообещала:

– Я соглашусь на всё, что предложит Ваше Высочество!

В любом случае, она уже и так многим обязана Чу Лючэню. На самом деле, она могла ему дать только то, что он хотел. На этот раз не было ничего особенного в том, чтобы умолять его ещё об одном одолжении!

Когда долгов становится слишком много, о них перестают беспокоиться. Это изречение хорошо описывает её ситуацию!

– Это то, что ты сказала, Цинь Ваньжу. Ты не можешь взять свои слова обратно, как любишь это делать! – произнёс Чу Лючэнь с довольным видом.

– Да, действительно, я так сказала и не откажусь от своего слова! – беспомощно подтвердила Цинь Ваньжу.

– Стеклянная лампа! – внезапно сказал Чу Лючэнь.

Глаза Цинь Ваньжу сразу расширились – она все поняла.

– Стеклянная лампа Фэнхуа с глазурью? Так это поместье графа Юн?

– Неплохо, ты довольно умна, раз сразу поняла, откуда ветер дует! – Чу Лючэнь почувствовал удовлетворение и слегка кивнул.

– Чтобы заполучить стеклянную лампу Фэнхуа, они на самом деле готовы разорить монастырь Цзинсинь? – С яростью на нежном лице маленькая Цинь Ваньжу с силой сжала носовой платок.

Выходит, мадам Ди готова на всё, чтобы заполучить в свои руки стеклянную лампу Фэнхуа.

Мадам Ди, должно быть, услышала от свекрови, что стеклянная лампа Фэнхуа всё ещё находится в Цзянчжоу, поэтому попросила поместье графа Юн послать людей за этой лампой в Цзянчжоу.

Но с тех пор, как Цинь Ваньжу подарила стеклянную лампу Фэнхуа Чу Лючэню, этой вещи больше не было в монастыре Цзинсинь в Цзянчжоу. Люди, посланные из поместья графа Юн, не поверили словам настоятельницы, поэтому они всерьёз взялись за женский монастырь Цзинсинь.

Родительский дом мадам Ди – хитроумная семейка графа Юн – был действительно отвратителен!

– Но почему им так важна эта стеклянная лампа Фэнхуа? – с горечью задалась вопросом Цинь Ваньжу.

В этом мире есть всякие люди. Амбициозные и жадные не только обычно ещё и чрезвычайно порочны, но и, естественно, готовы насильно завладевать чужими вещами, даже идя на преступления и убийства.

В прошлом она никогда не понимала, за что мадам Ди и Цинь Юйжу так возненавидели её. Теперь она вдруг осознала, что ей вообще не нужно искать причину – некоторые люди по своей сути были порочными и злобными с самого рождения.

– Когда я собирался ехать в Цзянчжоу, именно великая принцесса Жуйань доверила мне найти для неё стеклянную лампу Фэнхуа с глазурью. После поисков я был поражен тем, что этих ламп оказалось так много. Я нашел более дюжины стеклянных ламп Фэнхуа для великой принцессы Жуйань, – небрежно рассказал Чу Лючэнь. – Твоя стеклянная лампа сейчас находится в моем поместье, а остальные я сразу по приезде передал великой принцессе Жуйань!

Итак, до сих пор не было ответа на её вопрос. Непонятно, почему мадам Ди так яростно стремилась заполучить эту стеклянную лампу Фэнхуа.

Похоже, что Чу Лючэнь тоже ничего не смог выяснить!

– Вы можете их спасти? – Поразмыслив, Цинь Ваньжу пришла к выводу, что сейчас самое важное – это люди.

– Могу! – Чу Лючэнь надменно приподнял подбородок.

– Тогда, пожалуйста, помогите им, Ваше Высочество! – Маленькая Цинь Ваньжу была вне себя от радости и почтительно поклонилась Чу Лючэню.

– Цинь Ваньжу, этот принц болен! – Чу Лючэнь протянул руку перед собой и, подняв брови, многозначительно посмотрел на девочку, намекая, чтобы она проверила его пульс.

У Цинь Ваньжу не было выбора, кроме как потянуться, чтобы нащупать его пульс и осторожно проверить его.

Затем она нахмурилась и подняла голову.

– Ваше Высочество, кроме лекарств, вам нужно хорошо питаться и побольше отдыхать!

В дополнение к этому, она действительно не знала, что добавить. У Чу Лючэня определенно было слабое здоровье.

Цинь Ваньжу уже проверяла его пульс раньше. У него было внутриутробное отравление, за ним плохо ухаживали после рождения, а также имелись некоторые последствия тяжелого течения беременности его матери, которая страдала токсикозом из-за яда, который очень сложно вывести. Это основная причина его болезненного состояния.

Однако даже если Ваньжу знала основную причину, она не могла его вылечить!

– Может ли монахиня Минцю вылечить меня? – Чу Лючэнь поднял брови и еле слышно спросил, но его глаза были глубокими и спокойными.

– Если вас вообще возможно вылечить, то моя наставница определенно сможет вам помочь! – рассудительно сказала Цинь Ваньжу, осознавая, что это лишь создаёт возможность и даёт оправдание. Естественно, статус принца не позволял Чу Лючэню напрямую что-либо предпринять, чтобы защитить монастырь. Он даже не должен был знать об этом деле.

– Я расскажу императорской бабушкой о просветленной настоятельнице монастыря Цзинсинь, которая может вылечить мою болезнь, и о твоей наставнице монахине Минцю! – Чу Лючэнь редко говорил так благожелательно. Когда его взгляд упал на руку Цинь Ваньжу, парень явно пришел в хорошее расположение духа.

Цинь Ваньжу на мгновение опешила, и её взгляд тоже опустился. Только тогда она поняла, что всё ещё крепко сжимает его руку после того, как прослушала пульс. Её лицо покраснело, она немедленно опустила руку и смущенно кашлянула.

Как раз в тот момент, когда она собиралась что-то сказать, чтобы разрядить неловкую ситуацию, она внезапно почувствовала, как Чу Лючэнь резко схватил её за руку. Он протянул другую руку, чтобы указать на тропинку слева от павильона, и тихо сказал:

– Кто-то идёт, увези принца!

Хотя Цинь Ваньжу ничего не слышала, она всё равно подтолкнула его инвалидное кресло, когда он попросил, к тропинке, скрытой за несколькими высокими елями!

После этого неподалеку раздался звук приближающихся шагов!