Особая экстра. Часть 9
Чавка глядел на извивающийся кончик своего щупальца с таким лицом, будто рухнул весь Демонический мир.
— У-у-у-э-э. Не хочу-у я здесь быть!
Чавка отчаянно затряс телом, взывая о сочувствии.
— Ты монстр, тут уж ничего не поделаешь.
— Сами-то Владыка демонов, а говорите так, будто вас это не касается! Кхе! Кхе! Ой-ой, уже задыхаюсь!
— Тише. Тут повсюду святые рыцари.
— Ойк.
При этих словах Чавка тут же стёр свой рот. За время бесконечных возрождений Чавка успел повидать Микаэля во множестве обличий.
Разумеется, он прекрасно знал, как беспощадно тот некогда, в бытность святым рыцарем, истреблял монстров. Впрочем, и став Владыкой демонов, тот перебил их немало.
Святая сила-то ещё больнее!
Пусть и не такие, как Микаэль, но рыцари, что орудуют святой силой как оружием, кишмя кишели здесь. А если такая святая сила по тебе ударит?
Это ж дико больно.
Умереть-то он, ясное дело, не умрёт. Он ведь кто? Прямой слуга Демонической владычицы! Тот, кому она доверяет больше всех! Существо особого, недюжинного демонического ранга!
Понятно, что удары обычных святых рыцарей для Чавки — не более чем царапина.
Но порезанный бумагой палец, как известно, саднит сильнее всего. Больно — оно и есть больно.
Вдобавок сейчас из-за святой силы Великого храма он и телом-то усох. Так что наверняка будет больнее обычного.
Чавка на миг исчез, а потом высунул тонкое щупальце из-за цветочного горшка в углу комнаты.
— Кстати, а зачем вы меня звали?
— Проверь, нет ли сейчас где-нибудь возле Великого храма открытых Врат рая.
— Есть!
Чавка тут же убрал тело. А затем, вернувшись в свой мир, разделил себя на бессчётное множество щупалец-нитей и оглядел все уголки Великого храма.
Чавка выползал там, где его никто не мог заметить. За ящиком с детскими игрушками, за очагом в трапезной, между книжными полками в библиотеке, под листвой в саду — и даже в расщелине скалы на дальней горе.
Обшарив как следует все окрестности Великого храма, Чавка вернулся к Микаэлю.
— Ничего не видать. Обшарил всё далеко вокруг, но даже намёка на то, что где-то зарождаются Врата рая, не почуял.
— Может, оно понесло урон после того, как ядро пронзили.
На эти слова Чавка мелко задрожал. В миг, когда Микаэль уничтожил Врата рая, ему вспомнилось, как тот когда-то уничтожал подземелья.
В бесчисленных повторявшихся жизнях Микаэль убивал всякого монстра, что попадался на глаза. А какое-нибудь подземелье низшего разряда он, будто ему и войти-то внутрь лень, одним ударом пронзал в самое ядро и уничтожал.
Меня он тогда тоже сколько раз убивал.
Люди перед тем, кто их убил, испытывают ужас, а вот монстры пленяются его мощью.
Уничтожения они, конечно, инстинктивно избегают, но тот, кто хоть раз их подчинил, видится им обольстительнее всего на свете — существом, которому должно служить.
А Микаэль убивал его столько раз, что…
Верность! Служу верой и правдой!
Но, если честно, с Демонической владычицей, что щедра на яблоки, ему было всё же поспокойнее.
— А ты, глядя на Врата рая, что почувствовал?
— Я подумал: «Ух, паршивая какая святая сила»… вот что.
— Верно. Что это святая сила — несомненно. Вот только не пойму, отчего она объявилась здесь в таком виде.
Став Владыкой демонов, Микаэль обрёл множество разных знаний. Были среди них и знания о святой силе — противоположности скверны.
Даже обитатели Демонического мира не знают, каков исток святой силы. Знают лишь, что она их ненавидит и нападает. Святая сила существовала во многих мирах. Но всегда пребывала в виде сгустка света — и никогда прежде не двигалась столь деятельно, не являла воли.
— А где Рука оценки?
— Отправилась в Демонический мир — говорит, разузнает что-нибудь любопытное для вас, Владыка. Обещала вернуться как можно скорее.
— Ясно…
По объёму знаний среди них никто не мог тягаться с Рукой оценки. Оттого-то ей в крепости и поручали оценивать все те бесчисленные артефакты. Да и возвращать те артефакты в родной мир, не будь Руки оценки, было бы во многом непросто.
И раз уж эта самая Рука оценки исчезла, объявив, что соберёт ещё сведений, то, может статься, Врата рая и вправду возникли впервые лишь недавно.
Как бы то ни было, его нужно уничтожить.
Они с Ирен — ничего. Уж как-нибудь с «Ним» справятся.
Вся беда в детях.
Ханиэль и Рамиэль пусть и во многом не такие, как все, но всё же пока ещё дети. Если Врата рая отыщут их в отсутствие родителей, толком дать отпор они не смогут.
В голове Микаэля всплыла картина: свет хватает детей и утаскивает их по ту сторону Врат рая.
В тот же миг у него вырвался скрежет стиснутых зубов.
— Владыка! Спокойно, спокойно! Мы же в Великом храме!
— Верно…
Проглотив едва не хлынувшую скверну, Микаэль вспомнил, как Врата рая не смогли проникнуть в Великий храм.
По правде, увидев Врата рая, он подумал было — как ни совестно перед Верховной жрицей — не вернуться ли им попросту домой.
Но, увидев, что Врата рая не могут приблизиться к Великому храму, он передумал и решил и вовсе перебраться внутрь.
Так, даже если меня не окажется рядом, дети будут в безопасности.
Разумеется, пока природа Врат рая неведома, даже Великий храм не вполне защищён от «Него». А потому нужно как можно скорее выяснить, что это и чего оно хочет, и решить, как ему противостоять.
И тут в голове Микаэля вновь зазвучали голоса детей.
Папа, противный.
— Ха-а…
Микаэль, что было ему несвойственно, испустил долгий вздох. Слышать слова обиды от детей, что всегда, стоило им его увидеть, просились на руки, оказалось больнее, чем он думал.
* * *
Прошёл ещё один день. Дети, что поначалу радовались приезду в Великий храм, вскоре откровенно заскучали.
— И чего тут так тихо? Будто у всех и ртов-то нет.
Руби пробормотала это, подперев подбородок ладонями на столе.
Рейна сзади хлопнула её по спине — сядь, мол, прямо, — но та, не то из упрямства, так и осталась лежать, снося мамину руку.
— А снаружи хоть что-нибудь интересное есть?
На вопрос Ханиэль Руби, сверкнув глазами, резко выпрямилась.
— А как же! Там рыцарский орден!
— Орден? Орден святых рыцарей?
— Ага, ага! Пойдём туда, а?
Руби нарочно, глядя в сторону Рейны, сказала это погромче.
Рейна воспитывала Руби в строгости. Иначе та за день успевала натворить дел не по одному разу. Но Руби прекрасно знала: стоит Ханиэль и Рамиэлю приехать в гости, как мама делается чуть снисходительнее.
— Мам, им ведь тоже скучно, вот если бы мы сходили в орден…
Шлёп!
Не успела Руби договорить, как Рейна снова шлёпнула дочь по спине.
— Ты что, думаешь, это тебе деревенская площадка для игр?! Даже в Великий храм явилась, а ведёшь себя всё так же — ну куда это годится!
Стоило Рейне сказать это твёрдым тоном, как Руби сменила мишень для осады.
— Па-ап… Ну один разочек. Один-единственный. Говорят, и другие приходят поглядеть на орден святых рыцарей…
Теперь Руби вцепилась в руку Феликса и повисла на ней. Феликс украдкой глянул на Рейну.
Судя по грозно вздёрнутым уголкам её глаз, ляпни он сейчас, не сообразив, что-нибудь вроде «а может, и правда сходим?», — утреннего солнца ему больше не увидать.
— Руби. Великий храм — не то место, где можно вот так разгуливать и играть, где вздумается.
Так что и Феликсу поневоле пришлось заговорить строгим голосом, заодно с Рейной.
Тут в комнату вошла жрица с горячим чаем. И Руби опять сменила цель.
— Здравствуйте, госпожа жрица! А нам, случайно, можно сходить поглядеть на орден святых рыцарей?
Жрица, от которой ждали отказа, вопреки ожиданиям поставила чашку и лучезарно улыбнулась.
— Ну конечно! Верховная жрица как раз просила: юные гости, верно, изнывают от скуки, так покажите им Великий храм. Да и рыцари, которых я видела поутру, всё любопытствуют о наших гостях.
— Правда? Мам, слышала? Мы сходим и вернёмся! Скорей, пойдём!
Руби не пришлось никого подгонять — Ханиэль и Рамиэль тоже мигом вскочили с мест.
— Мы скоро!
— Госпожа жрица, спасибо вам!
Видно, опасаясь, как бы Ирен их не остановила, оба ребёнка, не сговариваясь, поднялись и встали рядом со жрицей.
Жрица, сказав, чтобы не беспокоились, увела детей. Похоже, она и сама была рада поиграть с ними.
— Хоть бы ничего не стряслось…
Глядя на дверь, за которой скрылись дети, Ирен встревоженно пробормотала это. За их безопасность в стенах храма она не боялась. Как и в других храмах, жрецы всегда пеклись о детях, и святые рыцари наверняка не исключение.
Беда была в её собственных детях.
Вернутся ли эти сорванцы паиньками?
В ту же ночь опасения Ирен сбылись в точности.
— Мы хотим жить в Великом храме!
Вернувшиеся к ужину дети, все перепачканные землёй, прижимая к груди деревянные мечи с вырезанными на них именами, закричали это.
◆ ◇ ◆ ◇ ◆
Спасибо, что дочитали!
Больше глав и продолжение — на сайте:
https://chaptify.ru/novel/34eae6f5-a113-4998-82ae-877013f8f3fc
Поддержать перевод и читать раньше — на Бусти:
https://boosty.to/novelslab
