– Сбежал? – Цинь Ваньжу дважды моргнула в недоумении.

После того как произошло это событие, мадам Ди сначала вернулась домой, чтобы со слезами на глазах пожаловаться Цинь Хуайюну; затем Цинь Юйжу бросилась в кабинет отца и закатила такой скандал, что некоторые пронырливые слуги в поместье сразу же узнали о побеге графского сыночка.

Юйцзе поджала губы и поставила чашку с чаем на стол перед Цинь Ваньжу.

– Барышня, этот наследник Ди обычно выглядит умным, но как он мог поступить так необдуманно? Или он действительно настолько влюбился в эту барышню Нин? Но почему тогда он согласился жениться на старшей барышне? Он даже жил в нашем поместье, и дал слово, что они с барышней Нин окончательно расстались…

Хотя теперь Юйцзе была личной служанкой Цинь Ваньжу, она выросла в монастыре Цзинсинь и не боялась говорить то, чего не осмеливались сказать другие служанки.

– Как бы он сбежал! – Цинь Ваньжу слегка улыбнулась, взяла в руки чашку, согрела их и, словно о чём-то вспомнив, сказала: – Если он сбежит, это будет означать, что он отказывается от наследственного титула графа Юн, но Ди Янь не настолько решителен, чтобы ради любви согласиться жить в нищете!

Поначалу она думала, что неприятности неизбежны, потому что Цинь Юйжу мстительная и не отпустит Нин Цайсянь. Учитывая конкретные доказательства и тот факт, что Ди Янь также нашёл шпильку, которую спрятала Цинь Юйжу, это тоже было неясным вопросом. Несомненно, они не знали, что именно Цинь Ваньжу попросила Цинсюэ намеренно «потерять» шпильку так, чтобы шпилька попалась на глаза Цинь Юйжу.

Зная жадность Цинь Юйжу, та должна была спрятать такую изысканную шпильку у себя.

Юйцзе была в замешательстве и спросила:

– Если он не сбежал, то зачем она устроила истерику? Такой большой скандал тоже опозорил бы её жениха. С подобным пятном на репутации, сможет ли этот наследник Ди в будущем стать чиновником, или он просто будет и дальше вести жизнь повесы на доходы от титула?

– Барышня, брак между наследником Ди и нашей семьёй всё ещё возможен? – Цинъюэ беспокоилась о другом, не о Цинь Юйжу, а о том, что это может повлиять на Цинь Ваньжу.

Две служанки обратили внимание на разные аспекты, но в одном они были уверены – все они согласились с тем, что Ди Янь сошёл с ума.

Уголки светло-вишнёвых губ Цинь Ваньжу слегка приподнялись, в них читалась едва заметная насмешка. По правде говоря, у Нин Цайсянь были действительно продуманные стратегии, когда она соблазняла Ди Янь, чтобы тот поднял такой переполох.

Несомненно одно – даже если её репутация будет разрушена, она потянет за собой и Ди Яня.

Это была хорошая стратегия, которая вынудила мадам Ди и поместье графа Юн держаться подальше друг от друга. В прошлой жизни Нин Цайсянь и мадам Ди вместе устраивали заговоры против Цянь Ваньжу, но тогда Ваньжу не продумала все детали, поэтому в этой жизни она хотела посмотреть, как они будут грызться друг с другом, как собаки.

Чем больше хаоса, тем лучше. При таком беспорядке тайный кукловод за кулисами может занервничать и сделать ошибку, раскрыв себя!

– Ди Янь вернётся, и брак тоже будет заключён, но ещё не известно, на какие компромиссы пойдут обе стороны! – Цинь Ваньжу подняла голову и прищурилась, глядя на солнечный свет за окном. – Возможно, беглецов уже нашли!

Цинь Хуайюн был командиром подразделения императорской гвардии. Хотя он не мог официально использовать имперских солдат для поиска нужного ему человека, он мог обратиться к ним за помощью в частном порядке, и это было бы гораздо быстрее, чем просить помощи у других.

Военным офицерам было легче мобилизовать рабочую силу, чем гражданским чиновникам!

– Барышня, барышня, граф Юн, графиня Юн и их сын, все вместе приехали в наше поместье! – кормилица Юй с криком вбежала в дом.

– Так быстро? Способности моего отца также превосходны, как и ожидалось! – Цинь Ваньжу встала, подошла к окну, посмотрела на высокую стену и нахмурилась. – Они все пошли к бабушке?

Её бабушка была больна и слаба. Раньше никто не относился к ней так серьёзно – и граф Юн, и графиня Юн никогда не заходили к ней, когда приезжали. В лучшем случае они посылали служанку передать ей их приветствия, но теперь все они направились к ней, чтобы она на старости лет разгребала их беспорядок.

– Да, все они пошли во двор старой мадам. Только что наш генерал, мадам Ди и старшая барышня тоже направились туда же! – ответила кормилица Юй.

Цинь Ваньжу подумала немного и спросила:

– А как же барышни Нин?

– Она не пришла. Я только что тоже спрашивала об этом, но я её не видела! – сказала кормилица Юй. Для такого дела нужно было найти Ди Яня, а значит, и барышню Нин поймали, но пришёл только наследник графа.

Поэтому кормилица Юй тоже посчитала, что это странно.

– Пойдём посмотрим! – Цинь Ваньжу развернулась и вышла на улицу.

– Барышня, вы не можете быть замешанной в такую грязную историю! – кормилица Юй была очень встревожена и вышла вперёд, чтобы остановить её. – Вы, незамужняя девушка, не должны заниматься такими порочными делами. Старая мадам будет сердиться!

– Я только подойду и послушаю со стороны. Боюсь, бабушка этого не вынесет! – сказала Цинь Ваньжу, слегка нахмурив тонкие ивовые брови.

Она искренне беспокоилась о доброй старушке и никак не ожидала, что дело так быстро дойдёт до неё, поэтому она была сильно недовольна сложившейся ситуацией. «Почему отец не решил проблему сам? Почему он обратился к моей бабушке?»

– В последнее время старой мадам было относительно хорошо, и она должна… быть в порядке, верно? – кормилица Юй поколебалась, но сказала это.

На самом деле старой мадам Цинь стало немного лучше, но она всё-таки была в преклонном возрасте и не могла нести такое бремя. С запутанной ситуацией было трудно разобраться, и история была связана с поместьем графа Юн. Если бы случилось что-то ужасное, старая мадам не смогла бы этого вынести из-за своего слабого здоровья.

Успокоившись, Цинь Ваньжу приняла решение и медленно сказала:

– Мне нужно пойти и посмотреть. Мамушка Юй, иди к мадам Шуй и скажи ей, чтобы она не приходила. В доме у моей бабушки, должно быть, хаос. В её состоянии, если она придёт сейчас, она ничем не поможет бабушке и может навредить себе. Если так, это будет очень плохо. Что касается здоровья бабушки, скажи мадам Шуй, чтобы она не волновалась, я незаметно позабочусь об этом.

– Барышня, в любом случае, это… не очень хорошо! – кормилица Юй всё ещё сомневалась. Хотя она тоже считала, что эта идея её маленькой хозяйки очень хороша, она всё же беспокоилась о том, что девочка может попасть в очень сомнительную ситуацию из-за этого скандала.

Если уж на то пошло, у любого, кто ввяжется в такую историю, не будет хорошей репутации.

– Со мной ничего не случится. Я просто спрячусь в глубине комнаты и буду слушать. Во дворе моей бабушки есть боковая дверь, через которую обычно никто не ходит и которая всегда заперта. Раньше бабушка беспокоилась, что мне будет неудобно заходить в её двор через парадные ворота, поэтому она специально сделала ключ и отдала его Цинъюэ. Я могу зайти с той стороны, и меня никто не заметит.

Это была неплохая идея. Кормилица Юй и остальные старые служанки беспомощно переглянулись и кивнули. Похоже, это был единственный выход!

Итак, кормилица Юй поспешила во двор Шуй Жолань, чтобы остановить её, а Цинь Ваньжу направилась с Юйцзе к старой мадам, зайдя во двор с задней стороны.

По дороге Цинъюэ, задыхаясь, догнала её.

– Барышня, барышня, не ходите к старой мадам, они все ушли к воротам поместья!

– Что случилось? – спросила Цинь Ваньжу, остановившись в ожидании Цинъюэ.

– Говорят, что барышня Нин стоит на коленях у порога нашего поместья и умоляет наш поместье позволить ей и наследнику Ди остаться вместе! – тяжело дыша, сказала Цинъюэ.

– Шантажирует наше поместье? – Цинь Ваньжу подняла брови. Это напомнило ей ту же сцену из прошлой жизни. Тогда Нин Цайсянь и её младшая сестра Нин Сюэцин использовали этот способ, чтобы досаждать поместью герцога Син, вынуждая вдовствующую супругу поместья герцога Син одобрить её статус наложницы.

В прошлой жизни в расчётах Нин Цайсянь участвовали не только Нин Сюэцин, но и мадам Ди, и герцогиня-супруга Син. Но в этой жизни Нин Цайсянь сделала это в одиночку.

Цинь Ваньжу хотела посмотреть, сможет ли Нин Цайсянь осуществить свою затею.

Цинь Ваньжу решительно повернулась и сказала:

– Пойдёмте, давайте тоже подойдём к воротам и посмотрим!

Когда Цинь Ваньжу подошла к воротам, она не вышла сразу, а встала в тени сбоку от ворот и стала смотреть наружу через щель.

За пределами поместья она увидела толпу людей.

У ворот на коленях стояла красивая девушка с распущенными волосами, одетая в простое белое платье, без каких-либо украшений, отчего она невольно у всех вызывала сочувствие. Рядом с ней на коленях стояла горничная, которая поддерживала её.

Это была барышня Нин Цайсянь, которая почти опиралась на свою служанку. Поскольку она опустила голову, никто не мог разглядеть выражение её лица, но белая скорбная одежда указывала на её бедственное положение.

– Госпожа, госпожа, вам плохо? Не пугайте меня! Только что вышел наследник Ди, и вам больше не нужно здесь стоять на коленях. С наследником Ди все проблемы будут решены! – Служанка залилась слезами, выглядя ещё более несчастной, чем её хозяйка. Она всё плакала и плакала. Казалось, что в поместье генерала Нинъюаня, на который все смотрели, жестоко обращаются с этой бедной барышней.

– Я в порядке… Я жду своего кузена. Он… он был один… он был мой единственный, как я могу это вынести! – Голос Нин Цайсянь был очень тихим, но несколько человек рядом с ней отчётливо услышали каждое её слово и передали дальше слово в слово всё, что она сказала.

Сразу же у зевак сложилось очень хорошее впечатление о благородной девушке, которая была больна и слаба, но предана своей любви.

– Но наследник Ди сказал, чтобы вы хорошенько отдохнули, что всё будет хорошо. Он обещал разорвать помолвку с семьёй Цинь и жениться на вас. Если наследник Ди узнает, что вы здесь, он будет беспокоиться о вас. – Служанка вытерла лицо платком и в панике снова запричитала, показывая, что действительно беспокоится о своей хозяйке.

– В любом случае, я… Мы с моим кузеном зря потратили время старшей барышни Цинь… Мы с кузеном сожалеем… Даже если бы я всё время стояла на коленях, я бы так и делала… Теперь всё, что я говорю, лишь доказывает, что я недостаточно искренна! – Голос Нин Цайсянь был таким же больным и слабым, как и раньше.

Затем эти слова распространились среди тех, кто их не услышал, и все зрители этого спектакля одобрительно закивали.

– Эта юная госпожа ведёт себя не как целомудренная девушка, но она, по крайней мере, не побоялась признать, что сделала, и она очень предана своему возлюбленному.

В следующих сценах служанка время от времени что-то говорила, и Нин Цайсянь отвечала ей тем же. Эти сцены показали, что у неё был очень хороший характер, но она была вынуждена выбрать этот позорный путь, а также намекнули на то, что Цинь Юйжу даже ошибочно обвинила её в том, что она подставила других ради того, чтобы остаться с Ди Янем.

Произнеся несколько слов, Нин Цайсянь чуть не падала в обморок, выглядя очень слабой.

Такая трогательная, такая уязвимая, даже если бы она сделала что-то неподобающее, она бы вызвала жалость у окружающих.

Мгновенно послышались вздохи сердобольных зрителей у ворот, и многие из них встали на сторону «беззащитной девочки», думая, что поместье генерала Нинъюаня слишком жестоко обошлось с ней. Если мужчина и женщина были так верны друг другу, почему поместье генерала всё равно использовало жестокие методы, чтобы разлучить их? Затем некоторые начали сплетничать о слухах, ходивших об поместье генерала Нинъюаня.

– Если говорить о старшей барышне Цинь, то она – дочь мадам Ди, дамы из поместья графа Юн. Раньше мадам Ди уже показала себя злой женщиной, и я слышала, что она пыталась убить мадам Шуй, вторую жену генерала…

Пока толпа от нечего делать сплетничала, ворота поместья внезапно распахнулись…