Контент удален!

На вопрос Ирен Рука оценки на миг замерла. А потом зажатым пером вывела на бумаге крест.

Но Ирен не упустила той доли мгновения, что Рука колебалась.

Решила ли она, что, задержись подольше, окажется впутана, — но Рука оценки принялась быстро работать.

— Ого, надо же, Рука оценки трудится так усердно. Что это на неё нашло.

Ирен сердито глянула на служащего. Знать, что Рука оценки толком не работает, и всё равно принимать заявки на оценку.

Так, чтобы служащий не услышал, Ирен тихонько шепнула Руке оценки:

— Работай как следует. И тем, кто ещё остался, всё сделай, и тем, кому раньше отказали, тоже.

На слова Ирен Рука оценки шевельнула пальцем. Это был знак согласия.

Немного погодя Ирен с четырьмя оценочными свидетельствами вышла из комнаты, улыбаясь.

В тот день по крепости разнеслась весть, что все, кто ждал очереди, включая тех, кому прежде толком не сделали оценку, благополучно её получили.

* * *

Что же это творится.

Рука оценки постукивала по столу всеми тремя пальцами.

Надо же — человек, знающий моё имя.

Женщина-человек назвала её имя в точности.

Петрогонасэдеоум.

Имя, которого жалким людишкам знать неоткуда и которое случайно не выговоришь.

Откуда же, во имя всего, ей это ведомо.

И странность была не только в этом. В тот миг, когда женщина заговорила, чутьё подсказало: перечить нельзя. От неё веяло необъяснимой властностью, а от стоявшего рядом мужчины — и подавно.

С виду — вроде бы обычные люди. Существа, которых и не различишь: на голове два глаза, один нос, два уха да один рот.

Очистительница и рыцарь — из тех, кого она без счёта повидала с тех пор, как поселилась в этой крепости.

И такие вот смеют приказывать ей — той, кого сами служащие крепости чтут как драгоценность, — что делать?

Ну и ну. Каковы наглецы.

Рука оценки была возмущена до глубины души.

И всё же отчего меня тянет им повиноваться?

Пока Рука оценки была во власти этих раздумий, из угла вдруг, извиваясь, выползло нечто. Длинное щупальце абрикосового цвета. Едва завидев его, Рука оценки на языке монстров закричала:

— Опять ты!

В ответ щупальце покачало кончиком в знак приветствия.

— Здорово, работу закончила? Промочи горло.

И протянуло ей целую кружку человеческого фруктового сока, невесть откуда взявшегося.

Рука оценки на всякий случай приняла её. Есть человеческую еду ей было вовсе ни к чему, но и отказываться от подношения без нужды не стоило.

Следом щупальце выложило яблоки, клубнику, арбуз. А затем, покачиваясь всем телом от нахлынувшего блаженства, с жадностью всё это заглотило.

Диковинное создание. Монстр с чудовищным демоническим рангом. Такой, пожалуй, играючи разнёс бы всю эту крепость.

И способности его были поразительны. Он мог появиться где угодно, а размером был таков, что заполнил бы собой целый мир.

И вот всё, на что он тратил эту силу, — воровал да поедал человеческую еду.

И это ещё не всё.

— Хозяина нет у тебя, хозяина? Человека, которого тебе не почтить за хозяина, я, может, и почту.

Он даже нёс безумную чушь — мол, возьму человека себе в хозяева.

Да ещё и знать его не знаю, а он с чего-то набивается в приятели.

Недавно он вдруг объявился здесь и вёл себя как закадычный друг — где, спрашивается, виделись. Форменный сумасшедший монстр.

Рука оценки, обмакнув один палец в поднесённый щупальцем сок, вдруг вспомнила слова людей, что приходили днём.

— Тебя, часом, не Чавкой зовут?

Имя, услышав которое, она едва не фыркнула. Чавка, надо же. Таким именем и щенка-то, кажется, не назовут.

Но других монстров, достойных имени, в этом мире, кроме этого невесть откуда взявшегося щупальца, вроде бы и не было.

Оттого она на всякий случай и спросила, и щупальце, что с упоением запихивало в рот фрукты, замерло. А потом с возмущением проговорило:

— Чавка? Да кто ж таким именем зовётся? Смех, да и только… А? А?

Щупальце, что собиралось доглотить фрукт, замерло. И не только это.

— Странно? Отчего это вода течёт?

С кончика щупальца закапали капли воды. А потом хлынули ручьём.

Рука оценки отпрянула от щупальца, что струило не то слёзы, не то сопли, но всё же подхватила из угла тряпку и протянула ему.

— Утрись сам и убирайся. Да перестань ты реветь. Гордости-то монстровой у тебя нет?

— Хны-ы! Пф-ф! Шмыг.

Щупальце приняло протянутую Рукой оценки тряпку и шумно высморкалось.

— Фу, гадость.

Не обращая внимания, щупальце ещё несколько раз яростно высморкалось. А затем аккуратно сложило тряпку и сунуло её Руке оценки. Та, едва приняв, отшвырнула её и как оголтелая принялась вытираться чистой тканью.

— Шмыг… это смешное… шмыг. Имя. От кого ты его слышала?

— А-а! Гадость! Люди, что приходили сегодня, сказали! А ну убирайся сейчас же!

Щупальце снова упрямо сунуло Руке оценки отброшенную тряпку и, оставив ругань за спиной, скрылось.

Немного погодя щупальце отправилось на огород крепости и, срывая и поедая помидоры, размышляло.

Чавка, значит?

Странно. Слышит впервые, а будто и не впервые, — и всё же имя это новое.

Сперва оно показалось смешным, но чем больше он его повторял, тем ловчее оно ложилось на язык, и подумалось, что это и вправду может быть его имя.

Люди, стало быть.

Щупальце, по правде, не знало, кто оно такое. Очнулось — и просто существовало здесь. И вместе с тем в нём сильно засела одна мысль: нужно кого-то найти. Вот только кого — было неведомо, в том-то и беда.

Но, услышав имя «Чавка», он уверился: эти люди наверняка что-то знают.

В тот миг в голове щупальца мелькнула одна картина. Некий человек, что всегда припасал для него яблоки.

— И-и-и.

С кончика щупальца снова заструилась вода.

Тут служанка, что пришла нарвать помидоров, увидела щупальце и пробормотала:

— Ой, это что за дождевой червяк такой огромный?

— Не червяк я!

Щупальце рявкнуло во всё горло, но до человеческого уха этот голос не долетел.

Обидевшись, щупальце проворно заползло под камень. Нужно было отыскать людей, о которых говорила Рука оценки. Тогда, думалось ему, удастся, быть может, и вернуть это своё тело, что отчего-то будто съёжилось.

* * *

На следующий день к Ирен и Микаэлю пожаловали гости.

— Ирен! Вы ведь нас помните? И Руби помните?

Едва дверь открылась, Рейна, увидев Ирен, обрушила на неё поток вопросов, а потом обняла и разрыдалась в голос. Позади неё, почёсывая щёку, стоял Феликс.

— Прошлой ночью к нам вернулась память.

Как выяснилось, эти двое были парой, что уже несколько лет назад вместе зачищала подземелья в крепости.

По счастью, им достался ценный артефакт, и в тот же день они его продали и покинули крепость. А потом перебрались в далёкое королевство и жили себе в умеренном достатке.

— Память вернулась внезапно. Я на ужин приготовила сливочное рагу. Стоило нам сесть за стол, как мы с Феликсом оба разом пробормотали: «Это ведь то, что любит Руби?»

А потом, говорят, они посмотрели друг на друга. Кто такая Руби?

В тот миг всё всплыло в памяти, и оба, зовя Руби, обыскали весь дом, но Руби, разумеется, там не было. Едва разобравшись, что к чему, они тотчас помчались в крепость.

— Мы верили, что, даже угоди вы, как и мы, в другое место, вы двое наверняка направитесь в крепость.

— Хорошо, что Рейна оказалась права. Только теперь наконец отлегло от сердца.

По сути, ни одна из бед ещё не была решена, но Рейна и Феликс, лишь встретив этих двоих, выглядели донельзя успокоенными.

При виде их лиц Ирен смущённо заговорила:

— Хм… не хочу вас разочаровывать, но в этом мире я — очистительница четвёртого класса, а Микаэль — рыцарь среднего разряда. Прежнее мастерство мы возвращаем быстро, но способа сходу выпутаться из этого положения у нас пока нет.

Говоря это, Ирен чувствовала перед ними вину. Как ни крути, Врата рая наверняка враждовали с ней и Микаэлем, и из-за этого-то двое их друзей и оказались впутаны ни за что ни про что.

К тому же, как выяснилось, Феликс теперь рыцарь высшего разряда, а Рейна — очистительница второго класса, как и в прежнем мире.

Так что они двое сходу большой помощи оказать не смогут.

Когда Ирен виновато проговорила это, Рейна со стоящими в глазах слезами покачала головой.

— Да что вы такое говорите. Мы, едва увидев вас, так успокоились.

Это было сказано искренне. Едва к ним вернулась память, оба ни о чём не могли думать, кроме одного: надо в крепость, искать Микаэля и Ирен.

Всю дорогу их тяжко давил великий страх: что, если придётся весь век прожить в этом мире, в мире без Руби?

Но, увидев спокойных, в отличие от них самих, Ирен и Микаэля, они успокоились. Доверься этим двоим, иди за ними — и выход наверняка найдётся.

Ирен обняла Рейну, что снова готова была разрыдаться, и похлопала её по спине. Она была просто благодарна за то, что даже в таком положении в неё верят.

— Как бы то ни было, это и вправду очень кстати. Мы завтра как раз собирались войти в подземелье среднего разряда.

Глаза утешавшей Рейну Ирен блеснули.

— К тому же один из добытых артефактов, похоже, окажется нам большим подспорьем.

Те четыре артефакта, что она носила Руке оценки. Один из них как раз и был тем, что в этом положении могло здорово пригодиться.

Чтобы им воспользоваться, надо войти в подземелье.

Ирен закусила губу. Завтрашний день будет очень опасным.

◆ ◇ ◆ ◇ ◆

Спасибо, что дочитали!

Больше глав и продолжение — на сайте:
https://chaptify.ru/novel/34eae6f5-a113-4998-82ae-877013f8f3fc

Поддержать перевод и читать раньше — на Бусти:
https://boosty.to/novelslab