Контент удален!

— Встаньте, воители! — выхватив меч, вскричал Аль Маджали.

Ву-ууу! — В тот же миг раздался звук горна. Земля задрожала, твёрдая почва раскололась, образовав провал, из которого хлынули воители пустыни.

— Кии-я! — с устрашающим кличем они вырвались на поверхность и дважды взмахнули изогнутыми клинками. Первой атакой они подрубили лодыжки проходящим мимо солдатам Армана, второй — вонзили мечи в шеи противников.

Эта ужасная сцена, едва различимая в пыльном облаке, разворачивалась повсюду. Арманские солдаты, теснившие ноабцев, не смотрели под ноги, только перед собой, и к внезапному нападению из-под земли оказались не готовы.

— Отставить прорыв! Сомкнуть ряды, удерживать позицию! — раздались крики тысячников.

Продолжение прорыва выглядело глупо и безрассудно: никто не знал, какие ещё ловушки приготовил противник. План прорваться сквозь армию Ноаба мощным натиском провалился. Началась беспорядочная рукопашная схватка.

Дз-занг, дзанг!

— Ыаааааа!

— Сдохни!

Звон оружия, крики боли и злобные ругательства… всё слилось в какофонию, в которой тонули даже голоса командиров. От шума поначалу невозможно было ничего разобрать. Пылевое облако поднималось всё выше, от едкой пыли щипало глаза. Тяжёлые арманские мечи то и дело сталкивались с изогнутыми ноабскими, высекая искры. Люди пронзали черепа врагов копьями, лишившиеся оружия били щитами и впивались в горло противника голыми руками.

Арманские солдаты превосходили ноабцев в физической силе и телосложении. Как самая мощная армия на континенте, они обладали и большей силой духа. Однако одежда пустынных воителей сливалась с пылью, позволяя им обезглавливать врагов, оставаясь незамеченными. Бойцы, ранее скрывавшиеся под землёй, проявили невероятную эффективность. Даже тысячники, которых, казалось, невозможно одолеть в прямом столкновении, получали серьёзные раны. Многим из них, стоявшим в полный рост и демонстрировавшим устрашающий боевой дух, подрезали сухожилия. Атака застала врасплох и их — иначе они бы уже носились по полю, уничтожая ноабских солдат.

Тевеус покачал головой.

— Беспорядочная схватка в облаке пыли — это нехорошо. Наши несут слишком большие потери.

Он повернул голову и посмотрел на Немес. В его глазах читалась мольба о помощи.

— Поняла. Я уберу облако, — ответила она.

Немес шагнула вперёд, обе её руки вознеслись к небу.

Вшу-у! — В правой руке зародился вихрь. Хш-ш… — Левая рука сжала окружающий воздух, собирая из него влагу.

Следом за ней шагнули маги Ветра и Воды, высвобождая свои силы.

— Ветер, разгони пылевые облака! Вода, пролейся дождём!

Немес протянула руки к полю боя, и в этот миг произошло нечто невероятное. Вокруг неё закружился мощный вихрь и устремился к густым облакам пыли.

Вшу-ууу! — Пыль, поднимавшуюся из-под ног сражающихся, развеяло и унесло прочь.

Если учесть обе стороны, в этой пустоши вели бой восемьдесят тысяч воинов. И все клубы пыли, накрывавшие эту обширную территорию, исчезли по мановению руки. Да в человеческих ли это силах?

Конечно, Немес действовала не одна — её поддерживали сто магов Ветра, сообща закручивавшие воздушные потоки. Тем не менее вызвать такой ветер на столь обширной территории — невообразимая и колоссальная задача.

А затем с небес заморосил мелкий дождь. Капли падали на землю, слегка увлажняя её. Столь скромный эффект объяснялся тем, что вокруг лежал сухой песок. В нормальных условиях объединённые силы Немес и ста магов Воды могли бы вызвать настоящее наводнение, а при повышенной влажности — смыть потоками воды всех солдат.

Однако даже этого было достаточно. С увлажнённой земли пыль поднималась уже не так охотно. И пустынные воители, атаковавшие из-за её завесы, мгновенно утратили своё преимущество.

— Ага, кротоподобные твари! Теперь вы все сдохнете! — тысячники Армана обрушились на них с новой силой, стремясь отомстить за нанесённые обиды.

Дз-занг! Крак! — Их окутанные аурой широкие мечи легко сокрушали тонкие клинки пустынных воителей. Те не могли сравниться в голой мощи с тысячниками Армана. К тому же прятаться под землёй стало гораздо сложнее: влажная почва хуже поддавалась копке, и места, где они скрывались, легко обнаруживались.

Шасс!

— Кхух!

Мечи арманских тысячников вонзались в головы воителей, пытавшихся укрыться под землёй. Изрыгая кровь, они навеки замирали в вырытых ими же ямах. Со всех сторон доносились предсмертные крики.

Тем временем у Аль Маджали появились новые трудности — кавалерия, которую Тевеус ранее прятал на флангах. Конные отряды общей численностью в пять сотен сотников вступили в сражение. Когда битва переросла в беспорядочную рукопашную, они стремительно бросились в атаку. Они гнали коней, пока солдаты сражались в пыли, но не стали вмешиваться в общую свалку. Их не готовили к боям в клубах пыли. Их задача состояла в том, чтобы обезглавить командира.

Тыгыдым-тыгыдым-тыгыдым!

Аль Маджали, воодушевлявший своих солдат, был поражён. Он рассчитывал, что ударный кулак вражеской конницы будет сосредоточен в центре и затеряется в пыли. В условиях ограниченной видимости мобильность не имеет значения — воители пустыни могли бы по очереди подрезать ноги лошадям, а затем и сотникам. Однако это было ошибкой. Тевеус, словно что-то предчувствуя, разместил кавалерию на флангах, где не было пыли.

Обойдя завесу, всадники атаковали ставку Аль Маджали.

— Защитите господина! Остановите ублюдков!

Личная гвардия Аль Маджали пришла в движение и обрушила на сотников шквал атак. Как и ожидалось от людей лучшего генерала Ноабской империи, их способности были далеки от обычных. Даже в пыли их яркая аура сильно выделялась. Арманские сотники тоже были не из слабых. Они окружили мечи аурой и с невероятной скоростью бросились на гвардейцев.

Тыгыдым-тыгыдым-тыгыдым… Ба-аам!

И вот оно — столкновение!

Величественные гвардейцы с изогнутыми мечами, окутанными острейшей аурой! Сотники с широкими клинками, окутанными аурой массивности!

Особенно впечатлял капитан гвардии. Подобно капитану императорской гвардии Аль Нармеру, погибшему от руки Широна в заброшенной усыпальнице, он был одним из самых выдающихся воинов Ноабской империи. Его клинок окружала настолько яркая золотистая аура, что на неё было больно смотреть. Но дело было не только в яркости — это была пусть и тонкая, но кристаллизованная аура.

Конечно, на самом деле лучшими воинами Ноаба были Хейо и Карим. Вот только о них мало кто знал.

Хрясь! Шасс! — Кристаллизованная аура капитана молниеносно расколола щит сотника и рассекла его паноплию. Затем, дёрнув поводья, он сместился в сторону и вонзил меч противнику в живот. Его искусство верховой езды также было на высочайшем уровне.

Навыкам арманских сотников до такого было далеко. Они уступали и капитану, и простым гвардейцам, а если задуматься — и паладинам Луана. Силы же гвардейцев Аль Маджали были сравнимы с луанскими паладинами.

Тем не менее нельзя считать арманцев самыми слабыми среди трёх великих империй. Всё вышеописанное касается только сотников. Арманские же тысячники превосходят и луанских паладинов, и сильнейших ноабских воителей.

В этой схватке на капитана гвардии бросился сильнейший из сотников.

Вжу-у! — Это была яростная атака, подобная порыву ветра. Однако капитан легко избежал и её, просто отклонив корпус. А затем его окутанный золотистой аурой изогнутый меч метнулся к запястью противника.

— Аа! — раздался короткий вскрик. Запястье арманца вместе с мечом отлетело в сторону. Эта часть тела не была защищена паноплией, поэтому её отрубило целиком.

Капитан же, словно тигр, набросился на следующего сотника. В этот момент его сила казалась подавляющей.

Однако в целом ситуация складывалась крайне неблагоприятно для Аль Маджали. Состоящая из сотников кавалерия Армана насчитывала пятьсот бойцов. А противостояли им всего пятьдесят гвардейцев. В десять раз уступая в численности, они неизбежно ушли в глухую оборону. Что толку отбросить одного противника щитом, а другого сразить мечом, если в следующий момент тебя собьют с ног мощным ударом в спину, а затем начнут колоть тело со всех сторон?

Число погибших гвардейцев медленно росло, в то время как численность их противников, как казалось, не сокращалась вовсе. Даже усилия капитана, бившегося как лев, не могли этого изменить. Биться в соотношении десять к одному невероятно сложно. Становилось очевидно, что нужно придумать что-то ещё.

Капитан резко ткнул мечом в глаз одному сотнику. Мельком взглянув на противника, приближавшегося сзади, он быстро изогнулся и ударил остриём. Аура проникла сквозь щель в шлеме, вошла через глазницу и пронзила мозг, после чего вырвалась наружу. Резким толчком он отбросил от себя мертвеца и дёрнул поводья, заставляя коня сместиться в сторону.

— Все назад! Собираемся вокруг господина Аль Маджали!

По его приказу гвардейцы отступили — слишком уж многочислен был их противник. К этому моменту их число сократилось до тридцати человек — вот какой урон нанесла всего одна короткая сшибка! Капитан гвардии закусил губу.

Сотники с яростью устремились в погоню. Великолепные арманские кони неслись с огромной скоростью, быстро достигнув участка, где находился Аль Маджали.

Ву-ууу! — Из ставки Ноаба донёсся ещё один звук рога. Это был сигнал, что Аль Маджали в опасности.

Воители, всё ещё прятавшиеся под землёй, резко выскочили из укрытий, преграждая дорогу к своему командиру. Изначально они ждали, когда здесь будут проходить арманские солдаты. Но теперь, когда их генералу угрожала беда, они больше не могли оставаться в засаде.

Капитан гвардии вновь развернул коня. Хотя он и отступил, оказавшись в явном меньшинстве, он чувствовал, что всё ещё может продолжить сражение плечом к плечу с воителями пустыни.

— Нападайте, жестокие арманские захватчики! Я сражусь с вами! — грозно проревел он.

Вжу-у! — Его меч засиял ещё более ослепительным светом. Он был полон решимости уничтожить всех врагов, чтобы защитить Аль Маджали.

Однако его противники тоже получили усиление. Капитан считал, что, объединив силы гвардейцев с четырьмя сотнями воителей, получит явный шанс на победу. Но Арман отправил на этот участок не только кавалерию. Увидев прекрасную возможность захватить вражеского командира, Тевеус незамедлительно принял меры.

По его просьбе Немес выступила вперёд. Грозный архимаг, сравнимый по силе с Йехигорабом, наконец вмешалась в сражение.

Магия Полёта, которую простому магу сложно применить даже однократно, давалась ей невероятно легко. Слегка шевельнув губами, она взмыла в воздух, перенесла себя через бурлящее поле боя и в мгновение ока достигла участка, где находился Аль Маджали. Немес зависла в пяти метрах над гвардейцами, собирая ману.

Вспш-ш! — В её правой руке вспыхнул огонь!

Тр-ррз! — В левой заискрилась молния!

Вокруг тела возникла плёнка Водного щита!

Над яростно вздымающимися к небу волосами засвистел вихрь Воздушного резака!

А тем временем никто из ноабцев не замечал могущественного архимага, хотя она парила прямо над ними.