Онлайн чтение книги Аннет Annette
1 - 7

Глава 7

Дверь открылась с легким щелчком. На дверях казармы не было засовов, поэтому Райнгар не удивился. Именно поэтому он не стал надевать обратно снятую верхнюю одежду.

Но когда он машинально повернул голову и увидел женщину, стоящую на пороге, сердце его ухнуло вниз.

Это произошло в одно мгновение. Наваждение, накрывшее его прежде, чем он успел опомниться. Лишь увидев белоснежный чепец, очертания невысокой фигуры и узких плеч, Райнгар уверился в своей догадке, но тут же понял, насколько нелепой была эта ошибка.

Руки женщины. Две руки, сложенные на чистом переднике, были совсем не такими, как те, что он видел днём.

Свихнулся.

Даже ругая себя, он продолжал смотреть на её руки. Не сводил глаз, пока служанка, робко опустив голову, не вошла и не закрыла дверь. Сутулая спина, покатые плечи — ни капли сходства, как он мог так ошибиться? Внезапная вспышка раздражения заставила его нахмуриться.

— Я не звал служанку.

— Меня прислал милорд.

Тихий ответ прозвучал на тризенском. Стоило ему осознать этот очевидный факт, как служанка продолжила:

— Он сказал, что сэр наверняка устал с дороги, и велел помочь вам снять усталость.

Пробормотав это едва слышным голосом, служанка осторожно подняла голову и посмотрела на него. Райнгар потерял дар речи и лишь смотрел на незнакомое лицо. Плечи сковало холодом.

— …Не нужно, уходи.

Коротко отказав, он отвернулся, словно игнорируя её. В голове шумело, в животе было тяжело, настроение было паршивым. Особенно неприятно было от того, что сердце до сих пор гулко колотилось.

— Эм…

Он хотел, чтобы она поскорее ушла, но служанка снова заговорила. Райнгар, подавляя раздражение, молча ждал продолжения. Он не обращался со служанками грубо, как дворянские сынки или другие рыцари. Важно не забывать своё происхождение.

— Я… девственница…

И что с того? Он чуть не выплюнул этот ответ, но тут же понял. Понял, почему эта юная служанка сказала именно это.

«Разве наш «Непорочный рыцарь» станет прикасаться к шлюхе?»

Райнгар был уверен: чувство, вспыхнувшее в нём подобно огню — это гнев.

Служанки, которым некуда было идти, были собственностью хозяина. Бедные фермеры отдавали дочерей в служанки, чтобы избавиться от лишнего рта, или же ими становились женщины, у которых не было иного пути, кроме проституции. Дворяне прекрасно знали это и использовали служанок как легкое развлечение. Дети, рожденные такими служанками, чаще всего были от хозяина или его гостей.

«Для мужчины важно уметь и развлекаться.»

Райнгар переопределил чувство, бурлящее внутри. Обида. Не гнев.

— Я сказал, уходи.

— …….

— Я всё объясню милорду, так что не беспокойся.

Добавив это, не глядя на неё — это была вся забота, на которую он был способен. Он не стал говорить дерзостей вроде «впредь не делай такого». Разве может человек, которому нужны еда и кров, ослушаться приказа хозяина? Он сам прекрасно знал, что ради выживания иногда приходится терпеть унижения.

Даже когда служанка ушла и он остался один, Райнгар не лёг в постель. Он долго стоял на том же месте, глядя себе под ноги. Думал, почему дом, в который он вернулся спустя год, кажется не таким, как раньше.

Отсутствие Эриха, или что-то гораздо большее, изменило его самого. На войне он тосковал по дому и считал дни до возвращения, но стоило вернуться, как с первого же дня всё стало чужим и неуютным.

Дом. Разве это мой дом?

Когда мысль дошла до этого, он словно очнулся. Какой дом. Это замок графа Рот, а не мой дом. Та женщина — графиня, а не служанка. Не дочь фермера, которой не повезло стать пленницей, а любимая дочь тирана, принцесса павшей страны.

Не заблуждайся.

Только тогда его обдало холодом реальности, и сомнения, терзавшие его с самого ужина, показались смешными. Райнгар стиснул зубы и снова накинул снятую одежду. Уже то, что он медлил с докладом о том, о чём был обязан доложить, было нелояльностью. Чтобы не совершить ещё большей ошибки, нужно доложить сегодня же.

Быстро одевшись, он вышел из казармы. В замке посреди ночи было безлюдно. За исключением дежурных стражников у ворот и редких факелов, всё было погружено в тёмную тишину.

Особняк графа находился на востоке, напротив солдатских казарм. Окружать усадьбу лорда и военный лагерь низкой стеной было особенностью архитектуры Тризена, в отличие от северных лордов, живших в замках-крепостях.

Стена была низкой, но достаточной, чтобы сдержать вторжение, поэтому охрана внутри была не слишком строгой. Чувство отчуждения по отношению к обитателям замка Рот, привыкшим к многолетнему миру, возникало у Райнгара исключительно потому, что он только сегодня вернулся с войны.

Он шёл в спокойной темноте без огня. По пути от лагеря к особняку он никого не встретил. Среди окон особняка, из которых кое-где просачивался свет, он проверил спальню графа, а затем невольно скользнул взглядом по окнам вокруг. Он подумал, где может быть спальня графини, но везде было темно.

Уже легла спать? Вряд ли ей спится спокойно. Должна дрожать от страха, гадая, когда я доложу.

Или она сейчас с мужем?

Думая об этом, Райнгар не замедлял шаг. Ну и что, если вместе? Может, так даже лучше. Если она признает вину и попросит прощения прямо там, муж может проявить милосердие. Повторяя про себя слово «муж», он зашагал шире.

Когда он подошёл к главному входу особняка, стражники узнали его и молча поклонились. Райнгар прошел мимо них не останавливаясь и поднялся на второй этаж. Ночной особняк был тёмен, жаровни на лестничных площадках освещали проходы.

Дойдя до покоев графа, Райнгар остановился. Прислушался к звукам внутри и постучал. Тук-тук. Стук по твердому дереву нарушил тишину коридора.

— Милорд. Это Райнгар.

— Войди.

Разрешение графа последовало незамедлительно.

Открыв дверь и войдя, Райнгар опустил глаза, оценивая обстановку. Просторная комната была освещена свечами, изысканная мебель лоснилась в их свете. Кроме графа, сидевшего за столом с кипой бумаг, никого не было. Райнгар мысленно выдохнул с облегчением и поклонился лорду.

— Прошу прощения за поздний визит.

— Что случилось? Хоть я и рад тебя видеть.

Галант Рот с улыбкой посмотрел на него снизу вверх. Он был в удобной одежде перед сном, и, возможно, благодаря остаточному действию вина, выглядел мягче обычного.

Столкнувшись с этим лицом, Райнгар привычно напрягся. Это было чувство покорности или благоговения, привитое с раннего детства.

Ведь если бы Галант не подобрал его, он бы не выжил. Брошенный младенец, ставший бы кормом для диких собак, или, в лучшем случае, нищий крепостной. Человек, определивший мою судьбу. Этот факт каждый раз заставлял Райнгара склонять перед ним голову.

— Я пришёл, потому что мне нужно кое-что сказать вам.

— Сказал бы утром. Ты ведь устал, даже не отдохнул.

— …….

— Что такое? Мой подарок не пришёлся по вкусу?

В голосе графа слышалась усмешка. Райнгар поднял глаза и встретился с ним взглядом.

— Я отослал служанку обратно.

— Вот как. А я ведь ради тебя специально велел послать девственницу.

— …Благодарю за заботу, но мне не нужна женщина.

— Быть того не может.

Галант смотрел на него с улыбкой и вопросом в глазах. Казалось, ему искренне любопытно, почему тот отказался от служанки. Это аристократическое безразличие не удивляло, но Райнгар вновь почувствовал обиду, и едва не высказал всё, что было на душе.

Потому что я не хочу, чтобы кто-то умер, как моя мать. Не хочу плодить детей без отца и фамилии, как я сам. Эти слова вертелись на языке, но он снова промолчал. Ведь граф всё равно не признает неблагодарного бастарда своим сыном.

— Раз ты так говоришь, ничего не поделаешь. Хорошо.

— Благодарю вас.

— Так что ты хотел сказать? Не ради же разговоров о служанке ты пришёл в такой час.

Спросил Галант, откидываясь на спинку стула. Ему явно не понравилось, что его подарок отвергли. Если бы он пришёл в такое время, да ещё и в спальню лорда, а не в кабинет, только чтобы сказать, что отослал служанку и попросить больше так не делать, граф счёл бы его наглым и невоспитанным. Поэтому, чтобы успокоить графа и доказать свою верность, нужно было доложить.

Сегодня днём я встретил графиню за стенами замка. Переодевшись в служанку, она легко прошла через ворота. К счастью, я наткнулся на неё и привёл обратно, но, думаю, стоит приставить к ней охрану, чтобы такое не повторилось.

Доклад был предельно простым. Райнгар сглотнул и открыл рот.