Контент удален!

КлаудХок, естественно, имел в виду Императора Песка. Когда он боролся с демоном, до самого конца он едва ли мог поцарапать шкуру этого монстра. Демон даже смог поймать пули в воздухе.

Рост был силен, но он был в лучшем случае наравне с Кровавой Королевой. Его тело могло приспосабливаться под противников, но в лучшем случае он был как комбинация падших лейтенантов демона. По сравнению же с демоном? Он был ничтожен.

"Что ты сказал?!"

Вены вздулись и выпирали от еле сдерживаемой ярости. Это тело было его гордостью, его шедевром, инструментом, которому он посвятил свою жизнь. Презрение КлаудХока было оскорблением, которое он не мог стерпеть.

Рана на его груди быстро зажила. Через несколько секунд осталась только маленькая отметка.

Цветок Ада готовился сделать еще один выстрел, когда Рост снова начал меняться. Его тело превратилось из крепкого и мускулистого в скользкое и обтекаемое, созданное для взрывной скорости и силы. И когда он снова двинулся к ним, он был на треть быстрее, чем раньше.

КлаудХок взмахнул своим посохом, чтобы попытаться отразить нападение Академика, но промахнулся и удар прошел сквозь смутное остаточное изображение. Осознание появилось на лице КлаудХока, он слишком поздно повернулся и почувствовал сильный удар по затылку. Все начало вращаться, и он упал на землю с глухим стуком.

Палец Цветка Ада был на спусковом крючке, когда меч Роста обрушился на нее и разрезал винтовку пополам. Быстро, как вспышка, он снова качнулся, и руки мастера оружия были отрезаны выше запястья. Прежде чем она почувствовала боль, Рост вонзил лезвие в ее тело.

Изо всех сил пытаясь встать, КлаудХок повернул голову, чтобы увидеть, как Цветок Ада падает в лужу собственной крови и теряет сознание. Выполнив свою работу, Академик снова схватил свою трость, когда его тело начало сжиматься. Понемногу он усыхал, пока не превратился в пятифутовый мешок с костями, которым он был. Он надел очки и странное ожерелье из костей.

"Уберите их!"

Еще один удар. Мир КлаудХока потемнел.

Два телохранителя-мутанта подняли его, и покинули секретную комнату.

Рост был истощен, весь в поту. При всей его силе казалось, что его старое тело вряд ли выдержит это напряжение. Когда его костлявые пальцы играли с ожерельем, его глаза светились решимостью: "У меня все получится. Должно. Все, что осталось — это сила Охотников на Демонов, и тогда я буду самым совершенным существом во всем мире!"

Рост взял трость покрепче и провел по земле, осматривая то, что осталось от его когда-то преобразованных телохранителей. После бойни. В голову пришла запоздалая мысль, приказать кому-то прийти и убрать всю эту грязь, кровь и кости, оставленную на его пути.

Когда КлаудХок пришел в сознание, он обнаружил, что лежит в лаборатории на столе, его руки и ноги были связаны. Ремешок крепко держал его шею, что он едва мог повернуть голову. Его плащ, маска, посох, Песчаное Евангелие и даже медвежья броня исчезли.

Все было плохо и очень плохо. Они поймали его живым.

Он лежал на операционном столе в тонкой одежде. Когда разум прояснился, он начал слышать шепот вокруг. Люди приходили и уходили, и это заставляло его волноваться и злиться. Он начал бороться и извиваться на столе.

"Он не спит!"

"Дайте ему еще одну дозу транквилизаторов!"

"Нет необходимости".

Это был знакомый голос. Шимпанзе вошел в поле зрения КлаудХока и холодно посмотрел на него сверху вниз: "Мы должны оценить его реакцию на введении сыворотки. Удерживайте его в сознании".

Собравшиеся ученые кивнули.

У КлаудХока было отчетливое ощущение, что он был овцой на бойне: "Что ты собираешься делать? Отпусти меня!"

Смех Шимпанзе был насмешливым и зловещим: "Мы хотели держать тебя в неведении. Нам это принесло бы куда меньше беспокойства, а тебя бы избавило бы от некоторых страданий. Но из-за случившегося, у нас, к сожалению, нет другого выбора".

Прибыл один из его помощников с колбой, полной странной зеленой жидкости. Нечто, похожее на красное растение, плавало в нем: "Это трава из земель Элизиума, Антиринум Игнис (огненный львиный зев). Она феноменально дорогая, поэтому никто из нас не в состоянии насладиться её специфическими свойствами. Надеюсь, ты это оценишь".

КлаудХок еще яростней задергался на столе, не в силах противостоять им. Ученые заставили его открыть рот и сунули ему в горло трубку, проталкивая ее все глубже до самого живота. Странную смесь залили внутрь.

Какой же это был ужасный способ принимать лекарство. Это было похоже на проглатывание мощной кислоты!

Сразу же КлаудХок почувствовал, как будто каждый орган в его теле загорелся. Жжение быстро распространялось до тех пор, пока он не почувствовал, как горит каждый кровеносный сосуд, каждая мышца. Он не мог сдержать свои мучительные крики.

"Сволочь! Лучше убей меня, или я, блин, разорву тебя на части!"

"Тц, тц. У тебя все еще есть энергия, чтобы угрожать мне?" — Заведующий лабораторией продолжал загадочным тоном: "Ты не должен тратить ее на бессмысленную борьбу, ты не сможешь убежать. Ты знаешь, это лекарство является ценным компонентом, вывозимым контрабандой из Элизиума за баснословные деньги. Оно значительно улучшит твое телосложение. Ни один простой падальщик никогда не сможет насладиться его преимуществами".

Если бы глаза КлаудХока могли извергнуть огонь, этот жалкий извращенец превратился бы в пепел. Если бы он знал, через что ему предстояло пройти, он бы убил Шимпанзе, когда у него был шанс!

Шимпанзе проверил время. КлаудХок страдал в течение нескольких часов, и он все еще не был истощен. Этот странный напиток одновременно увеличивал его силу, но уменьшал выносливость. Для КлаудХока это было болезненное сочетание, которое значительно усиливало его мучения.

"Достаточно".

Когда они почувствовали, что он впитал достаточно смеси, врачи вынули несколько шприцев, после чего вонзили в его вены и влили содержимое. Он не знал, что ему вкалывают, но вскоре он почувствовал себя обессиленным и ошеломленным. Все его тело словно обмякло.

Два мутанта-солдата вошли и сняли с него ремни.

КлаудХок получил свободу движений, но никак не мог ею воспользоваться. Он чувствовал, словно из него вытащили все кости, движения были заторможенными, как будто он пытался плыть в грязи. Его похитители бросили его в тюрьму, запертую железными решетками.

Ученые входили и выходили с бутылками разноцветной жидкости, которую они вешали на стены. Их содержимое было пропущено через серию трансфузионных трубок, которые были соединены в одну, вставленную в шею КлаудХока. Каждая унция этой ненавистной сыворотки, которая попадала в его вены, ощущалась как бушующий огонь по всему его телу.

"Этого достаточно на сегодня. Мы заберем его завтра".

Они закрыли дверь и закрыли его за тремя крепкими замками.

КлаудХок лежал в своей камере, не способный пошевелиться. Он пытался просто поднять руки, но они не подчинялись его воле. Он не знал, что влил ему этот ублюдок Шимпанзе, но он не только горел изнутри, но и чувствовал, как тысячи муравьев грызут его кости и ползают под его кожей.

Он чувствовал, что каким-то образом этот процесс укрепляет его кости, хоть боль и была больше, чем мог выдержать нормальный человек. КлаудХок сумел дотянуться до двери своей клетки и выглянул. За дверью стояли четверо охранников, как молчаливые стражи. Словно статуи, смотревшие на все с равнодушием.

Несмотря на толстые железные прутья и крепкие замки, они не рискнули оставить его одного. Неужели эти проклятые охранники были действительно необходимы?

Они забрали все его снаряжение, но даже если бы они оставили его у него, он не смог бы вырваться из этой тюрьмы, а тем более спастись от своих четырех охранников с орлиным зрением.

В ярости он несколько раз кричал, злясь на свою беспомощность. У него даже не было сил, чтобы удариться головой об стену и попытаться покончить с собой.

Второй день.

Ученые привели его обратно в лабораторию, где он был накачан всевозможными наркотиками. Одним из таких веществ было то, что они называли Элизийским бальзамом. Его тело впитывало его везде, где его намазывали, словно губка воду, после чего следовало мучительное ощущение разрыва пор. Он потерял сознание, когда вместо пота пошла кровь.

Перед тем, как потерять сознание, Шимпанзе объяснил, что это знаменитое лекарство пришло из городов Элизиума. Они назвали это бальзамом для переливания.

Было сказано, что бальзам для переливания был частью основной тренировки Охотников на Демонов. Хотя этот процесс разрывал бесчисленные капилляры и вызывал серьезное кровотечение, он также очищал организм от токсинов и загрязнений, а кости и мускулы укреплялись.

День третий.

Его посадили в бассейн, наполненный холодным молочно-белым веществом. В тот момент, когда он был погружен в него, оно замерзло. В течение нескольких минут КлаудХок был запечатан в бледно-белый ледяной блок, лишь лицо оставалось на поверхности.

Тот холод, который проникал в глубины его тела, был еще одним особым видом пыток.

День четвертый ... день пятый ... день шестой ... каждый день злые ученые использовали новый ад, чтобы мучить КлаудХока. Это были самые болезненные и пугающие дни в его жизни. Живой кошмар.

В конце шестого дня его бросили обратно в клетку. Его оставили в темноте, где было сыро и тихо. С тех пор четыре охранника заменили на восемь, и теперь они держали его закованным в кандалы по рукам и ногам.

Он сел и все оценил. За последние несколько дней он мог поклясться, что вырос, хоть и был в несколько не подходящем для этого месте. Он провел рукой по животу, мышцы стали крепкими и хорошо очерченными. Он больше не был похож на себя прежнего, его одежда внезапно показалась слишком маленькой.

Преимущества этих лекарств были очевидны.

Академик официально еще не начал переливать его энергию. Когда КлаудХок прибыл, то был слишком слаб. Он был самым важным предметом для Роста, и поэтому его нужно было укрепить, прежде чем начнется процесс. Это и было настоящей причиной для этой недели пыток.

Зрение и обоняние КлаудХока также улучшилось помимо его силы и телосложения. При любых других обстоятельствах он был бы в восторге, но он чувствовал себя так, словно его кормили как свинью на убой.

Неужели этот злобный старый хрен добьется своего? Черт побери!

Он натянул свои кандалы, заставляя их скрипеть. Мышцы вздулись и натянули одежду настолько, что она затрещала и порвалась в нескольких местах. Они забрали у него все, все, кроме камня, который висел у него на шее. Его похитители были очень жестоки, они даже не давали ему сменной одежды в течение недели, поэтому камень даже не привлек их внимание.

КлаудХок стянул камень с шеи и держал его в руке.

У него не было выбора, его единственной надеждой был этот ненадежный камень.

Телепортируй меня отсюда! Прошу тебя, вытащи меня отсюда!

С тех пор, как он нашел этот камень, он пробуждался только дважды, и то больше пассивно, как реакция на обстоятельства. КлаудХок знал, что Рост хитрый и осторожный, и не оставит ему шансов освободиться. Он был ничем иным, как лабораторной крысой, попавшей в лапы безумца, не имея другого выхода, кроме как изо дня в день сталкиваться со страданиями.

Если у него и осталась надежда на выживание, то только с помощью этого непритязательного камень, крепко сжатого в руке. Если бы он научился использовать его силу телепортации, то смог бы сбежать из этого гребаного места!