Онлайн чтение книги Аннет Annette
1 - 78

Глава 78

— Спасибо за заботу, но я в порядке.

— …

— Как насчет того, чтобы пойти ко мне в комнату и продолжить разговор? Здесь опасно.

— …

— Рыцари в сказках ловко пробираются в спальни знатных дам.

Бросая небрежные слова соблазнения, она смотрела на его губы. Она отвела взгляд от его глаз, боясь, что он прочтет ее мысли, но неожиданно не могла оторваться от его губ.

Может, поцеловать его первой? Достану ли, если встану на цыпочки? Тогда ты снова поцелуешь меня так, словно хочешь проглотить, как в прошлый раз?

Было бы здорово. Если бы ты снова обнял меня и поцеловал, как тогда.

— Почему я?

Когда Райнгар снова задал вопрос, Аннет всё еще смотрела на его губы. Медленно подняв глаза и встретившись с ним взглядом, она почувствовала, как сердце забилось чаще. Это была интуиция, чувство опасности. Предчувствие, что надвигается нечто пугающее.

— Что вы имеете в виду?

— Вы сказали, что я вам нравлюсь.

— ...Нравитесь.

— Почему?

От этого напористого тона Аннет умолкла. Пронзительный взгляд мужчины, казалось, душил ее. Почему ты мне нравишься? С чего вдруг такие вопросы?

Он догадался, что я лгу? Уйдет ли он, если я не назову вескую причину?

— Ну...

В голове словно перевернули кувшин с молоком — всё стало белым. И первое, что всплыло в этой белизне — поцелуй.

Поцелуй победителя на рыцарском турнире. Палящее солнце и рев толпы. Огромный мужчина в сверкающих серебряных доспехах. Липкая кожа и запах пота. Момент, когда мир затих, стоило их губам соприкоснуться.

Аннет попыталась собрать воедино эти вспыхнувшие образы. Причина, по которой ты мне нравишься.

— Потому что вы герой...?

При этих словах глаза Райнгара слегка сузились. Видимо, ответ его не удовлетворил. Надо было сказать увереннее, — запоздало пожалела Аннет, когда он заговорил.

— Не то чтобы я был великим героем, но даже если так — вряд ли это те заслуги, которые принцесса стала бы приветствовать.

— ...Я имела в виду рыцарский турнир.

— Рыцарский турнир.

— Да. Герой Рота.

— А. Не знал, что вы так гордитесь этим местом.

Он слабо усмехнулся. Но взгляд оставался острым и холодным. Хватит нести чушь, скажи правду.

Предупреждение в его глазах давило, но из-за пальца на подбородке Аннет не могла отвернуться. Казалось, стоит ей это сделать, и Райнгар скажет «так я и знал» и уйдет.

Думай быстрее, Аннет. Почему тебе нравится этот мужчина?

Она лихорадочно перебирала варианты. Красивый? Сильный? Добрый? Всплывали разные прилагательные, подходящие Райнгару, но ни одно из них не описывало его полностью. И ни одно не отзывалось в ее сердце.

— Потому что вы заговорили со мной.

Вот что сорвалось с ее губ само по себе. Без раздумий и шлифовки.

— Вы нашли для меня словарь, учили меня трисенскому, и еще... сохранили в тайне то, что я выходила из замка...

Прикованная к его взгляду, она выпаливала всё, что приходило на ум. То, что он тайно разговаривал с ней, писал записки, спускал с рук ее дерзкие визиты в кузницу. Чистил ее грязные туфли, делился инжиром, обманывал стражу.

Перечисляя эти мелочи одну за другой, она надеялась, что хоть что-то из этого удовлетворит его. Если такие пустяки могут быть причиной любви, то у Аннет их было предостаточно.

— И даже сейчас вы пришли сюда, чтобы увидеть меня.

Только сказав это, она замолчала. Слегка переводя дыхание, она вдруг осознала: вот почему ее чувства к этому мужчине такие запутанные.

Она просто не может ненавидеть Райнгара. Потому что он хороший человек. А предавать того, кто тебе помог, — это плохо. Она выбрала для костра своей ненависти того, кого не могла ненавидеть, и поэтому ее душа так металась и страдала.

Даже сейчас Аннет постоянно прислушивалась, не войдет ли кто-нибудь в архив. Сердце сжималось от страха, что из-за нее этот мужчина может пострадать.

Как бы она ни твердила себе, что время для разоблачения еще не пришло, что он рыцарь узурпатора и вассал Галанта, стоило ей вспомнить хоть что-то об этом мужчине, как пламя ненависти угасало.

Кого мне винить? Тебя? Или проклинать саму себя?

— Вы так добры ко мне... поэтому вы мне нравитесь.

Аннет набралась смелости и протянула руку. Пока она осторожно касалась его щеки, Райнгар не шевелился. Он не увернулся, не оттолкнул ее, послушно подставив лицо. Аннет не могла с чистой совестью испытывать ни радость, ни грусть.

— Так что... это всё из-за вас.

Почему ты оказался таким хорошим и сделал меня такой? Почему заставил меня снова бояться каждого шага? Я только-только обрела решимость, достойную принцессы, а ты снова превращаешь меня в трусиху.

— Лучше бы вы не были ко мне добры.

Тихо пробормотала она, гладя его лицо. В отличие от его твердого тела и мозолистых рук, щека была нежной и мягкой. Едва заметно подрагивающие ресницы, мерцающие зрачки, дергающийся кадык — всё в нем было таким хрупким.

Потому и щемило сердце. Мужчина перед ней был бесконечно мягок. Казалось, что бы она ни сделала, он в конце концов уступит. Он всегда был таким.

— Поцелуйте меня.

Поэтому Аннет решила снова стать принцессой. Не извиняться ни перед кем и думать только о том, чего хочет она. Она сосредоточилась только на его глазах, на тепле, исходящем от его щеки к ее ладони, на едва уловимом запахе его тела. Целовать, обнимать, касаться друг друга. Это то, чего Аннет хотела сейчас.

— Вы мне нравитесь, Райн. Очень.

Едва она бесстыдно произнесла это, как на глаза навернулись слезы. Она услышала тихий вздох стоящего перед ней мужчины. Широко раскрыв влажные глаза, Аннет потянула его лицо, которое держала в руках, к себе.

Райнгар сопротивлялся лишь долю секунды, а затем, как всегда, нехотя, но уступил ее желанию.

Большие, теплые руки обхватили ее лицо. В задержанном дыхании их губы встретились. Мир Аннет снова погрузился в тишину.

***

«Почему я?»

Задавать этот вопрос Райнгар не планировал. Когда он шел сюда, он даже посмеивался про себя, предвкушая, как удивит Аннет. Но время шло, еще и еще, записка лежала в книге нетронутой, и когда он понял причину ее задержки, вопросы вонзились в него, как шипы.

Как часто она ходит в ту комнату? Что с ней там делают? А может, ей не всегда больно?

Представлять Аннет с мужем было мучительно. Фантазии о том, страдает она или нет, одинаково сводили Райнгара с ума.

Тот факт, что мужчина в этих фантазиях — его сюзерен, благодетель на всю жизнь и, возможно, отец, больше его не мучил. Отсутствие обиды на этого человека — вот где теперь пролегала граница новой морали Райнгара.

Жажда победила мораль. Убила и страх. Теперь он сходил с ума от желания украсть жену своего господина.

— Ах.

Когда Аннет издала тихий стон, Райнгар слегка отстранился. Она была так близко, что их носы почти касались. Ему нравилось прижиматься к ее губам, но и просто смотреть на нее было хорошо.

Ему нравилось смотреть, как дрожат ее закрытые веки и длинные ресницы, нравились ее глаза, когда она чуть приоткрывала их и смотрела на него. Влажные губы и дыхание, вырывающееся сквозь них, нежные щеки и точеный подбородок — всё это было настолько невыносимо прекрасно, что ему оставалось только снова проглотить ее губы.

Посасывая ее пухлую нижнюю губу, он крепко прижал ее к себе за талию. Его руки блуждали по контурам маленького тела под одеждой. Сорочка и домашний халат — всего два слоя ткани, но они казались невыносимой преградой, вызывая жажду.

Он протолкнул язык в ее приоткрытый рот, глотал ее сладкую слюну снова и снова, но жажда не утолялась.

Ах. Почему она такая сладкая.

На самом деле, он думал только об этом всё время. Пока ждал, глядя на мерцающее пламя свечи, он скрипел зубами, клянясь, что когда она появится, он зацелует ее до удушья. В бешенстве думал: Раз уж она была в постели с другим, пусть терпит это.

Думая об этих бесстыдных вещах, он даже не удивлялся самому себе. Он не чувствовал ни капли стыда, словно имел на это полное право. Видимо, он окончательно свихнулся.

Да. Уж это-то она должна стерпеть.

Удерживая лицо Аннет, Райнгар глубоко протолкнул язык ей в рот. Рука, гладившая ее спину, скользнула вперед и сжала грудь. Казалось, по разгоряченному телу ударили железным молотом. Искры брызнули из глаз, всё перед взором стало красным.