Оба Сазерлэнда достали по маленькой реликвии, похожей на кусочки нефритового кулона. Они идеально сочетались друг с другом, образуя полноценную реликвию. Оба кулона покрыты замысловатыми надписями, и если бы Клауд Хок увидел их, он бы узнал в нём особенно мощный инструмент.
Братья Сазерленды получили эти талисманы после окончания университета. До сих пор у них никогда не было причин использовать его.
Эта семейная реликвия Сазерлендов не просто мощна, но и уникальна. Она требовала огромного количества психической энергии. Настолько много, что для того, чтобы реликвия активировалась, требовались максимальные усилия двух охотников на демонов. Две воли, два разума, объединённые сосредоточенностью и волей.
Крэйн и Тигрон выросли вместе. Они были настолько близки, насколько могут быть братья. Однако даже им оказалось трудно достичь такого полного единства, которого требовала реликвия. Однако теперь, в этот ключевой момент, когда они стали едины во мнении и целеустремленны, возможно, реликвия ответит на их призыв.
Отвратительные деревянные лица повернулись к ним. Если их уловка не сработает, братья обречены.
Вместе они призвали силу реликвии.
Вокруг фигур расцвел сумеречный свет, и по мере того, как он поднимался по телам братьев, они начали меняться. Крэйн и Тигрон растаяли, превратившись в две струйки дыма, которые собрались вместе.
Через пару мгновений дым рассеялся.
Две головы. Шесть конечностей. Трёхметровый рост. Их объединённое тело находилось где-то между реальностями, наполовину видимое, как некий божественный аватар.
Клаудия, разумеется, знала, что за реликвия в их руках. Однако использовать её чрезвычайно сложно даже для опытных охотников на демонов. Сержант не ожидала, что они смогут призвать её силу так скоро.
Активированная реликвии превратила братьев в некое объединённое квантовое состояние. Двойные частоты, которые, будучи объединены, создали существо, которое остальные видели перед собой.
Это было нечто большее, чем простая трансформация. Их сила, умственная энергия и физическая сила быстро возросли на несколько порядков.
Крэйн и Тигрон как единое целое, их объединённая сила стала минимум в четыре раза больше, чем они могли бы достичь в одиночку! Даже Клаудия не была уверена, что сможет противостоять существу, в которое они превратились.
Двухголовый шестирукий голиаф бросился на тварей. Хлещущие лианы, древесные копья разлетались и отбрасывались, как тряпочные куклы. Огромный кулак ударил в существо, нависшее над Рэй, и превратил его маску в пыль вместе с половиной туловища. Сазерленды подняли девушку и отнесли обратно к своей группе, в то время как древесные твари всё это время злобно били им в спину.
Это было бесполезно. То, чем стали братья Сазерленд — нечто большее, чем просто люди, и вскоре Клаудия и Инь Ло пришли им на помощь.
Оставшихся существ в масках, которые подкрались к ним сзади, было относительно немного. Чтобы уничтожить их, не потребовалось много времени. Однако, когда с угрозой позади было покончено, давящая масса искорёженных деревянных масок впереди только росла. Мясник и его молот — единственное, что стояло между ними в извивающемся потоке. Воин, покрытый шрамами, разнёс на куски около дюжины подряд, но и сам уже получил несколько ран. Слухи о его безумной храбрости подтвердились ещё раз, когда он в одиночку столкнулся с ордой деревянных «солдатиков», защищая своих коллег.
Лицо Инь Ло помрачнело:
— Уже слишком поздно.
Проход наружу густо зарос растениями, которые извивались и сплетались, как сотни тысяч разъярённых змей. Лес лиан быстро распространялся по пещере. Отряд довольно силён, а медленный темп существ в масках уменьшал угрозу. Если бы у Инь Ло и его команды было чуть больше времени, они смогли бы всех уничтожить. Но настоящей опасностью оставалась Дриада, которая быстро приближалась, чтобы прикончить их.
— Я могу оттеснить их на некоторое время! — тело Мясника уже полностью покрылось кровью, но он стоял прямо перед потоком тварей, как будто ничего не чувствовал. С рычанием он ударил своим молотом в лицо очередного деревянного монстра, который подошёл слишком близко. — Отступи и расставь свою ловушку. Давай!
Клаудия с трудом могла поверить в то, что слышала:
— Мясник, ты…
— Заткнулись и выполнять, сукины дети! — голос воина стал резким и командным. — Вы не должны позволить себе сдохнуть здесь, внизу. Вы — следующее поколение силы Небесного Облака. Вы более талантливые охотники на демонов, чем я. Наше королевство ещё нуждается в вас!
На мгновение все замолчали. Жестокий, отвратительный и деспотичный, Мясник был печально известен своими ужасными поступками. И вот настал день, когда этот кошмарный человек был готов отдать свою жизнь за других — тех, кто ему даже не нравился и кому не нравился он.
Среди тех, за кого он был готов умереть, был безумец, который срезал плоть с его костей и жестоко пытал его. Его гротескная внешность — прямой результат этого злодеяния.
Мясник закричал на них:
— Идите нахуй отсюда!
Ухмылка расползлась по лицу Инь Ло:
— Ты очень благородный человек. Отомстишь мне в следующей жизни. Буду ждать!
После этих слов он первым отступил глубже в пещеру. Видя это, Клаудии не оставалось ничего другого, кроме как тоже бросить Мясника. Сержант несла ответственность за то, что осталось от её команды. Девушка побежала за психопатом.
Мясник остался один.
Несмотря на то, что он был серьёзно ранен, эти травмы не лишили мужчину его железной воли. Напротив, он стал выше ростом от мрачной гордости. Он — воин до мозга костей, и ему предстояла величайшая битва в его жизни.
«Я отдаю свою жизнь богам моего дома. Святой воин никогда не сдается!»
Атака! Атака!
«За нашу великую армию! Во имя богов! Давайте, суки, сюда! Небесное Облако навсегда!»
Охваченный праведным пылом, Мясник бросился на монстров в масках используя всю силу до последней капли, уже не беспокоясь о том, чтобы сохранить силу для следующей атаки. Его удары наносились верно, сильнее, чем когда-либо прежде, и его молот уничтожал всё на своём пути. В эти моменты он обладал большей силой, чем охотник на демонов, вдвое превосходящий его по классу.
Разум берсерка погрузился в неистовую ярость. Свет из его глаз сиял такой преданностью, какой он никогда раньше не испытывал, как будто он провел месяцы в молитве. Искорёженные деревянные монстры в масках появлялись перед ним из ниоткуда, но тут же падали вниз, раскалываясь под его молотом. Казалось, что сила, исходящая от него, была безграничной, и каждый шаг вперёд являл собой истинное чудо.
Количество существ уменьшалось.
Сердце Мясника закипело. В его теле горела душа святого воина. Жестокость боя подтолкнула его ещё дальше, пробудила его потенциал и наполнила чистой и жестокой радостью. Мясник сражался так, как никогда раньше. Это была вера! Вера даровала ему истинную силу!
Он не знал, что будет дальше, но не боялся. Берсерк стремился встретить свой конец. Он жаждал этого!
Вокруг него роились лозы и лианы. В конце концов появилась высокая фигура, похожая на демона, марширующего сквозь рвущийся зелёный поток.
Какой уродливый, дьявольский ужас!
По меньшей мере дюжина гниющих черепов торчала по всему его телу. Всё его тело представляло собой отвратительное месиво трупов, беспорядочно сшитых вместе лозами. Когда Дриада поднялась во весь рост перед Мясником, мощная аура, которую она несла, окутала его.
Неукротимый. Непоколебимый.
Атака!
«Нажимать дальше!»
«Во славу Сумеру!»
«Ради чести Небесного Облака!»
«Наши армии не будут побеждены!»
Мясник без тени сомнения бросился в свою последнюю атаку.