Онлайн чтение книги Аннет Annette
1 - 73

Рейнгарт шёл по мощёной дороге, что тянулась от арки, ведущей к военному лагерю, к самому особняку. По его виду можно было заключить, что он только что завершил надзор за учениями.

С тех пор как Рейнгарт вошёл в главный дом три месяца назад, встречи происходили лишь в зале для торжественных ужинов. Здесь же их пути пересеклись впервые. При дневном свете черты казались ещё выразительнее. Луиза невольно улыбнулась.

Услышав своё имя, Рейнгарт изменил направление и направился к собеседницам. Подойти и приветствовать знатную даму, первой подавшую знак внимания, — требование безупречного этикета. Пока он приближался, Луиза на мгновение позабыла о присутствии Аннет. Рейнгарт состоял вассалом при графе и владел общеязыковой речью, однако к знати не принадлежал.

Как и следовало ожидать, короткий взгляд достался Аннет, после чего Рейнгарт, словно само собой разумеющееся, обратился к Луизе на языке Трисена:

— Госпожа.

— Какая неожиданная встреча. Вы в добром здравии?

— По милости вашей пребываю в благополучии. Рад видеть, что здоровье госпожи крепко.

— Благодарю, рыцарь. Мне тоже приятно вновь увидеть вас.

Рейнгарт умел сносно подражать манерам знати. Перед благородной дамой он не склонялся без меры и не держался неловко, как это часто случалось с простолюдинами, удостоенными рыцарского звания. Вполне подходящая партия для молодой наследницы земель.

Луиза, не сводя взгляда с загорелого лица, влажного от пота лба и прилипших к вискам волос, продолжила беседу:

— Уже почти два месяца, как мы с вами не виделись в зале для ужинов. Моё положение не позволяло мне появляться.

— Мне доводилось слышать, что роды состоятся в скором времени.

— Верно. Срок назначен на октябрь.

— Да хранят госпожу боги. Буду возносить молитвы.

— Как это любезно. Однако, что привело вас сюда в такой час? Вы направлялись к полуденной трапезе?

Граф предпочитал вкушать полуденную трапезу в одиночестве, тогда как оба сына пользовались отдельными залами. Фолькер обедал в главном доме, Дитрих — во флигеле, и потому вассалы естественным образом разделились на два круга. 

«Неужели за это время Рейнгарт уже примкнул к Фолькеру?» Луиза слегка насторожилась и стала ждать ответа.

— Нет, госпожа. Мне надо было ненадолго заглянуть в покои.

— В покои?

— Оставил там одну вещь.

«Оставил вещь…» Луиза отнеслась к объяснению с сомнением, однако лишь легко кивнула. В любом случае об этом следует упомянуть мужу. Посещал ли Рейнгарт зал Фолькера — граф разберётся сам.

— Понятно. Как-нибудь разделите с нами полуденную трапезу во флигеле, рыцарь. Дитрих всегда рад вашему обществу.

— Благодарю.

— Не стану более задерживать. Вероятно, вы спешите.

— Да, госпожа.

Ответ прозвучал безупречно ровно; Рейнгарт склонил голову. Луиза скользнула взглядом по широким плечам и мощным рукам — одно только созерцание внушало спокойствие. Статная фигура, правильные черты, уравновешенная осанка — в этом мужчине всё привлекало женское внимание. Даже удаляющаяся походка к особняку казалась исполненной достоинства.

И всё же более всего удовлетворяло иное: Рейнгарт ушёл, не удостоив Аннет ни единым взглядом. Ни слова, ни отдельного приветствия — полное пренебрежение. Разумеется, будучи благородной дамой, Аннет первой не заговорила, а потому и рыцарю было бы странно начинать беседу.

— Мы как раз говорили об Альбрехте, и тут вовремя явился герой.

С улыбкой Луиза обратила взор к Аннет. Та стояла без ответа, и лицо её пылало. Румянец залил не только прежде бледные щёки, но и виски. 

«Неужели обида на пренебрежение со стороны рыцаря низкого происхождения так задела гордость?»

«Или, быть может, одно лишь приближение красивого рыцаря заставляет сердце биться чаще?»

Луиза едва не рассмеялась, однако вовремя удержалась. Такое вполне объяснимо. Даже женщина, состоящая в благополучном браке, невольно задерживает взгляд на Рейнгарте; что уж говорить о двадцатилетней девушке — мимолётные взгляды в сторону статного воина совершенно естественны.

Желание обладать юной и привлекательной особой свойственно не одним только мужчинам. Все делают вид, будто ничего не происходит, однако среди благородных дам, обременённых пожилыми супругами, редко встретится та, что не имеет молодого фаворита.

Бедной Аннет, впрочем, подобные утехи почти недоступны.

— Ах да, вскоре состоится приём. Празднество в честь помолвки сэра Рейна.

Если юная графиня позволила себе пустые мечтания, Луиза решила развеять их без промедления. Намерение, признаться, не слишком благородное — но в этом есть своя забава.

— Приём… вот как.

— Моё положение не позволит присутствовать, однако ожидают прибытия людей из дворца, так что торжество обещает быть пышным. Берта, похоже, занялась приготовлениями со всей основательностью. Помните ваш свадебный пир? Когда Берта берётся за дело, всё выходит безупречно.

С нарочитой простотой восхваляя Берту, Луиза внимательно наблюдала за Аннет. Известие о помолвочном приёме омрачило черты — видимо, разочарование не удалось скрыть. Впрочем, в этом Луиза была с ней согласна: когда красивый мужчина достаётся другой женщине, это печально для всех, кроме избранницы.

— Помолвка с благородной девицей знатного рода — какое счастье!

Лишь после этого последнего удара Луиза удовлетворённо умолкла.

Молчаливая Аннет и сегодня оставалась сдержанной. Волнение, вызванное появлением мужчины, исчезло без следа; лицо вновь стало спокойным. Глядя на него, Луиза вдруг вспомнила слова супруга. Впрочем, мысль мелькнула ещё в ту минуту, когда взгляд упал на Рейнгарта.

— У него вполне может быть служанка.

Слова, переданные Дитрихом этим утром, пробудили в Луизе интерес, но не вызвали изумления. Мужчина в расцвете сил — да ещё рыцарь, пользующийся благосклонностью господина, — может позволить себе заигрывания с одной-двумя служанками; в этом нет ничего необычного. Разве Рейнгарт исключение? Все мужчины устроены одинаково.

— Как бы там ни было, разузнай.

Любопытство супруга было Луизе понятно. Слухи о том, что Рейнгарт до сих пор хранит целомудрие, давно служили поводом для насмешек среди знатных обитателей особняка; в шутках и колкостях сквозила едва скрытая зависть, смешанная с раздражением.

Молодой, крепкий телом и к тому же выдающийся в ратном деле рыцарь низкого происхождения уже одним своим существованием задевал самолюбие дворян. А его безупречная репутация, словно вознесённая над землёй, лишь обостряла положение. И если столь тщательно хранимое тело в конце концов досталось простой служанке — не любопытно ли, что это за девица? Луиза задавалась тем же вопросом.

— Почему бы тебе самому не спросить об этом у сэра Рейна?

— Я не ребёнок. Мы не настолько близки.

— Ах, вот как. Значит, дело в достоинстве.

— К тому же служанки находятся в ведении хозяйки дома.

«Тогда сделай меня хозяйкой, а уж потом отдавай распоряжения». Мысль о муже, возлагающем подобные поручения на беременную супругу, вновь вызвала у Луизы раздражение, и она молча подавила вспышку досады.

Затем взгляд упал на графиню — ту, что по праву должна была быть хозяйкой этого дома. Что может понимать эта простушка? Чтобы выяснить, какая из служанок прислуживала сэру Рейну позапрошлой ночью, придётся обратиться к Берте. Старшая невестка, исполненная высокомерия, вряд ли ответит охотно.

— Я слишком долго стою. Пора присесть. До встречи, госпожа графиня.

Луиза по собственному усмотрению оборвала разговор и повернулась прочь. Манера была откровенно невежливой, однако Аннет приняла её молча, словно так и следовало. Она становилась всё тише и покорнее; по-видимому, способы, к которым прибегала Берта, приносили желаемый результат.

Свёкор, несомненно, вновь прибавит очков старшему сыну. Дитрих же станет досадовать, что не обретает столь искусной поддержки супруги. Больше всего Луиза не желала разочаровывать мужа, а потому решила в скором времени пригласить Берту на чашку чая.

***

— Ха-а…

Лишь оставшись одна, Аннет позволила себе долгий выдох. Чтобы не привлекать внимания, шаги направились в противоположную от лавра сторону, будто продолжая безмятежную прогулку. Сердце, ещё недавно метавшееся в груди, постепенно унималось. Несколько мгновений назад растерянность была так велика, что казалось волосы встанут дыбом.

— Сэр Рейнгарт?

Когда Луиза произнесла это имя, Аннет оцепенела. Одного звука оказалось достаточно: сердце сначала замерло, затем забилось с удвоенной силой. Лицо вспыхнуло жаром, в ушах гулко отозвался пульс. Невольная реакция собственного тела привела её в тайное смятение.

Потому, пока Рейнгарт приближался, Аннет не осмелилась поднять взгляд. Стоило глазам встретиться — и биение сердца, казалось, готово было прорваться наружу. Луиза услышит этот шум и тотчас всё поймёт.

Тайные записки, поцелуй в библиотеке, встреча в кузнице — всё могло обнаружиться в одно мгновение. Потому Аннет так и не взглянула на Рейнгарта. Опустив ресницы, словно проявляя полное безразличие к гостю, она лишь напряжённо вслушивалась.

Голос Рейнгарта — низкий и мягкий. Даже твёрдые звуки трисенского наречия в его устах звучали приятно. Одного этого тембра было достаточно, чтобы сердце готово было разорваться.