Мадам Ди, вся в слезах, упала на колени перед старой мадам Юн.

– Мама, чего добивается Ши? Что за злобная маленькая тварь ей приглянулась? Как она смеет так обращаться со мной и Юйжу! Мама, ты должна восстановить справедливость и заступиться за меня. Генерал строго отчитал меня перед тем, как я пришла к тебе, и сказал, что, если мадам Ши сделает это снова, я никогда никого не смогу увидеть из поместья графа Юн. Мамочка, что… что мне теперь делать?

Мадам Ди отправилась к своей матери и рассказала ей всю историю, как только прибыла в поместье графа Юн. Старая мадам Юн была очень разгневана тем, что жена её сына вместе с Нин Цайсянь совершила такую подлость, а затем обвинила поместье Цинь в порче императорских подарков. Старая мадам с силой ударила тростью по полу и яростно приказала служанке:

– Иди… позови сюда мадам Ши!

У старой мадам Юн была только одна дочь. Для неё мадам Ди, её единственная дочь, была отрадой сердца. Если бы не особые обстоятельства, она бы не позволила своей дочери выйти замуж в семью Цинь, а потом уехать из дома в далёкую провинцию. Теперь мадам Ди наконец-то вернулась в столицу, и пришло время семьям воссоединиться. Как старая женщина могла не злиться на свою невестку за то, что та портила жизнь её дочери и внучке?

Графиня Юн быстро прибыла и, войдя в комнату, получила от свекрови суровый приказ:

– На колени!

Графиня Юн и ухом не повела. Она снисходительно усмехнулась, подошла, несколько раз похлопала рассерженную свекровь по спине и ласково спросила:

– Матушка, что снова случилось, что вы гневаетесь на меня? Сестрица, в чём дело? Если матушка считает, что я сделала что-то не так, скажите мне, и я обязательно исправлюсь. Нехорошо так злиться, нужно беречь здоровье!

Мадам Ди выпрямилась, вытирая слёзы, и разразилась потоком ругательств:

– Ши, ты так недовольна Юйжу, что пойдёшь на всё, чтобы твоя маленькая потаскушка стала твоей невесткой? Поместье графа Юн всегда имело хорошую репутацию, как ты могла даже подумать о том, чтобы принять в семью такую бесстыдницу!

Раньше она чувствовала себя очень обиженной, а теперь ещё больше возненавидела графиню Юн, поэтому выместила весь свой гнев на ней.

Спокойно глядя на графиню Юн, старая мадам Юн пока ни слова не сказала по поводу её непослушания.

Такая выдержка была не в характере старой ведьмы.

– Сестрица, чем я могу быть недовольна? – помрачнев, спросила графиня Юн. – Что погубило добрую славу нашего поместья? Лучше объясни, что я сделала и почему ты думаешт, что я не люблю Юйжу? Если бы она мне не нравилась, разве я приняла бы её в качестве невестки?

Старая свекровь отругала её ни за что ни про что, а теперь ещё и мадам Ди решила унизить её. Неужели они думали, что она настолько добродушна, что её так легко запугать!

Мадам Ди стиснула зубы и с ненавистью накинулась на неё:

– Мадам Ши, тебе нужно, чтобы я сказала, что тебе не нравится? Как ты посмела вместе со своей порочной племянницей замышлять разрушить репутацию Юйжу, направляя мужчину в наш дом?! Этот мужчина всё ещё у нас, и скоро его отправят к судье. Я попрошу судью арестовать эту порочную женщину и жестоко её наказать.

Графиня Юн не ожидала такого ответа, и выражение её лица изменилось из-за дурного предчувствия, внезапно охватившего её.

– О какой женщине ты говоришь?

– Кем ещё она может быть? – сердито оскалилась мадам Ди. – Ты же всегда хотела, чтобы она стала твоей невесткой! Это женщина, которая почти постоянно живёт в вашем поместье и крутит роман с твоим сыном. Не говори мне, что ты ничего не знаешь. Я также хочу припомнить тебе твой проклятый план: если тарелка действительно была бы разбита, то поместье генерала Нинъюаня постигла бы катастрофа. Конечно, Цинь Ваньжу была бы наказана, но и мы с Юйжу пострадали бы не меньше!

Чем больше мадам Ди думала об этом, тем злее становилась. По дороге сюда она много размышляла и пришла к выводу, что у графини Юн точно были дурные намерения. И один её план породил другой.

Графиня Юн была потрясена её обвинениями и обеспокоенно спросила:

– Что случилось с Цайсянь?

– Её вот-вот жестоко накажут. Благодаря тебе! – злорадно усмехнулась мадам Ди. Сейчас она очень сильно ненавидела графиню Юн и, конечно, её слова были неприятны для слуха. – Мадам Ши, я хорошо относилась к тебе с тех пор, как ты вышла замуж за моего брата. Почему ты так сильно стремишься навредить мне и моей Юйжу? Что у тебя на уме, и как ты можешь быть такой злобной?

Графиня Юн побледнела.

– Сестрица, о чём это ты? Что ты имеешь в виду, говоря, что я хочу причинить вред тебе и Юйжу? Я до сих пор не понимаю, что случилось. Раньше всё было хорошо, как всё стало вот так? – спросила она.

– Так ты ещё не знаешь? Верно. Ты точно никому не признаешься, что тебе всё известно, раз уж так вышло! Ди Янь пока не вернулся, не так ли? Он покинул поместье генерала раньше меня, но ещё не приехал домой. Никто не знает, куда он отправился. Неужели он снова помчался к своей любовнице?

Когда мадам Ди прибыла в поместье, она спросила слуг у ворот, и они ответили, что не видели возвращения молодого господина.

Старая мадам Юн с сердитым видом хлопнула ладонью по столу.

– Довольно! Невестка, не могла бы ты рассказать мне, что здесь происходит? И ещё тарелка. Я не помню, чтобы у нас был набор императорских тарелок. Где ты взяла эту тарелку? Ты намеренно передала её, чтобы подставить сестру мужа? Расскажи мне всё!

– Что случилось с тарелкой? – удивлённо спросила графиня Юн. – Она разбилась? Разве так не лучше? Сестрица, тебе не нравится младшая дочь в вашем поместье. Теперь она разбила тарелку, и она должна понести за это ответственность! Разве не это я посоветовала тебе, когда ты жаловалась мне на свои обиды? И ты тогда сказала, что это отличная идея.

Мадам Ди задрожала от гнева и чуть не бросилась вперёд, чтобы дать графине Юн пощёчину. Она указала на неё и сказала:

– Мадам Ши, как ты смеешь так говорить?! Ты чуть не погубила всю мою семью!

– Что ты имеешь в виду? – Графиня Юн была по-настоящему озадачена и сновав нахмурилась.

– Если бы эта тарелка действительно разбилась, Цинь Ваньжу, будучи ребёнком, не смогла бы взять на себя полную ответственность. Мы с генералом тоже должны нести за это ответственность. То, что ты научила Юйжу говорить, тоже не выдерживает более тщательной проверки. Ты сказала, что это подарок на помолвку, но как его можно передать так просто из семьи в семью, ведь это дар императора, который нельзя ни продать, ни передать в чужие руки даже на время! Тебе действительно легко было говорить, обманывая меня!

Мадам Ди лишь жалела, что не задумывалась об этом раньше, поэтому она указала на графиню Юн и начала скандалить.

Старая мадам Юн видела, что у невестки есть ещё секреты, которые она скрывает от них, и угрюмо вмешалась в перебранку:

– Невестка, ты так и не сказала, откуда взялась эта тарелка.

– Матушка... – Бойкая графиня Юн вдруг запнулась.

Мадам Ди тут же указала на неё и закричала:

– Мама, смотри, она нарочно пыталась настроить меня против тебя! Она не признаётся, где взяла эту повреждённую императорскую тарелку. Она просто хотела подставить мою семью! Генерал только что приехал в столицу, и император очень его ценит. Что подумает император, если случится такое неуважение? Она замышляла уничтожить мою семью! – Мадам Ди ловко переложила ответственность на графиню Юн. – Мадам Ши, говори, что ты задумала?

– Невестка, ещё раз спрашиваю, где ты взяла эту тарелку? – У старой мадам Юн было недовольное выражение лица, и она начала сомневаться в невестке. – Я не помню, чтобы у нас был такой набор тарелок от императора!

Тарелка была поставлена на стол перед старой мадам. И старушка сама убедилась, что на ней есть застарелая трещина.

Графиня Юн огляделась и растерянно сказала:

– Матушка… Матушка, пожалуйста, отошлите слуг!

– Ты бы так не боялись, рассказывая другим о себе что-то хорошее. Мадам Ши, ты сделала что-то ужасное за спиной моего старшего брата? И теперь ты хочешь, чтобы я стала твоим козлом отпущения? – спросила мадам Ди, пребывая в плохом настроении.

– Убирайтесь отсюда! – спокойно махнула рукой старая мадам Юн. Старухи и служанки с обеих сторон отступили. Последняя старая дева, выходя, закрыла за собой дверь.

– Говори, что случилось? – нахмурившись, холодно повторила старая графиня.

– Мама… – Мадам Ди тоже хотела вставить свои пять копеек, но старушка подняла руку, останавливая её. Она холодно смотрела на графиню Юн.

Под пристальным взглядом свекрови графиня Юн слегка задрожала и поняла, что больше не может этого скрывать. Она стиснула зубы и призналась:

– Матушка, эта… эта тарелка не из нашей семьи, я получила её от герцогини Син.

Хотя оба дома были потомками высшей знати, поместье графа Юн, дворянина среднего ранга без официальной должности при дворе, не шло ни в какое сравнение с поместьем герцога Син, дворянина первого ранга, который был высокопоставленным чиновником.

Мадам Ди побледнела и спросила:

– Зачем ей меня подставлять? Я не очень хорошо её знаю и ничем её не обидела!

– Скажи мне, почему она принесла тебе тарелку, и почему ты отдала её сестре мужа? Если ты не можешь объяснить… – Старая мадам тоже поняла, что это не простое дело, и её лицо становилось всё более холодным.

– Матушка, изначально в этом не было ничего особенного, потому что… это была просто демонстрация доброты герцогини Син. Она услышала, что случилось с сестрой моего мужа, и разозлилась, что вторая жена, к тому же вдова, взяла на себя управлением домом. Поэтому она отдала тарелку мне и подсказала, что делать. – Графиня Юн вынуждена была быть честной.

– Эта тарелка с трещиной, ты не могла этого не заметить! – сердито воскликнула мадам Ди.

– Я не обратила на это внимания, и не придала этому особого значения, потому что Цинь Ваньжу всё равно разбила бы её и за всё ответила. – Графиня Юн тоже почувствовала, что это был плохой совет, и её лицо побледнело.

– Ты взяла императорский подарок, не проверив его, а потом ещё и осмелилась отправить его своей золовке. Если бы я знала, что ты такая глупая, я бы не выбрала тебя в качестве невестки поместья графа Юн! – сердито сказала старая мадам.

Графиня Юн стыдливо опустила голову и с тревогой начала оправдываться:

– Матушка… может быть, я что-то не так поняла… Герцогиня Син – такая добрая, и её отношения с нашим домом всегда были хорошими. У неё не может быть дурных замыслов. Возможно, она сама даже не подозревала о трещине на тарелке! – Графиня Юн не могла поверить, что добродетельная герцогиня Син может замышлять что-то против неё.

– Ты действительно запуталась! – Старая мадам встала, прошлась по комнате, а затем повернулась к графине Юн. – Пригласи сюда супругу герцога Син! Скажи ей, что с тарелкой что-то не так!

– Эмм… Герцогиня Син, возможно, не свободна… – Графиня Юн колебалась.

– Если ты скажешь ей то, что я тебе велела, она обязательно примчится сюда. Она также будет строго наказана, если что-то случится с императорским подарком! – усмехнулась старая мадам Юн.

– Но...

– Никаких «но». Хотя поместье графа Юн уже не так влиятельно, как раньше, нами нелегко воспользоваться! – без колебаний заявила старая мадам Юн.

– Хорошо, я сейчас же приглашу герцогиню Син! – беспомощно согласилась графиня Юн.

Мадам Ди знала, что сейчас сама не может решить эту проблему, поэтому она посмотрела на невестку и спросила:

– А что ты скажешь насчёт Нин Цайсянь, шлюхи, которая плела козни против Юйжу?

– Старая мадам, плохие новости, наследник графа сбежал со старшей барышней Нин! – внезапно в коридоре раздался панический голос, и все в комнате замерли, услышав его.

Мадам Ди первой поняла, что произошло. Она бросилась к двери и широко распахнула её…