Экстра 17

Хлюп. Хлюп-хлюп.

В ушах Ирен раздавался непристойный звук скольжения по влажной плоти. Иначе и быть не могло: она все еще держала достоинство Микаэля во рту.

Возможно, потому что она продолжала двигаться так, как он велел, ее движения, то поглощавшие, то отпускавшие ствол, стали куда увереннее, чем в начале.

Единственное, что прикрывало обнаженное тело Ирен, были ее длинные волосы.

Каждый раз, когда она двигалась, серебро волос вспыхивало в свете, а обнаженная грудь мягко покачивалась.

Микаэль, опираясь обеими руками на кровать, смотрел на ее тело.

Словно любовался самым прекрасным произведением искусства в мире, его взгляд бережно и вместе с тем жадно скользил по каждому изгибу.

Если бы этот взгляд имел форму, он был бы настолько настойчивым и цепким, что от тела Ирен уже ничего бы не осталось.

Когда Ирен захватила глубже, его низ, отзываясь на стимуляцию, дернулся и напрягся еще сильнее.

— Ох…

Микаэль невольно издал медленный, возбужденный вздох.

Кровь прилила к паху так сильно, что казалось, он вот-вот взорвется. Было очевидно: стоит ему хоть немного расслабиться, и он жалко изольет все, что в нем скопилось.

Поняла ли она, что этот момент близок? Лицо Ирен, до этого выражавшее усталость, немного просветлело.

Однако, в отличие от Ирен, лицо Микаэля, наслаждавшегося ее ласками, напряглось.

И в тот миг, когда показалось, что уголки его губ слегка приподнялись, Микаэль едва подал бедра вперед и резко толкнулся вверх.

— Умп!

Ирен испуганно издала сдавленный звук.

Она и так взяла его настолько глубоко, насколько могла, а из-за его движения он ударил ей прямо в горло.

В конце концов Ирен выпустила то, что держала во рту, и несколько раз откашлялась.

Микаэль протянул ей стакан прохладной воды.

Откуда вдруг взялись этот стакан и вода, было непонятно, но Ирен было так тяжело, что она молча взяла его и сделала глоток.

Прохладная вода пролилась в горло, кашель утих, и она немного пришла в себя.

— Было очень тяжело?

Услышав это, Ирен подняла глаза и свирепо посмотрела на него.

Из-за кого все это происходит, а он смеет так невинно спрашивать, будто ничего не понимает.

Когда Ирен уставилась на него, Микаэль усмехнулся и подпер подбородок рукой.

— Но, дорогая, тебе тяжело только потому, что ты делаешь это неправильно.

— Неправильно? Да ты вообще знаешь, как долго я уже!..

Она хотела закричать: «Да ты вообще знаешь, сколько времени я держу во рту твой член?».

Но от нахлынувшего смущения Ирен не смогла договорить и только закусила ни в чем не повинную губу.

В итоге она возмущенно бросила Микаэлю:

— Этого уже достаточно. Теперь дай мне отдохнуть.

Ей действительно хотелось хотя бы немного передохнуть. Из-за того, что она так долго держала его во рту, челюсть онемела, и казалось, будто она перестает ее чувствовать.

Когда Ирен потерла рукой ноющую челюсть, Микаэль обнял ее так, что ее спина прижалась к его груди.

Затем он медленно и с силой надавил пальцами на места, где она чувствовала боль.

Под его руками ноющая боль постепенно стихла.

Ирен оставила попытки что-либо сказать и покорно отдалась его прикосновениям.

Руки, разминавшие ее челюсть, как всегда, были нежными и заботливыми.

Неужели он собирается дать мне отдохнуть в таком состоянии?

Стоило Ирен подумать об этом, как напряжение начало спадать. Но Микаэль прошептал ей на ухо:

— Но ведь один раз еще не закончился.

— Не закончился? Сколько еще ты собираешься продолжать?

Когда Ирен в шоке обернулась, Микаэль с совершенно бесстыдным лицом невозмутимо ответил:

— Пока я не кончу. Только тогда это будет один раз. А я ведь еще не кончил.

— …

От этих откровенных слов Ирен лишь открывала и закрывала рот, как рыба.

Каждый раз, когда он говорил нечто подобное, она начинала сомневаться, действительно ли перед ней Микаэль.

Конечно, нельзя было сказать, что Микаэль никогда прежде не произносил ничего похожего.

Но такие случаи можно было пересчитать по пальцам, и в них не было такой легкомысленности.

Бывало даже так, что, сказав подобное, он сам смущался, краснел и просил: «Пожалуйста, сделайте вид, что не слышали того, что я только что сказал».

Когда Ирен, не в силах вымолвить ни слова, посмотрела на него, Микаэль забрал у нее стакан, швырнул его куда-то в сторону и снова обнял ее.

— Что? Тебе не нравится, когда я так говорю?

— …

— Тогда я скажу так, как тебе нравится.

С этими словами Микаэль поднял Ирен и опустил ее на пол рядом с кроватью.

Затем он зажал ее между своих ног.

Так его достоинство оказалось прямо перед глазами Ирен.

Несмотря на то что она все это время ласкала его ртом, Ирен вновь смутилась и в конце концов подняла голову, посмотрев ему в лицо.

— Ирен, если вы еще немного поможете мне, думаю, на этот раз я наконец смогу излиться.

Его тон мгновенно стал привычным.

Как ни нелепо, но в этот момент сердце Ирен забилось быстрее.

— И как… же?

Как бы там ни было, раз он наконец сказал, как это закончить, ей хотелось узнать способ.

Она действительно была на пределе.

Вход в подземелье и перемещение в другое измерение требовали совершенно разных затрат энергии.

К тому же это было высокое измерение. Разве ее силы не иссякли настолько, что сразу после перехода ее едва не стошнило?

В обычной ситуации она сейчас отдыхала бы, пока Микаэль, Чавка и Рука Оценки охраняли ее поблизости.

А здесь стоило ей только прибыть, как этот Микаэль не просто утащил ее в неизвестное место и овладел, но еще и донимал, требуя полностью его удовлетворить.

Если я сейчас усну…

Судя по нынешнему Микаэлю, было очевидно: он просто продолжит, независимо от того, спит она или нет.

Разве в таком случае она сможет нормально отдохнуть? К тому же нынешний Микаэль — Владыка демонов, а значит, его мысли весьма извращены.

Было ясно, что, если она попытается уснуть, он нарочно грубо войдет в нее и будет мучить, не давая спать.

Ему будет совершенно безразлично, тяжело ей или нет.

— Это несложно. Вам просто нужно немного активнее использовать свое тело.

Сказав это, Микаэль опустил руку и схватил грудь, которая еще мгновение назад колыхалась перед ним.

Его рука, еще более настойчивая и цепкая, чем взгляд, сжала затвердевший от возбуждения сосок и потерла.

— Ах!

Удивленная Ирен попыталась убрать его руку, но Микаэль не отпустил и потянул ее за грудь.

Поневоле тело Ирен подалось вперед вслед за его рукой, и она схватилась за его бедра.

Микаэль другой рукой обхватил ее вторую грудь, а затем поместил свое достоинство между ними.

Ирен опустила взгляд. Увидев его член, зажатый между грудей, словно толстая ветвь, она поняла, что именно он имел в виду, говоря, что ей нужно «активнее использовать свое тело».

Микаэлю было недостаточно ее рта. Он во что бы то ни стало хотел потереться своим достоинством еще и о ее грудь.

— Т-т-ты… пусть это и из-за демонической энергии, но как ты можешь такое…

Когда Ирен пробормотала это укоризненным тоном, Микаэль сказал:

— Это не из-за демонической энергии.

Он приподнял ее грудь, словно сжимая, и сдавил зажатое между ней достоинство.

— Я и в обычное время думаю об этом. Каждый день, каждый миг — всегда, когда смотрю на вас.

— Ложь...

Она знала, что он желает ее.

Но обычно в постели Микаэль был настолько сдержан, что его слова казались ложью.

Настолько, что даже когда она намеренно соблазняла его, он оставался непреклонен.

— Это не ложь. Ложь — то, как я веду себя обычно. А здесь, сейчас…

Микаэль еще сильнее сжал ее грудь.

Ее белая, мягкая плоть нежно сдавила его достоинство, на котором вздулись вены.

Сколько раз он так потерся? Прошло совсем немного времени, прежде чем его достоинство дернулось, и он тут же излился.

Из-за этого на лицо ничего не подозревавшей Ирен хаотично брызнула мутно-белая жидкость.

— Ах…

Ирен, покрытая липкой влагой, не могла произнести ни слова и сидела в оцепенении. Микаэль протянул руку и схватил ее за подбородок.

А затем, широко улыбаясь, сказал:

— Здесь я — самый честный я, Ирен.

Его губы накрыли губы Ирен, на которых еще оставалось его семя.

Ирен предчувствовала:

Микаэль не сдержит обещания дать ей отдохнуть.