Особая экстра 4
Эрцгерцог Ланц оказался куда более приятным собеседником, чем Ирен думала.
Порой он, глядя на Ирен, заливался краской и начинал запинаться, но в остальном беседа лилась легко и непринуждённо, точно вода.
И темы были самые разные. Сперва они легко поговорили об окрестных вкусных трактирах, а вскоре перешли к разным разностям об эрцгерцогстве.
Он и о себе охотно рассказывал, и к словам собеседницы прислушивался.
И при этом эрцгерцог Ланц между делом сообщал Ирен разные полезные сведения.
— И всё же, если искать будет трудно, дайте мне знать. Я сразу помогу.
Эрцгерцог Ланц назвал адрес где-то в столице. Сказал, что это подходящее место, чтобы Ирен там остановилась.
Названное им место было той самой улицей с дорогими домами, что Ирен увидела, едва прибыв сюда.
Должно быть, он сам там останавливается, когда бывает за пределами замка.
Ирен в меру поблагодарила и убрала бумагу, на которой он записал адрес.
А затем потянулась к сумке с покупками.
— Спасибо вам огромное за сегодня. Мне, пожалуй, пора возвращаться на постоялый двор.
— Вот как.
Она думала, он попытается ещё её удержать, но и на взгляд эрцгерцога Ланца время было уже слишком позднее.
Тем временем на краю неба сгущалась ранневечерняя тьма. Незаметно в каждом доме зажглись лампы, а из труб клубился дымок — пекли вечерний хлеб.
— Хотел бы проводить вас до дома, но это, верно, вас стеснит.
Вместо ответа Ирен улыбнулась. Ведь она прекрасно знала, как опасно сообщать незнакомцу, где живёшь.
И эрцгерцог Ланц был из тех, кто способен принять во внимание и такие чувства собеседника.
— Хотя бы до выхода из заведения донесу.
Эрцгерцог Ланц сам подхватил корзину Ирен и поднялся.
А затем, как и сказал, донёс её до выхода из заведения.
У выхода Ирен забрала у него корзину. То, как он будто не хотел её отдавать, напомнило большого щенка, что уныло опускает игрушку.
В тот миг Ирен снова не смогла не улыбнуться.
Было в эрцгерцоге Ланце что-то, неуловимо напоминавшее Микаэля.
То-то с ним так легко было разговаривать.
Конечно, нынешний Микаэль не дал бы Ирен нести ни единой вещи, но когда они держались на приличном расстоянии, разве не вёл бы он себя именно так?
Когда Ирен забрала корзину, эрцгерцог Ланц, помявшись, слегка склонил голову.
— Я пойду первым. Так вам, верно, будет спокойнее. И… здесь, как бы поздно ни было, ничего по-настоящему опасного с вами не случится. Кроме лёгких перепалок, тяжких преступлений тут ни за что не бывает.
На полные уверенности слова эрцгерцога Ланца Ирен склонила голову набок.
— Разве это возможно? Ах, я не сомневаюсь в умении вашей стражи. Они показались мне очень надёжными. Но всё же — чтобы опасного не случалось вовсе — это ведь немыслимо, разве нет?
На вопрос Ирен эрцгерцог Ланц смущённо улыбнулся и, запинаясь, ответил:
— Ха-ха, я к тому, что так будет с сегодняшнего дня. Что ж, я, пожалуй, пойду.
С видом, по которому всякий понял бы, что он уходит от ответа, он перевёл разговор и зашагал в сторону, противоположную той, куда направлялась Ирен.
И при этом, обернувшись разок, помахал Ирен рукой и крикнул:
— Буду ждать вашей весточки!
Сказав так и, видно, застеснявшись, он впопыхах убежал в сторону замка.
Ирен ещё долго смотрела вслед эрцгерцогу Ланцу, что довольно быстро скрывался, — будто в замке ему вспомнилось какое-то срочное дело.
— Хм-м.
Сказанное им только что не давало ей покоя.
Каким бы безопасным ни было место, чтобы преступлений не было вовсе — так не бывает.
Когда-то Микаэль говорил, что нет на свете совершенно безопасного места, и что даже в том самом Великом храме раз в год да случается какая-нибудь беда.
А тут — столица эрцгерцогства, где собралось столько народу, и ночью может быть безопасна?
И это «с сегодняшнего дня» мне покоя не даёт.
Тем временем тьма сгустилась ещё больше. На небе незаметно густо высыпали ранневечерние звёзды.
Ладно, надо возвращаться.
Ирен с корзиной зашагала по дороге. Брести вот так в одиночку было непривычно.
С тех пор как мы покинули крепость, я почти не оставалась одна…
К тому же вот так, с полными руками покупок, бродить ночными улицами одной ей не доводилось ни разу.
Подумав вдруг, до чего же она привыкла к жизни рядом с Микаэлем, Ирен направилась на постоялый двор.
Постоялый двор был в окраинной части столицы. Место было опрятное, но с приходом темноты на душе делалось отчего-то жутковато.
Должно быть, оттого и на улице не было видно прохожих.
— Раз людей нет, я понесу!
Едва они оказались в безлюдном месте, как прятавшийся в волосах Ирен Чавка вырос.
А затем, навесив на себя все корзины, что были в руках Ирен, радостно, то из-за угла одного дома, то другого внезапно высовываясь, зашагал вместе с Ирен по ночным улицам.
— Я вернулась.
Хоть Ирен прекрасно знала, что Микаэля нет, она зачем-то поздоровалась с домом.
Глядя на тёмное, безответное помещение, она ощутила одиночество.
Скорей бы покончить со здешними делами.
И снова хотелось шагать по дороге вместе с Микаэлем.
Вымыв руки и вернувшись, Ирен позвала Чавку.
— Чавка.
— Шфо? Я нифефо не ел!
Запустивший было щупальце в корзину Чавка испуганно подскочил. Видно, хотел сказать, что ничего не ел.
Но во рту у Чавки болталось нечто, в чём всякий узнал бы яблочную плодоножку.
К тому же невесть откуда взявшаяся Рука оценки сбоку от корзины сообщала: «Этот тип три яблока сожрал».
— Я их для тебя купила. Ешь спокойно.
На слова Ирен Чавка, прослезившись, закричал Руке оценки:
— Эй, ты, ябеда! Видала?! Владычица говорит, что можно!
И тогда Рука оценки снова вывела в воздухе буквы.
— Этот тип и виноград наполовину весь слопал.
— Эй! Зачем ябедничать-то!
Глядя, как на столе в гостиной Чавка и Рука оценки, схватив друг друга, барахтаются и трясут один другого, Ирен прыснула.
И в тот миг, когда она, подумав, что пора бы их разнять, собралась подойти…
— !..
— А?
— Хо-о?
И Ирен, и Чавка, и Рука оценки разом замерли и подняли головы.
Все трое отчётливо это ощутили. Как из замка эрцгерцога вырвалась невероятно могучая скверна и стремительно потянулась во все стороны.
Все трое тут же открыли окно. Вид ничем не отличался от прежнего. Людскому глазу он показался бы обычным ночным небом.
Но в глазах той, что владела скверной и несла в себе демонический ранг Демонической владычицы, было видно, как алая скверна стремительно расползается, будто готовая накрыть весь мир.
— Ого, вот это да.
Чавка, что рядом с Ирен смотрел на это зрелище, восхищённо разинул рот, а Рука оценки, хлопая по подоконнику, рукоплескала.
С первого взгляда было ясно.
Это не скверна Микаэля.
Во-первых, ощущение иное, а во-вторых, пусть его скверна и сильна, она ещё не восстановилась настолько, чтобы рассеяться на такой огромный простор.
И тут Рука оценки, долго смотревшая в небо, вывела буквы.
— Это вроде бы «Дева-Хранительница»?
От этого глаза Ирен расширились.
До сих пор тихая «Дева-Хранительница» — с чего это вдруг так?
Подумав, не случилось ли чего с Микаэлем, Ирен поспешно сказала Чавке:
— Чавка, сбегаешь скорее к Микаэлю?
— Есть!
Видно, и Чавка понял всю серьёзность положения — отложил недоеденное яблоко и тут же скрылся.
И спустя миг.
— Владычица! Беда! К Владыке не подобраться! И не только к Владыке — всё вокруг стало пространством, куда я не могу попасть!
— Это ты о чём? Как это — не можешь попасть?
Это ведь Чавка, что свободно ходил и по этому миру, и до самого дальнего закутка Демонического мира. Благодаря ему артефакты Висконти они собрали так легко, будто просто подбирали с земли.
И вот для такого Чавки это стало пространством, где он бессилен.
И тогда Рука оценки снова вывела буквы.
— Я ж в прошлый раз говорила. Что «Дева-Хранительница» — сильнейший сейф. Глянь-ка туда. С виду вроде обычное небо, а созвездия видны совсем не те, что мы знаем. И, поди, они не движутся. Ведь это — замкнутое пространство.
И при этом Рука оценки, точно вздохнув, бессильно опустила руку и снова вывела буквы.
— Мы заперты внутри «Девы-Хранительницы».
* * *
В тот же час.
Микаэль и Хьютон, что были в замке эрцгерцога, тоже ощутили скверну и, изумлённые, посмотрели на небо.
Хьютон, в отличие от Микаэля, скверны не видел, но, как святой рыцарь, и он, похоже, способен был ощутить мощь силы и её размах.
— Что это такое?
Хьютон, унимая испуганно забившихся лошадей, посмотрел на Микаэля. Когда Микаэль взглянул на лошадей, те, встретившись с ним взглядом, снова присмирели.
— Ха, чудно́е дело с этими малыми. Чтобы вот так в один миг угомонились…
— Схожу-ка ненадолго гляну, что снаружи.
Успокоив лошадей, Микаэль тут же вышел из конюшни. Глядя на скверну, что разлилась по всему небу, он мысленно цокнул языком.
Это, без сомнения, «Дева-Хранительница».
То была сила, знакомая ему, ведь в прошлой жизни он её убивал.
Но почему же «Дева-Хранительница», что до сих пор тихонько пребывала в замке эрцгерцога, вдруг вот так, точно сорвавшись с цепи, пустила в ход силу?
И тут Микаэль увидел человека, что выходил из замка наружу.
Вокруг него, обступив, с озабоченными лицами стояла челядь во главе с камергером.
— Но, ваша светлость! Как же это — вот так внезапно отменять все дела?
Хоть он так и говорил, особо озабоченным он, похоже, не был. Голос камергера был ближе к ласковому укору, да и у других вассалов и слуг, что стояли рядом, на лицах была лёгкая улыбка.
Судя по всему, эрцгерцог Ланц что-то заупрямился.
Так вот он, эрцгерцог Ланц.
Он был точь-в-точь как ему описывали. Высокий рост, чёрные волосы. И располагающее лицо, способное вызвать симпатию у всякого.
Вопреки ожиданию, что человек, как одержимый сгребающий артефакты, будет алчным, перед ним был юноша, в котором ещё оставалась свежесть молодости.
И тут эрцгерцог Ланц сказал камергеру:
— Но ведь неизвестно, когда придёт весточка от госпожи Ирен!
В тот же миг Микаэль остановился.
На свете много людей с именем Ирен, но отчего-то ему подумалось, что Ирен, о которой говорит этот тип, — его Ирен.
◆ ◇ ◆ ◇ ◆
Спасибо, что дочитали!
Больше глав и продолжение — на сайте:
https://chaptify.ru/novel/34eae6f5-a113-4998-82ae-877013f8f3fc
Поддержать перевод и читать раньше — на Бусти:
https://boosty.to/novelslab
