Акт №1. Меч божий пересекает Огский хребет.
С приходом сентября жара заметно спала. Однако полуденное солнце всё ещё продолжало раскалять землю. Капли пота, обильно стекавшие по лбам солдат, красноречиво свидетельствовали об изнурительном зное.
Но погода была не единственной трудностью. Ноша на спинах солдат тоже была немалой. Кроме того, на их предплечья были надеты большие квадратные щиты, которые в случае опасности могли прикрыть весь корпус, а в руках они сжимали длинное копьё высотой более двух метров.
Даже в прохладную погоду продолжительный марш в таком обмундировании заставлял спину целиком покрываться потом. А в жару и вовсе казалось, что вот-вот упадёшь без сил.
Однако никто не жаловался. Ни один из них не только не произнёс ни слова недовольства, но и не позволил ему отразиться на своём лице.
«Стой, колонна!» – скомандовал тысячник, контролировавший темп марша.
Солдаты, до этого шагавшие размеренно, глядя только перед собой, в затылки своих сослуживцев, остановились, подняли головы и огляделись. Их взглядам предстал Огский хребет, который ранее лишь узкой полосой виднелся вдалеке, а теперь заметно приблизился.
Горы, увенчанные снежными шапками и окружённые облаками, представляли собой невероятно величественное зрелище.
«Так вот он какой, Огский хребет!»
Огские горы были самым протяжённым горным массивом, делившим континент на северную и южную части.
Невольно вспоминалась легенда о предке-титане, который некогда поддерживал небесную твердь. Когда он умер, его кровь стала рекой Фраюс на севере и Арман-рекой на юге, а позвоночник врос в землю, превратившись в Огский хребет, расколовший континент пополам!
Солдаты с благоговением взирали на горные вершины, вспоминая эту старую легенду.
Тысячник, чуть ранее остановивший колонну, вновь возвысил голос: «Здесь мы сделаем последний привал. Но скоро нам предстоит восхождение на Огский хребет, так что не расслабляйтесь!»
Следуя его командам, солдаты разделились на две группы и заняли места по обеим сторонам дороги. Достав из заплечных рюкзаков хлеб и вяленое мясо, они начали сосредоточено их жевать, набираясь сил перед трудным переходом через горы.
Пока солдаты отдыхали, тысячник верхом отправился в тыл, где собирались офицеры первого Арманского корпуса для обсуждения тактики и стратегии.
Когда он добрался до ставки командования, другие тысячники уже вели оживлённую дискуссию, обступив Меча божьего Тевеуса.
Их было пятьдесят человек – по одному на каждую тысячу солдат первого корпуса. В центре круга, образованного тысячниками, на земле лежала большая карта с детальным изображением Огского хребта и окружающей его местности.
Карта была составлена членами клуба Филин, входящего в состав первого корпуса. Выполняя задачу, им пришлось неоднократно пересечь горный хребет. Поэтому на их карте были тщательно отмечены тропы, проложенные дикими зверями, места, где можно ожидать засады, и даже пограничные посты ноабцев.
Тысячник, возглавлявший клуб Филин, опустился на колени перед картой и отметил на ней новые точки. Красные отметки расположились вдоль горного хребта, создавая плотную линию.
«Вот эти точки – места расположения ноабских солдат. Как можете видеть, наши враги сглупили, растянув свои войска по горному хребту. Правда, из-за этого нам будет трудно пересечь горы незамеченными.»
Обеспокоенный тон командира клуба Филин заставил остальных тысячников нахмуриться.
Учитывая, что на марше находилась пятидесятитысячная армия, было бы наивно надеяться проскочить, не привлекая внимания. Однако в текущей ситуации вести о вторжении распространятся слишком быстро!
И лишь Тевеус с удовлетворением улыбнулся, произнеся: «Хорошо, это нам на руку.»
Короткое замечание немногословного предводителя успокоило собравшихся. Однако, хотя они и почувствовали облегчение, они всё ещё не могли понять, почему это им на руку.
Видя всеобщее недоумение, адьютант Тевеуса объяснил от его имени: «Как только что отметил предводитель Клуба Филин, Ноабская империя растянула своих солдат вдоль хребта. Они, должно быть, сомневаются, с какой стороны мы нападём. А это означает, что шпионы Ноаба, действующие у нас в Армане, не выполняют свою функцию должным образом!»
Но даже этого объяснения оказалось недостаточно. Один из тысячников, склонив голову набок, удивлённо спросил: «Это так, но разве для нас хорошо, если они узнают о наших передвижениях по горному хребту? Я не понимаю, какую пользу это может принести…»
Адьютант любезно добавил: «Если бы они сосредоточили войска только на этом участке, вы были бы правы. Однако они не могут быть уверены, с какой стороны мы вторгнемся, не так ли? Мне кажется, что они распределили свои силы по всему периметру Огского хребта – от западной оконечности до восточной. А это означает, что в Меккане осталось не так много защитников.»
Только сейчас все начали кивать, а на лицах появились улыбки.
Если посмотреть на ситуацию с такой стороны, то это действительно выгодное преимущество. Сколько солдат потребуется врагу, чтобы следить за всем горным хребтом? Разве для этого не придётся задействовать силы, как минимум сопоставимые по численности с первым корпусом?
Без этих нескольких десятков тысяч солдат столица станет гораздо более уязвимой. Если Арман успеет подступить к стенам Меккана и окружить их лагерем, то песенка врага будет спета.
Даже если ноабцам удастся отозвать войска, дислоцированные в этих горах, будет уже слишком поздно. Арманская армия надёжно оцепит стены Меккана, и любая попытка прорвать оцепление с помощью разрозненных сил будет обречена на провал.
«А эта война может оказаться на удивление простой! Если подумать, то эти ноабские ублюдки и в самом деле глупцы!» – с насмешкой произнёс один из молодых тысячников, поигрывая ножнами. Он был из благородной семьи, известной превосходными навыками боевых искусств и умственными способностями. Однако его легкомысленный настрой вызывал некоторое беспокойство.
Как и ожидалось, вскоре ему пришлось вжать голову в плечи, выслушивая суровый выговор от Тевеуса: «Невежественный придурок! Ты вообще когда-нибудь бывал в песках?! За Огским хребтом простираются пустыни и пустоши, которым нет конца и края. В этом раскалённом солнцем краю даже сотня местных воителей, прекрасно знающих особенности пустыни, способна погубить тысячи наших бойцов.»
Даже другие тысячники нервно поправили воротники, услышав голос Тевеуса, напоминавший львиный рык.
Пять командиров десятитысячных подразделений, выслушав его, согласно кивнули. Все они были опытными ветеранами, которым в молодости довелось сражаться вместе с Тевеусом против Аль Джаиса в Огских горах. Ужасы пустыни были им знакомы не понаслышке…
Тевеус, пристально вглядываясь в глаза каждого из тысячников, произнёс с железной решимостью: «Отныне я не желаю слышать от вас ни единого слова, высмеивающего Ноаб! Поскольку в тот же час, когда вы расслабитесь и потеряете бдительность, ваши обезглавленные тела останутся гнить в песках пустыни!»
По спинам тысячников пробежал холодок, и их сердца невольно исполнились боевого духа.
Однако во взгляде Тевеуса, обращённом на них, по-прежнему читалась тревога, потому что есть огромная разница между разовым воодушевлением и настоящим страхом перед врагом, основанном на личном опыте. Вот почему опыт так важен!
Как и в других горах, растительность Огского хребта, изменяется в зависимости от высоты.
В начале пути густые кроны закрывали небо, но чем выше они поднимались, тем меньше становились деревья. Наконец, они достигли места, где деревья и вовсе уступили густым кустарникам примерно по пояс человеку.
До этого момента пограничные войска Ноаба всё ещё не подозревали о надвигающемся вторжении. Те из них, кто находились на пути арманцев, были уничтожены Клубом Филин.
Огромная армия численностью в пятьдесят тысяч человек медленно ползла к вершине, словно огромная змея с длинным хвостом.
Они успешно преодолели зону кустарников и даже участки, поросшие густой травой.
В этом немалую роль сыграли Немес и маги Воды. Они собирали влагу из воздуха и распределяли её по округе.
Сила, высвобожденная множеством магов, была невероятной. Вся местность была окутана белым паром, подобно туману или облакам.
К ним присоединились маги Ветра. Контролируя воздушные потоки, они сохраняли в целости порождённый магией пар. Некоторые из магов, обладающие продвинутым мастерством, даже смогли пригнать ближайшие естественные облака.
Благодаря их стараниям образовался своеобразный туннель из облаков и тумана. Всё, что происходило внутри этого туннеля, было скрыто от посторонних глаз.
«Скорее! Торопитесь, пока облака не рассеялись!» – подгоняли своих солдат тысячники и сотники. И те, повинуясь приказу, начали быстро подниматься в гору, ступая по облачному туннелю.
Время, в течение которого маги могли поддерживать водяной пар, было ограничено. Поэтому, пока он не рассеялся, следовало продвинуться как можно дальше.
Но вот и этот участок закончился. Перед ними простиралась практически бесплодная зона. Здесь было мало диких трав и много камня. Все трещины в скале были заполнены льдом, который не таял даже летом, что свидетельствовало о суровости здешнего климата
Собрать водяной пар для создания тумана в таких погодных условиях – задача не из лёгких. Конечно, такой выдающийся мастер, как архимаг Немес, могла бы с этим справиться, но, учитывая огромное количество сил, которые ей пришлось бы затратить, результат вряд ли был бы оправдан. А если у Немес в процессе работы закончится мана, это грозит обернуться настоящей катастрофой.
«Колонна, стой! Приготовьтесь к штурму горного пика, покрытого ледяной шапкой! Живее! Нам нужно успеть до того, как рассеются облака!»
Всё ещё находясь под покровом облаков, созданных магами, солдаты начали распаковывать свои вещи. Они достали из заплечных рюкзаков одежды из шкур и надели их, чтобы защититься от холода.
На ноги были натянуты тёплые сапоги, в подошвы которых были вбиты металлические гвозди, чтобы обувь не скользила на льду.
В условиях сильного ветра и пронизывающего холода, царящих на вершине гор, подобная подготовка была крайне необходима. Только так солдаты могли сохранить свою боеспособность на высоком уровне.
Опыт Тевеуса в отношении климата этой местности оказался поистине бесценным. Благодаря ему, первый корпус смог избежать потерь во время путешествия по труднопроходимым Огским горам.
Фьюи-ить!
Кто-то из первой колонны свистнул, оповещая остальных о том, что они преодолели зону кустарников и начинают восхождение по вечной мерзлоте.
Солдаты вышли из облачного туннеля и снова двинулись к вершине. По приказу тысячника, они старались держать глаза прищуренными и не смотреть на землю. Ведь длительное воздействие солнечных лучей, отражённых от снега, могло привести к слепоте.
Вууу, вуу, вуу! – В этот момент с высоты донёсся тревожный звук горна. Похоже, пограничные силы Ноаба наконец-то обратили внимание на происходящее.
Однако вверх по пути следования армии Армана царила полная тишина. Вероятно, члены Клуба Филин уже вывели здешних ноабских солдат из строя.
Звуки горнов доносились с вершин, расположенных слева и справа от арманской армии, быстро распространяясь на запад и восток по всему хребту.
До этого момента всё шло по плану, и Тевеус не ожидал никаких проблем для своих людей. Передача сигналов через горны – это довольно медленный процесс. Сколько потребуется времени, чтобы сообщения были переданы через всю горную цепь? Арманская армия спустится с горного хребта гораздо быстрее, чем все войска Ноаба, расположенные к востоку и западу, будут отозваны.
Однако затем произошло нечто неожиданное. После того как горн прозвучал несколько раз, на соседней вершине внезапно вспыхнул огонь. Пламя быстро разрослось в размерах и поднялось в небеса, а дым от него имел необычный красный оттенок.
Когда арманцы обратили взоры в противоположную сторону, то увидели то же самое: над двумя горными пиками к небу поднимался багряный дым.
Вероятно, это был какой-то особый сигнал. Столбы дыма стали подниматься вверх с одной вершины за другой, распространяясь как на восток, так и на запад. И цвет их был неизменно красным.
Тевеус с досадой закусил губу.
«Чёрт! Они отправляют дымовые сигналы! Как такое возможно? Таким образом они мгновенно передадут информацию по всему Огскому хребту. Возможно, эти сигналы заметят даже в Меккане и узнают о нашем вторжении!
Тевеус сразу подумал о генерале Аль Маджали. Ему не доводилось встречаться с этим человеком, и как тот выглядит он не знал. Он лишь был уверен, что генерал моложе его. И пусть это лишь предположение, но столь изобретательная идея подачи сигнала должна была прийти в голову именно ему.
«Аль Маджали…» – повторил он про себя это имя. Как бы то ни было, но, похоже, чтобы выиграть эту войну, ему придётся как-нибудь справиться с этим генералом.
Да, как и предположил Тевеус, именно Аль Маджали разработал этот способ передачи сигнала с помощью дыма. Идея пришла ему в голову, когда он размышлял о том, как одновременно решить проблему нехватки разведданных и людских ресурсов.
У Тевеуа возникли и другие вопросы: «Но почему дым красный?»
Этому тоже была причина. Цвет дыма сигнализировал о численности врага.
Чёрный дым должен был означать десять тысяч человек. Синий – тридцать тысяч. А красный – великую армию в пятьдесят и более тысяч человек.
И пусть это не точные значения, даже приблизительная оценка сил врага могла помочь при реагировании.
Как же повезло Ноабу!.. Если у Арманской империи были Меч божий Тевеус и Павис Божье копьё, то у ноабцев – Аль Маджали.
«Как и ожидалось, с Ноабом будет нелегко.»
На лицо Тевеуса легла тёмная тень.
Однако одного этого было недостаточно, чтобы нанести поражение арманской армии. Это лишь уменьшало возможные преимущества.
Командиры десятитысячных подразделений воодушевляли тысячников, тысячники – сотников, а сотники – простых солдат, ведя их к вершине горы.
На вершине, то тут, то там, лежали трупы людей, по форме напоминавшие ноабских пограничников. Их кровь окрасила шапку из снега и льда. Белоснежный снег и человеческая кровь создавали резкий контраст, бросавшийся в глаза.
Вот она, вершина Огского хребта!
Далеко внизу, за облаками, виднелась обширная жёлто-коричневая равнина. Это и была земля Ноаба, покрытая пустынями и пустошами.
Стоя на самой высокой точке, Тевеус взглянул вниз и провозгласил: «Знаменосцы, поднимите флаг и водрузите его здесь! Флаг – это лицо нашей Арманской империи и символ нашей армии. А теперь мы поднимем наши преисполненные гордости лица и уверенно двинемся вперёд. В ноабскую пустыню!»
Упомянутый им флаг имел четыре метра в высоту и шесть – в ширину и был самым большим из флагов Армана.
Десятки рук взялись за флагшток, поднимая его и устанавливая в землю. Инженерная бригада усердно работала, преодолевая вечную мерзлоту и прорубая яму в скале. Солдаты надёжно закрепили основание флагштока в отверстии. Но даже этого было недостаточно, поэтому они натянули верёвки и вбили колья в землю с четырёх сторон.
Хлоп-хлоп-хлоп! – Флаг гордо развевался на ветру. Сильный ветер, дувший на вершине Огского хребта, заставлял огромное знамя яростно трепетать.
Тевеус, глядя на это великолепное зрелище, громко взревел: «Смотрите! Вот она, сила Армана! Во время восхождения на Огский хребет мы не потеряли ни одного человека! Так давайте же захватим Ноаб и вернёмся сюда в полном составе!»
Это была невыполнимая задача. Нельзя вести ожесточённые сражения в пустыне и не потерять ни одного человека. И невозможно осаждать стены Меккана, не понеся соответствующего урона.
Слова Меча божьего, прозвучавшие с самой высокой точки горы, были своего рода молитвой. Обращением к Адрии, на которого он полагался и кому доверял свою жизнь.
Не только он, но и все собравшиеся здесь солдаты одновременно вспомнили об Адрии – боге войны. Им казалось, что эта великая сущность, прошедшая через Врата Войны, возвышается над их головами.
Развевающееся знамя хлопало, словно плащ Адрии на ветру. Вершина Огского хребта, возвышающаяся над миром, казалась самим Адрией.
«Уо-ооооо!» – из глоток солдат вырвался дружный рёв. И крик пятидесяти тысяч солдат тоже напоминал рёв Адрии, а не человеческие голоса.
Ветер унёс крик с горной вершины в далёкие небеса.
До начала сражений оставалось всего два дня.