На следующий день крепость гудела.

Служанки, с лицами, полными ужаса, перешептывались, обсуждая ночное происшествие.

Синтия, благодаря своим дружеским связям со служанками, узнала о случившемся первой.

Она сразу же направилась к Ирен.

Вчера Ирен запретила другим посещать её, сказав, что у неё есть важный разговор с Микаэлем.

В последнее время кажется, что Ирен стала еще ближе с сэром Микаэлем.

Микаэль всегда действовал в одиночку, не заключая ни с кем контракт.

Синтия, бывавшая в крепости уже несколько лет, довольно часто видела издалека, как он один входит в подземелья.

Однажды, хоть она и была с большой группой людей, им даже довелось выбраться из подземелья с его помощью.

Тогда, впервые увидев Микаэля вблизи...

Он был холодным человеком.

Как и подобает прославленному святому рыцарю, он относился к собеседнику с должным уважением, невзирая на статус и способности.

Поэтому люди восхваляли и уважали Микаэля.

Но Синтия чувствовала необъяснимый холод в его безупречно вежливом отношении даже к ней.

Человек, справедливый ко всем.

Это означает, что никого он не считает особенным.

Люди говорили, что это потому, что он посвятил всего себя богу.

Даже с теми, с кем он сблизился, посещая подземелья, он по-прежнему держался с отстраненной доброжелательностью, словно приветствовал незнакомца.

Но в этом году, наблюдая за ним вместе с Ирен, Синтия была втайне удивлена.

Даже с учетом того, что они заключили контракт, она никогда не видела, чтобы Микаэль держался так близко к кому-то другому.

Разве не поэтому она, несмотря на слова Ирен о том, что он не поможет с собранием, посоветовала ей всё же попробовать попросить его, в тайной надежде?

Результат оказался таким, как и ожидала Синтия.

Он, никогда не участвовавший ни в каких частных собраниях, появился, чтобы помочь Ирен.

С того момента она думала, что Микаэль стал ближе к Ирен, но после возвращения из ловушки в подземелье эти двое казались гораздо более близкими, чем она предполагала.

Доказательством тому служило обращение Ирен к Микаэлю.

Ирен всегда называла его «сэр Микаэль» перед другими людьми, старательно добавляя почтительный титул.

Хотя Микаэль уже давно называл её просто по имени.

Синтия считала, что это и есть дистанция между ними.

Сэр Микаэль считает Ирен более близкой.

Но в отличие от него, сделавшего большой шаг навстречу, Ирен проводила черту.

До сих пор черту проводил Микаэль, но впервые она видела обратное.

И всё же она думала, что Ирен тоже разрушит стену перед Микаэлем.

Микаэль — мужчина, которого все вожделеют и обожают.

Даже если Ирен говорит, что он не в её вкусе, разве найдется в мире человек, который, находясь рядом с кем-то вроде Микаэля, в конечном итоге не почувствует влечения?

Но вопреки мыслям Синтии, Ирен продолжала держать дистанцию. Казалось, расстояние между ними даже увеличивалось.

Видимо, действительно не в её вкусе.

Если Ирен не нравятся мужчины, у которых есть всё, что ж, такое возможно.

Или, может, ей просто не нравятся блондины, или голубые глаза, или точеные тела.

Однако после того, как они пропали и вернулись из искаженного подземелья, отношения между ними полностью изменились.

Микаэль, который и так, казалось, хотел сблизиться с Ирен, теперь буквально приклеился к ней.

После возвращения сэра Микаэля, из-за нехватки рыцарей, он так часто мотается за пределами крепости, что люди, кажется, еще не заметили.

А Ирен...

— Микаэль? Он сказал, что сегодня вернется в крепость... Я передам ему, когда придет.

Теперь она естественно называла его Микаэлем даже в его отсутствие.

А в дни его возвращения она то и дело подходила к окну и смотрела наружу.

Когда он возвращался, она естественно подходила к нему.

Похоже, в подземелье многое произошло.

Говорили, что, в отличие от месяца здесь, там прошло меньше времени, но чтобы так быстро сблизиться...

Видимо, чувства были с самого начала.

Но на душе у Синтии было неспокойно.

Но ведь сэр Микаэль — святой рыцарь.

Человек, которого называют живым воплощением писания. В этот период зачисток они будут парой, но что будет, когда период закончится и контракт истечет? Разве он не должен вернуться в храм?

Из-за этого уже многие метят на место рядом с сэром Микаэлем...

Она боялась, что Ирен может пострадать из-за этого.

Подавив беспокойство, Синтия постучала и вошла в комнату Ирен.

— А, Синтия, пришла?

Ирен поспешно встала, наводя порядок на столе.

— Это документы по подземельям? Оставь.

— Не то чтобы...

Ирен неловко улыбнулась и продолжила убирать книги.

Ирен, которая всегда просматривала материалы из архива снова и снова. И это не материалы о подземельях?

Услышав это, Синтия посмотрела на книги, которые убирала Ирен.

«Карта западной части континента», «Базовый путеводитель по горному хребту Аржанс и окрестным городам», «Сто восемьдесят лучших пейзажей южного побережья»...

Рассмотрев названия книг, Синтия округлила глаза.

— Ирен, ты куда-то едешь отдыхать?

Все книги, которые убирала Ирен, были путеводителями по достопримечательностям империи.

Там были даже описания каждого королевства.

Судя по книгам, казалось, что человек решил отправиться в путешествие по всему континенту.

— Не то чтобы отдыхать... Я просто думала, где жить после окончания этого периода зачисток.

— Ах да. Ты говорила, что тебя удочерили там, где ты жила раньше.

Отношения с приемной семьей были не просто плохими: они казались хуже, чем с чужими людьми.

Хоть Ирен и не объясняла, но, судя по поведению мужчины-слуги, который иногда приходил к ней, теплых отношений там явно не было.

— И приглянулось какое-нибудь место?

— Пока не знаю. Слишком много о чем нужно подумать. К тому же я еду не одна, так что нужно спросить и у него...

Ирен внезапно замолчала, поспешно убрала книги и сменила тему.

— Кстати, что случилось? Дело в собрании? Может, есть еще желающие участвовать?

Спросить ли, кто этот «он», у которого она собралась спрашивать?

Немного поколебавшись, Синтия решила оставить свои вопросы при себе.

Она и так догадывалась об ответе, да и не хотела давить на Ирен, задавая вопросы сейчас.

Потом расскажет.

Ирен теперь без колебаний называла Синтию своей подругой, представляя её другим.

Значит, она обязательно расскажет ей перед тем, как покинуть крепость.

Синтия перестала проявлять любопытство и заговорила о причине своего прихода.

— Слышала о разговорах, которые поползли по крепости?

— Разговоры? О чем ты?

— О Вильгельмине.

— О Вильгельмине? Говорили, что она пропала, её нашли?

— Нельзя сказать, что нашли, но говорят, вчера какая-то служанка видела Вильгельмину в общежитии очистителей.

— О чем ты. Говорили, что она пропала, а она, оказывается, была в крепости?

— Ну... Служанка видела Вильгельмину в конце коридора, она стояла спиной и не двигалась. А потом она медленно повернулась...

Синтия содрогнулась всем телом и сказала:

— У повернувшейся Вильгельмины не было лица.