Цинь Ваньжу направилась на улицу вслед за Цинь Хуайюном. И когда она вышла из кабинета, то увидела, что Цинь Юйжу плачет на плече мадам Ди, лицо которой было бледным, а тело дрожало.

На земле без сознания лежала служанка. Это была та самая кабинетная горничная, которую Цинь Хуайюн ранее отправил обыскать дом Цинь Юйжу.

Мэйсюэ опустилась на колени, умоляя о прощении, и было видно, что Цинь Юйжу надавала ей пощёчин, поэтому одна сторона её лица была красной и опухшей.

– Что происходит? – резко спросил Цинь Хуайюн.

Прежде чем слуга успел что-то сказать, мадам Ди вскрикнула и выпалила:

– Генерал, я… Мне срочно нужно поехать в поместье графа Юн!

Цинь Хуайюн нахмурился и холодно спросил:

– Почему ты хочешь отправиться туда в такой сложный момент?

Мадам Ди была так зла, что не хотела больше называть графиню Юн невесткой, а просто назвала её по фамилии.

– Я… Я собираюсь спросить у мадам Ши, что у неё на уме. Она не раз подставляла Юйжу и меня, а теперь ещё и сговорилась со своей племянницей, чтобы устроить нам такое... Я всегда ей доверяла, ну как она могла так поступить!

Причина и следствие, всё вместе, мадам Ди считала, что графиня Юн была замешана во всех этих недобрых делах, интригуя, чтобы её сын женился на её племяннице из поместья Нин.

Невестка не хотела, чтобы её дочь стала членом поместья графа Юн. Как она могла со всем этим мириться?

Цинь Хуайюн подумал об этом и не стал её останавливать, но предупредил с холодным выражением лица:

– Можешь идти сама! Но думай, что говоришь!

– Я понимаю! – с ненавистью сказала мадам Ди.

Она похлопала Цинь Юйжу по плечу, чтобы успокоить её, а затем оттолкнула, развернулась и ушла с выражением ярости на лице.

Цинь Хуайюн задумчиво посмотрел в спину мадам Ди. В его сердце закрались сомнения, затем он перевёл взгляд на кабинетную горничную, которая только что пришла в себя, и спросил негромким голосом:

– Что случилось?

– Господин генерал, – сказала кабинетная горничная, поспешно вставая, – я пошла проверить вещи старшей барышни и нашла у неё чужую шпильку. Потом я принесла её сюда, чтобы показать вам. Я не ожидала, что встречу здесь наследника Ди. Он и его слуги силой вырвали у меня шпильку, когда повалили меня на землю и ударили!

Цинь Хуайюн обернулся и холодно посмотрел на Цинь Юйжу:

– У тебя действительно была чужая шпилька?

Цинь Юйжу запаниковала, и, запинаясь, сказала:

– Я… я ничего не знаю… – Поскольку мадам Ди здесь не было, она не была уверена в себе и оглядывалась по сторонам. Было ясно, что у неё есть секреты, которые она скрывает от других.

– Ты будешь говорить или нет? – холодным тоном спросил Цинь Хуайюн, сверкая глазами от гнева. – Если ты не скажешь это сейчас, то никогда больше не упоминай об этом!

Поскольку всё уже произошло, и Ди Янь забрал шпильку, Цинь Юйжу нужно было рассказать об этом, даже если она не хотела ничего говорить. Однако всё это было непросто объяснить, потому что изначально она «случайно» нашла шпильку на дороге.

Сохраняя спокойствие и самообладание, Цинь Ваньжу проанализировала всё это, а затем посмотрела на Цинь Юйжу.

– Папа так сказал, и он, конечно же, поступит в соответствии со своими словами! – На самом деле это было его предупреждение Цинь Юйжу, чтобы она выпутывалась дальше сама!

Цинь Юйжу тоже, казалось, это поняла и вдруг закричала:

– Отец, как вы можете так со мной обращаться? Я ваша единственная дочь!

Цинь Хуайюн стал очень мрачным и резко осадил её:

– Что за чушь ты несёшь? Слуги, отведите её в комнату и заприте!

Две бабки, стоявшие рядом, неуверенно посмотрели на Цинь Юйжу, но в конце концов робко потянули её за собой. Остальные слуги делали вид, что ничего не слышат и не видят, притворяясь, что их здесь нет.

Цинь Юйжу вырвалась из рук старых нянек и снова закричала:

– Отец! Отец, как вы можете быть таким предвзятым? Это не она, а я ваша родная дочь!

– Разве Ваньжу не моя дочь? Ты не считаешь её своей сестрой только потому, что она родилась не от твоей матери? Юйжу, я всегда думал, что ты отличаешься от своей матери. Хотя ты и совершила несколько глупостей, ты, по крайней мере, добрый человек, которого трудно подстрекать на такие злые дела. Но я и представить себе не мог, что ты настолько недалёкая, что тебя так легко кто-то обманул!

Слова Цинь Хуайюна были резкими, а взгляд – ещё более колким.

Цинь Юйжу никогда не видела Цинь Хуайюна таким строгим с ней, поэтому она побледнела.

– Отец, должно быть, вторая сестра сказала что-то плохое обо мне в вашем присутствии. Я совершила эти злые поступки, но только потому, что она недоброжелательна и притесняет меня. Что касается того, что она не ваша родная дочь, то об этом знают все в поместье, и я не одна говорю об этом!

Цинь Хуайюн яростно повысил голос и стал ещё суровее:

– Все люди обсуждают это? Кто они такие? Если ты снова будешь слушать глупые выдумки графини Юн, я отправлю тебя в буддийский женский монастырь, чтобы ты не путалась под ногами у других и не делала глупостей целыми днями. Судя по поведению графини Юн, ты должна уже понять, что она не позволит своему сыну жениться на тебе.

– Отец... – Цинь Юйжу разразилась слезами.

Но Цинь Хуайюн громко и без жалости поинтересовался:

– Почему она всё ещё здесь?

После его напоминания, две бабки поспешили к Цинь Юйжу.

Цинь Юйжу с ненавистью посмотрела на Цинь Ваньжу, развернулась и зарыдала, закрыв лицо руками. Она люто ненавидела Цинь Ваньжу. Она была единственной дочерью своего отца, но он так оберегал эту проклятую приблуду!

Цинь Ваньжу подняла брови и спокойно посмотрела на Цинь Юйжу.

Однако все заметили, что в глазах девочки промелькнуло сомнение!

Мэйсюэ тут же поднялась с колен. Поклонившись Цинь Хуайюну, она опрометью кинулась за Цин Юйжу.

С некоторой мрачностью и грустью позади Цинь Хуайюна раздался голос его младшей дочери:

– Папа, неужели я вам и правда не родная дочь?

Цинь Хуайюн спокойно обернулся и с добротой посмотрел на Цин Ваньжу.

– Ты, конечно, моя самая настоящая дочь. Как ты можешь быть не моей? Мадам Ди – подлая женщина… И она воспитывает твою сестру такой же подлой, как сама!

Он протянул руку, и, казалось, хотел ласково погладить дочь по голове, как делал, когда она была маленькой девочкой.

В воспоминаниях Ваньжу генерал иногда так делал, с нежностью и какой-то грустью. Но с тех пор прошло много времени, так много, что она почти забыла об этом.

Цинь Ваньжу невольно подняла голову и увидела, что рука Цинь Хуайюна находится прямо перед её лицом. Генерал выглядел немного напряжённым. Затем она увидела, как его рука медленно опускается, но не на её волосы.

Цинь Ваньжу была удивлена и слегка недоумённо моргнула.

– Папа?

Рука Цинь Хуайюна окончательно опустилась. Казалось, что он сразу постарел на много лет. Он тяжело вздохнул и сказал:

– Ты хорошая девочка, но твоя старшая сестра… неправильно тебя понимает! В любом случае, вы сёстры. Кровь не вода. Я старею, и вы должны держаться друг за друга. Твоя старшая сестра сейчас просто запуталась из-за интриг графини Юн!

Цинь Ваньжу не стала подробно расспрашивать о том, почему старшая сестра назвала её неродной дочерью, а с любопытством перешла к другой теме.

– Тёте Ди нужно срочно поговорить с графиней Юн? Поместье графа Юн хочет разорвать помолвку с нашей семьёй?

Её слова, поставившие точку в расспросах об их родстве, заставили Цинь Хуайюна втайне почувствовать облегчение, поэтому выражение его лица вернулось к нормальному.

Он поднял голову и посмотрел в ту сторону, где располагался поместье графа Юн.

– Они не разорвут помолвку с нашей семьёй, потому что поместье графа Юн уже не то, что прежде!

Он не стал рассказывать ей об этом подробнее, но Цинь Ваньжу поняла глубокий смысл его слов.

Поначалу на Цинь Юйжу смотрели свысока, но затем её обручили с наследником графа Юн. Хотя у Ди Яня были скандальные отношения с Нин Цайсянь, которые нужно было срочно замять помолвкой, на самом деле настоящей причиной помолвки было официальное назначение её отца на важную должность при императорском дворе.

Боевого офицера, обладающего реальной властью, было опасно оскорблять.

В прошлой жизни её отец занимал более низкое положение в столице, чем в этой, но Цинь Юйжу всё равно вышла замуж за наследника графа Юн. Хотя графиня Юн, похоже, всегда симпатизировала Нин Цайсянь и недолюбливала Цинь Юйжу как невестку, в конце концов она пошла на компромисс и приняла Цинь Юйжу.

Из этого можно сделать вывод, что граф Юн на самом деле был слабым аристократом без реальной власти. Его титул лишь сохранял внешнюю видимость благородного происхождения семьи.

Учитывая характер графини Юн, ради своей выгоды она готова была принять даже Нин Цайсянь, дочь из такой неблагополучной семьи, но тогда это показало бы реальное положение, которое занимал среди аристократов граф Юн. К тому же всё, что графиня Юн делала после того, как сговорилась с герцогиней Син, показывало, что поместье графа Юн процветало лишь с виду, ища опоры и покровительства.

Поняв всё, Цинь Ваньжу слегка опустила голову и скрыла глубокие эмоции в своих глазах. И когда она снова подняла голову, то опять стала невинной маленькой девочкой.

– Шпилька только что попала в руки кузена Ди… С моей старшей сестрой всё будет в порядке?

– Ничего страшного, Ди Янь сам не отличается порядочностью. Он ничего не сможет сделать, даже если у него будет шпилька!

Цинь Хуайюн на самом деле презирал Ди Яня, который оказался похотливым пустозвоном. Будь его воля, он предпочёл бы, чтобы его зятем стал Ци Тяньюй. Но мадам Ди настояла на своём, шантажируя его ситуацией с Шуй Жолань, поэтому всё сложилось именно так.

Каждый раз, когда Цинь Хуайюн думал об этом, его лицо мрачнело. На самом деле он был полон сомнений. Поместье графа Юн не было подходящей семьёй для Цинь Юйжу, но теперь это казалось её единственным выходом.

Цинь Ваньжу улыбнулась и как будто расслабилась.

– Тогда всё хорошо, папа!

Затем она ушла, сделав милый реверанс перед Цинь Хуайюном.

Глядя, как девочка уходит в сопровождении горничной, Цинь Хуайюн застыл на месте, заложив руки за спину. Он долго смотрел на её маленькую фигурку, которая удалялась всё дальше и дальше, и наконец тяжело вздохнул…

***

Выйдя из кабинета, Юйцзе понизила голос и спросила:

– Барышня, наследник Ди забрал заколку. С вами всё будет в порядке?

По её мнению, эта заколка была пятном на репутации Цинь Юйжу, и это пятно нужно было объяснить, проведя расследование. Если бы её маленькая хозяйка попала в руки разгневанного Ди Яня, разве он так просто отпустил бы её?

Цинь Ваньжу улыбнулась и, не оборачиваясь, сказала:

– Им сейчас не до этого. Ди Янь очень зол, как и мадам Ди. Должно быть, мой отец строго отчитал мадам Ди за тарелку. – Ей вдруг показалось, что на неё смотрят, и это не Цинь Хуайюн, который тоже, должно быть, сейчас смотрит на неё. Но она подавила странное чувство в глубине души.

Ей следовало тщательнее обдумывать каждый шаг!

Юйцзе моргнула и вдруг рассмеялась.

– Мадам Ди отправилась в поместье графа Юн, чтобы устроить скандал? Это так здорово, графиня Юн, похоже, недобрый человек. Она постоянно подстрекает мадам Ди и старшую барышню. Это на самом деле раздражает!

Цинь Ваньжу успокоилась и улыбнулась:

– Теперь мы можем полюбоваться, как они будут нападать друг на друга!

И следующим, кто должен быть втянут в водоворот событий, должна стать супруга герцога Син!

Эта тарелка, вдруг вспомнила Цинь Ваньжу, на самом деле принадлежала так называемой добродетельной герцогине Син.