Экстра 16

Ирен, делая вид, что не замечает его полного ожидания взгляда, посмотрела между его ног.

Тогда Микаэль, словно приглашая ее не стесняться и разглядеть все внимательнее, полностью повернулся к ней.

Теперь Ирен оказалась лицом к лицу с его откровенно обнаженным достоинством.

От напряжения она сглотнула сухим горлом, хотя это зрелище было ей уже до боли знакомо.

Она видела его бесчисленное множество раз и думала, что хорошо знает, но чтобы он вот так демонстративно подносил его прямо к ее лицу — такое случалось впервые.

Наверное, именно поэтому его достоинство казалось еще больше, чем обычно.

Когда-то Микаэль, покрывая поцелуями все ее тело, осыпал ее комплиментами и говорил, что в ней нет ни одного места, которое он не любил бы.

Он бесконечно целовал нежную кожу на внутренней стороне ее бедер и в конце концов коснулся губами уже увлажнившегося места между ними.

Тогда Ирен, умирая от смущения, сердито вскрикнула:

— В-ваше достоинство красивее моего!

Она сказала это искренне.

Настолько искренне, что ей даже пришло в голову: неужели Бог, создавая этого святого рыцаря, уделил особое внимание даже такому месту?

Достоинство Микаэля было светло-розовым и, словно отражая его характер, вытягивалось совершенно прямо, без малейшего изгиба.

Хотя он уже был с ней один раз, его плоть не только не утратила силы, но и подавала признаки того, что снова готова подняться.

Более того, когда Ирен замерла и уставилась на него, стало заметно, как оно напрягается еще сильнее.

Микаэль усмехнулся и схватил Ирен за затылок.

А затем резко притянул ее лицо еще ближе.

Один бурный акт уже был позади.

Блестящий ствол был насквозь пропитан телесными жидкостями — невозможно было понять, чьими именно, — и пах ими обоими.

Ирен снова сглотнула и услышала его смешок.

— Так нравится? Аж слюнки текут.

— Ничего подобного!

— Конечно-конечно.

Микаэль схватил Ирен за руку и заставил ее обхватить его достоинство.

— Ты же сама говорила, что оно красивое.

— !..

Услышав это, Ирен пораженно посмотрела на него.

— Откуда ты…

— Откуда я знаю?

Пальцы Микаэля глубже зарылись в волосы Ирен. Он держал ее крепко, не позволяя отстраниться, и произнес:

— Разве есть что-то сказанное тобой, чего я не помню?

Это не было ложью.

Без сомнения, когда он впервые увидел Ирен, он решил, что перед ним всего лишь человеческая женщина. Но в какой-то момент он осознал: эта женщина — его жена.

Пытаясь понять, как такое возможно, Микаэль вскоре нашел ответ.

Это был он.

Тем, кто был рядом с Ирен, и тем, кто существовал в этом мире как Владыка демонов, был один и тот же человек — он сам.

И все чувства, которые он сейчас испытывал к Ирен, тоже принадлежали ему.

Темные желания, которые Микаэль, находясь рядом с ней, снова и снова подавлял, которые бросил на самое дно души и похоронил.

— Поэтому, дорогая…

Микаэль еще сильнее прижал лицо Ирен к своему достоинству.

— Давай.

— …

Ирен посмотрела на него, затем коротко вздохнула, словно сдаваясь, и сказала:

— Тогда после этого дай мне сегодня отдохнуть.

Она не понимала, что вообще происходит, но ее тело, уже перенесшее грубую близость, было на грани изнеможения.

Если все продолжится в том же духе, она наверняка потеряет сознание.

Чавка и Рука тоже, наверное, где-то поблизости.

Поэтому ей нужно было во что бы то ни стало сохранить рассудок и продержаться.

Но… что мне делать, если я продержусь?

Как ни нелепо это звучало, в нынешней ситуации варианта «сбежать» не существовало.

При первой встрече она подумала, что это не ее Микаэль.

Но, разделив с ним ложе, Ирен поняла, что ошибалась.

Он был Микаэлем. Но… Микаэлем, которого она не знала.

— Хм.

Услышав слова Ирен, Микаэль на мгновение задумался, а затем кивнул.

— Раз ты устала, ничего не поделаешь.

Микаэль сжал ее руку сильнее, будто торопя.

Получив его ответ, Ирен, словно показывая, что в этом больше нет нужды, оттолкнула его руку, державшую ее за голову.

В этом движении сквозило легкое раздражение, но Микаэля оно, похоже, только еще больше позабавило.

Заложив руки за голову, он лег на кровать. Ирен села между его ног, обхватила его достоинство рукой и медленно опустила голову.

Она раскрыла рот как можно шире, но стоило ей лишь взять головку, как челюсть уже начала ныть.

Однако отступать было некуда.

Очевидно, если она скажет, что больше не может, он тут же заявит: «Тогда давай по-старому», снова схватит ее и еще долго не отпустит.

И действительно, когда Ирен замерла в нерешительности, Микаэль, будто только этого и ждал, произнес:

— Тяжело? Прекратим?

Его расслабленный голос раздражал. Похоже, сейчас Микаэлю доставляло огромное удовольствие дразнить ее.

Внезапно почувствовав упрямство, Ирен открыла рот еще шире и полностью вобрала головку.

— Ох…

С лица Микаэля, до этого сохранявшего расслабленное выражение, впервые сошла улыбка.

Но Ирен было не до его лица.

Даже взяв только кончик, она уже заполнила весь рот; что и как она могла сделать дальше?

Когда Ирен застыла, не зная, как продолжать…

— Ирен.

Микаэль позвал ее.

От звука его голоса по спине Ирен пробежал холодок.

— Попробуйте медленно двигать языком.

— !..

Это был уже не тот игривый голос, который еще мгновение назад называл ее «дорогая».

Он говорил серьезно и вместе с тем вежливо — тем самым тоном, которым всегда обращался к ней.

Пораженная Ирен, все еще держа его достоинство во рту, подняла взгляд.

Изменился не только тон. Взгляд, которым он смотрел на нее, тоже стал другим.

Это уже не был взгляд человека, впервые увидевшего новую игрушку. На нее смотрели знакомые голубые глаза, наполненные глубокой страстью.

Потрясенная Ирен невольно выпустила его достоинство изо рта и сказала:

— Микаэль! Наконец-то вы пришли в се… мм!

Но договорить она не смогла.

Потому что с силой, не сравнимой с прежней, он упрямо снова ввел член ей в рот.

— Нельзя отпускать, Ирен. Вы же обещали сделать это.

Тупой кончик грубо потерся о сомкнутые губы Ирен.

В конце концов ей ничего не оставалось, кроме как снова открыть рот и вобрать его.

Она вернулась в то же положение, что и в самом начале. Микаэль другой рукой схватил Ирен за подбородок и слегка надавил.

Когда ее рот естественно раскрылся шире, Микаэль протолкнул свое достоинство немного глубже.

Из-за того, что член заполнил весь рот, у Ирен от физиологической реакции покраснели уголки глаз, и на них навернулись слезы.

Микаэль завороженно смотрел на нее, а затем мягким голосом произнес:

— Проглотите до самого конца.

Это было самое чистое и вместе с тем самое непристойное желание, о котором он прежде не смел даже мечтать.

* * *

Хрум-хрум.

В мгновение ока несколько яблок исчезли во рту Чавки.

Тьфу-тьфу-тьфу-тьфу-тьфу.

Через некоторое время, выплюнув огрызки и семечки, он обвил телом соседнюю яблоню и принялся неистово ее трясти.

Дерево закачалось, и спелые яблоки градом посыпались на землю.

Чавка вытянул другие щупальца и сгреб все упавшие плоды.

— Мое! Это все мои яблоки!

В его крике звучала безмерная радость.

Снова набивая полный рот яблоками, Чавка пробормотал:

— Когда встречу Ее Высочество, скажу, что хочу остаться жить в этом мире. Я за этот мир! Хи-хи. Ну что это за яблоки такие вкусные?

Глядя на счастливого Чавку, Рука Оценки, словно выражая недовольство, постучала семью пальцами по земле.

Затем она написала:

«Прожорливый щупальцевый ублюдок».

Будь у нее рот, она вздохнула бы так тяжело, что земля под ней провалилась бы.

Еще недавно он рыдал навзрыд и кричал, что ненавидит это место. Но стоило ему найти яблоню — и вот результат.

Оставив радостного Чавку позади, Рука Оценки отвернулась и посмотрела вдаль.

Это измерение было устроено как попало.

Там, где сейчас находились Чавка и Рука, пейзаж почти ничем не отличался от человеческого мира. Но в других местах виднелись картины мира демонов.

Словно кто-то вырезал куски оттуда и отсюда, а потом слепил их вместе.

Или же…

Все выглядело так, будто сюда выбросили то, что в собственных мирах стало ненужным или что хотелось скрыть.

В таком случае…

Рука Оценки повернулась туда, где ощущалась аура Владыки демонов и его супруги.

Что же Владыка демонов здесь выбросил?