В тот момент, когда Немес собралась обрушить всю ярость на врага, в происходящее вмешалась Аль Тия. Ранее скрытая за спинами ассасинов, она решительно бросилась вперёд. Её поступок мог показаться безрассудным, но ей руководила материнская любовь.
«Если ничего не изменить, и ассасинов окончательно разбросает в стороны, ситуация станет очень опасной. Ведьма не глупа и наверняка нацелится на Лао!» – пронеслось у неё в голове.
И правда, маленький мальчик, гуляющий в Огских горах в сопровождении целого отряда ассасинов, никак не может являться обычным ребёнком. А раз он необычный, то очевидно, кого следует взять в заложники первым.
Аль Тия была готова сделать что угодно, чтобы этого не случилось. Сделав стремительный рывок, она отпихнула одного из держащих Соира ассасинов и заняла его место.
Никто не успел даже глазом моргнуть, как в её руке сверкнуло и вжалось в кадык Соира острое лезвие кинжала.
Резкие действия Аль Тии ошеломили Немес. Смерив противницу уничтожающим взглядом, она произнесла резким тоном: «Немедленно убери нож!»
А спустя миг к Аль Тие устремились многочисленные лезвия Воздушного резака!
Не думая о себе, ассасины бросились на защиту своей госпожи. Они отражали воздушные лезвия щитами и катарами, стремясь погасить атакующий потенциал заклинания противника.
Шух-шух-шух-шух!
Опасность была поистине велика. Сотворённые из ветра лезвия изгибались недоступным физическим мечам образом. Они огибали подставляемые под удар щиты и катары, рассекали плоть ассасинов и крушили их кости.
Некоторым ассасинам удалось полностью нейтрализовать их своей аурой. Однако пять или шесть бойцов получили серьёзные раны и были вынуждены отступить в тыл.
Пробившись сквозь людские тела, одно из лезвий достигло и Аль Тии. Но та и глазом не моргнула, лишь крепче сжав шею Соира. Показанные ей мужество и мрачная решимость были поистине достойны уважения.
С угрозой в голосе Аль Тия крикнула на чистом арманском языке: «Это ты отмени свою магию! Хотя ты можешь снова атаковать меня лезвиями ветра или даже молнией, и тогда узнаешь, что случится быстрее: умру я или мой кинжал пронзит горло этого человека!»
Аль Тия не выказала страха, стоя перед грозным архимагом, повелевающим пятью стихиями – Водой, Огнём, Землёй, Ветром и Молнией. Её решимость не поколебалась даже когда мимо в считанных сантиметрах проносились лезвия Воздушного резака. Цветок пустынного кактуса была поистине хороша.
Озвученная угроза заставила Немес замереть на месте. Увидев это, Аль Тия воодушевилась и подала ассасинам знак собраться вокруг неё.
В большинстве случаев это было плохой и очень опасной затеей, поскольку позволяло покончить со всей группой всего одним огненным шаром. Сработать это могло только если ведьме действительно дорог Соир. Тогда она не сможет нанести удар.
«Арррх!»
На лице у Немес появился оскал. Огненный шар воспарил над её головой и разросся почти до двух метров в диаметре. Казалось, будто над ней пылает огромное закатное солнце.
С правой руки с гулом и треском срывались голубые электрические разряды. Земля под ногами угрожающе просела.
Зрелище настолько устрашало, что даже у бывалых ассасинов по спине пробежали мурашки. Даже отважная Аль Тия почувствовала, как пересохло во рту. Казалось, что на неё вот-вот обрушится поток пламени или ветвистая молния.
Однако авантюрный план Аль Тии увенчался успехом. Немес не решилась атаковать. На лбу у архимага вздулись синие вены, её руки дрожали от ярости, но она осталась недвижимой, опасаясь за жизнь Соира.
У Аль Тии мелькнула торжествующая улыбка. Хотя понять, какого рода отношения связывают злую ведьму с пленённым магом, было сложно, очевидно, что тот имел для неё большое значение.
«Хм, а что случилось? Почему ты больше не атакуешь?» – с ехидцей произнесла наместница Джорана. Схватив Соира за волосы, она встряхнула его голову.
Лицо Аль Тии светилось гордостью. Ей удалось завладеть инициативой. Дальнейший же её план заключался в том, чтобы использовать пленника как живой щит, чтобы получить возможность спокойно уйти.
Выдерживая паузу, Немес быстро оглядела окрестности. Она тоже пыталась отыскать слабость противника, чтобы восстановить статус кво. И вскоре она заметила Лао.
Немес ощутила присутствие мальчика за спинами ассасинов. Это стало возможным благодаря слиянию с землёй, позволявшему видеть сквозь любые преграды.
«Чуть ниже по тропе находится ребёнок… Возможно, это и есть уязвимость моего противника!»
Стоило мысли промелькнуть в её голове, как земля пришла в движение. Поверхность, на которой стоял мальчик, резко просела и начала затягивать его вниз, подобно зыбучим пескам. Но мгновение спустя земля вздыбилась, охватив его, словно чьей-то крепкой рукой, и быстро понесла его в направлении Немес.
«Г-господин Лао!»
Даже стоявшие перед мальчиком несокрушимой железной стеной ассасины были неспособны остановить это нападение.
«Теперь всё снова изменилось, верно?» – медленно произнесла Немес. – «Будешь ли ты так же спокойна, наблюдая, как умирает этот маленький негодник?»
Казалось, что ей не ведома жалость. Крепко схватив за шею юного Лао, она подняла его перед собой.
У Аль Тии потемнело в глазах, ведь Лао был ей дороже жизни. Как и сказала ведьма, это могло изменить всё.
Однако она – Аль Тия. Поэтому, несмотря на сильную тревогу, она сделала вид, что не испытывает никаких эмоций и холодно отрезала:
«Изменилось? Хм… Это дитя мне действительно дорого, однако менять судьбы людей не в моих силах, верно? Поэтому, пока ты не придумала чего-нибудь другого, мне, наверное, всё-таки придётся убить этого человека…»
Скользь! – Лезвие кинжала в руке Аль Тии вошло в кожу Соира почти на пять миллиметров. По шее заструились капли крови. И хотя мужчина был без сознания, его тело отреагировало на это воздействие и дёрнулось.
«Проклятье!» – пронеслось в голове у Немес. – «Я-то думала, что дитя приходится этой стерве сыном или хотя бы племянником, а он, кажется, всего лишь раб, согревающий постель!»
Смелость Аль Тии ввела её в заблуждение. Посвятив всю жизнь магии, архимаг оставалась совершенно наивной в некоторых вопросах. Обладай она опытом ноабских эмиров, таких как Аль Маджали, то не смогла бы не заметить тревогу во взгляде противницы. Но такого опыта у Немес не было.
Рука, крепко сжимавшая горло Лао, ослабла. Немес не могла продолжать это противостояние, чувствуя, что одного из её любимых учеников вот-вот отправят к праотцам.
«Стой… Не убивай его. Если ты оборвёшь его жизнь, то я обещаю, что ни один из вас не умрёт лёгкой смертью», – пригрозила она, стараясь выглядеть по-прежнему разгневанной.
Но эта угроза не могла сработать против Аль Тии, прочно завладевшей инициативой:
«Тогда, может, и ты не будешь убивать своего заложника? Мой отряд спокойно спустится с Огских гор, и мы обе получим то, чего хотим. И никто при этом не пострадает.»
Немес замешкалась с ответом, но у неё не оставалось иного выбора, кроме согласия: «И как ты предполагаешь это сделать? Доверия между нами быть не может, так почему я должна поверить твоим словам?»
Аль Тия ответила со спокойной уверенностью: «Тебе придётся спуститься с нами. Мы не освободим заложника, пока не окажемся внизу. Следуй за нами, но не ближе чем в десяти метрах. Если нарушишь дистанцию, я тут же перережу ему горло. Однако, если всё пройдёт хорошо, то я отпущу его, как только мы достигнем подножия.»
«Хм, и ты думаешь, что вам после этого хватит сил уйти, избежав моей магии? Разве тебя не пугает цена, которую придётся заплатить за угрозу мне, архимагу Немес?»
«У подножия располагается моё войско. Если после обмена у тебя возникнет желание сразиться, то что ж, тогда мы сделаем всё, что в наших силах», – как и ожидалось, Аль Тия демонстрировала недюжинное мужество.
Даже Немес не будет рада перспективе прямого столкновения с ноабской армией. Сражение с огромным количеством врагов рано или поздно истощит её силы, исчерпает запасы маны, и это станет её концом. К тому же, ей нужно будет заботиться о безопасности бессознательного Соира.
Поэтому Немес ответила: «Хорошо. Я сделаю, как ты говоришь».
Но чтобы её не посчитали мягкотелой, она тут же добавила: «Однако пока мы спускаемся с гор, мне тоже нужны заложники. Ещё хоть кто-нибудь помимо этого мальчишки. Если в обмен на жизнь своего ученика я убью двоих, это будет менее несправедливо.»
Малолетний раб для своей хозяйки всего лишь игрушка, поэтому его жизнь большого значения не имеет. Вот почему Немес требовался кто-нибудь ещё в заложниках.
Это совпадало со стремлением самой Аль Тии. Ей тоже нужен был тот, кто будет находиться рядом с Лао и хотя бы попытается его спасти, если всё пойдёт не так.
Аль Тия сделала едва заметный жест, и один из наиболее ловких ассасинов направился к Немес, чтобы стать её пленником. Он без слов понял намерения госпожи и был готов к смерти, однако в его глазах горела решимость спасти юного господина Лао.
Аль Тия, держа своего заложника одной рукой, спускается с горы!
Немес, контролируя движения двоих пленников, идёт за ней следом!
За всё время спуска Аль Тия ни разу не взглянула на Лао. Пусть сердце её колотилось от тревоги за сына, она заставляла себя выглядеть спокойной. Она понимала, что это единственный шанс его спасти.
Лао, как и подобает сыну цветка пустынного кактуса, тоже был смел и понятлив. Попав в цепкие руки Немес, он не разревелся и ни разу не назвал Аль Тию мамой в присутствии врага.
Войска у подножия уже готовились к бою. Их предупредил один из ассасинов, отправившийся вперёд остальных.
Вдали показалось грозное воинство. Во главе его ехали двести воителей пустыни, поклявшихся не отступать даже перед лицом смерти. Каждый при добром скакуне, сабле или копье. Пронзительные взоры устремлены вперёд, а их внушительность вызывает восхищение. За их спинами находились три тысячи солдат.
И хотя это всего лишь часть сил Джорана, чувство давления, создаваемое ими, было весьма ощутимым!
Однако ещё больший трепет вызывал флаг, реющий над головами воителей – их символ гордости. Этот флаг знал каждый арманец, ведь в прошлом, когда показывалось это развевающееся полотнище, всегда проливались реки крови.
Теперь обратим внимание на тех, кто располагаются справа от воителей. Это люди в робах с низко надвинутыми капюшонами. У каждого из них узловатый посох или трость. Кажется, что от них исходят удушающие эманации смерти. Это некроманты из пустынных катакомб Джорана. Они были встревожены сообщением от Аль Тии и тоже поспешили выйти ей навстречу.
В ожидании схватки с архимагом они уже рисовали магические круги, чтобы усилить свою чёрную магию. Вбив в землю колья, они обозначили правильный шестиугольник, после чего окропили его периметр козьей кровью и принялись возводить алтарь, заполняя его мертвечиной и костями.
Сила некромантов во многом зависит от наличия или отсутствия магического круга. Достаточно припомнить, какие ужасающие вещи творили Йехигораб и Каматан в сражении с монахами Чёрного аббатства в заброшенной императорской усыпальнице, чтобы понять, на что они способны, войдя в полную силу.
Но на некромантах войска Аль Тии не заканчивались. Неподалёку от них расположилась шеренга ассасинов, чьи лица скрыты тканью. Эти воины готовы были в любой момент отдать жизнь ради своей госпожи. И строй из сотен таких бойцов мог заставить содрогнуться кого угодно.
Сердце Немес сжалось. Только теперь она поняла, что женщина перед ней и есть хозяйка Джорана.
«Чёрт, так эта женщина – Аль Тия?!»
Это имя было известно даже Немес – человеку настолько одержимому изучением магии, что не замечавшему более ничего вокруг. Вот как часто в Армане вспоминали о наследнице Горного старика Аль Джаиса!
«Итак, пришло время обменяться заложниками…» – проговорила Аль Тия, смерив соперницу пронзительным взглядом. В её голосе звучала уверенность. С поддержкой такого войска её позиции, безусловно, намного усилились.
«Как мы это сделаем, если мой ученик без сознания?» – спросила Немес.
Голос Аль Тии был по-прежнему уверенным: «Я оставлю его здесь и отойду на десять метров. Ты тоже оставь ассасина и ребёнка там, где стоишь, и отойди на десять шагов!»
Немес покладисто исполнила её распоряжение, и расстояние между женщинами увеличилось до тридцати метров.
«Теперь ассасин с ребёнком на руках медленно двинется в нашу сторону. Ты тоже подходи, соблюдая прежнюю дистанцию. Таким образом, когда ассасин доберётся до нас, ты дойдёшь до своего ученика.»
Способ, предложенный Аль Тией, звучал разумно. И был понятен.
Во время обмена заложниками обе стороны старались избегать провокаций. Немес не сводила взгляда с отряда ассасинов, что стоял позади Аль Тии. Ей казалось, что они вот-вот метнут ножи в Соира.
Аль Тия, в свою очередь, не отрывала глаз от Немес, опасаясь, что молния в руке архимага поразит её сына.
Напряжение достигло пика, когда ассасин с Лао на руках проходил мимо Соира. К счастью, обошлось без происшествий. Мужчина просто продолжил свой путь, и вскоре обмен заложниками завершился.
Немес молнией бросилась вперёд и ухватила Соира за шиворот. В следующий миг между ней и ноабцами возникли десятки слоёв Водного щита. Её ноги вызвали дрожь земли, угрожая любому, кто осмелится приблизиться. Со второй руки в любой момент была готова сорваться молния.
Однако войско Джорана бездействовало. Но, что удивило Немес больше всего, так это то, что Аль Тия, забыв обо всём, сама подбежала к ребёнку, порывисто его обняла и поспешно увела прочь. Разумеется, их тут же скрыла за собой живая стена из ассасинов и воителей.
«Ах ты!.. Обманула всё-таки! Этот малыш на самом деле важен!» – только теперь осознала правду Немес, и топнула ножкой с досады.
Судя по последним действиям Аль Тии, мальчик явно был её сыном или же племянником. И если бы она, Немес, правильно воспользовалась ситуацией, то могла бы получить важный козырь при вероятном вторжении в Джоран…
Однако молоко пролито, и ей придётся довольствоваться лишь спасением Соира.
Обняв ученика одной рукой, а вторую угрожающе выставив в сторону вражеского войска, Немес применила магию полёта. Нужно было выбираться отсюда, пока воители и некроманты не взяли её в клещи с двух сторон. Таков был результат быстрой оценки ситуации.
Это пески Ноаба, вотчина некромантов и воителей. Для неё, женщины из Армана, здесь места нет.