Контент удален!

Кровавая королева не полностью потеряла сознание. Несмотря на то, что она почти ничего не чувствовала, она все еще была в состоянии поддерживать прядь сознательной мысли. Ей казалось, что она попала в бесконечную черную дыру тьмы, боли и истощения. Она была похожа на человека, который тонул в бездонном бассейне; как бы она ни боролась, она ничего не могла сделать. Это чувство отчаяния тянуло ее все дальше и дальше вниз, и это удушающее ощущение заставило ее волю страдать.

Падение в этот бесконечный сон было своеобразным побегом. Почему она должна была жить, будучи отягощена столькими бременами? Но сразу после появления этой мысли, другая мысль, которая была в тысячу раз сильнее, мгновенно возникла и переполнила ее:

Нет. Я не могу умереть! Моя миссия еще не завершена. Я не могу упасть, прежде чем я сделаю то, к чему я так долго стремилась! Я должна найти его и убить, и не только из-за мести, и не только для того, чтобы очистить репутацию моего клана, а потому, что это моя ответственность как дитя богов ... и моя миссия в качестве Охотника на Демонов! Если я должна умереть, я лучше паду славной смертью в бою, а не позорную смертью в таком месте!

“О Всемогущие боги, пожалуйста, дайте своему преданному последователю силы отстаивать свои убеждения!”

Казалось, что решительная, благочестивая молитва Кровавой Королевы была эффективной. Энергия влилась в ее измученное, обессиленное тело, позволив ей восстановить частичное сознание. Увы, ее мысли все еще были затуманены, и она не могла легко двигаться. Она чувствовала, что теперь она находилась в совершенно чужой среде.

Кто-то ходил туда и обратно возле нее. Человек использовал влажную ткань, чтобы вытереть ее лицо. Это вызвало у Королевы одновременно и гнев, и ужас. Это были покинутые богами пустоши. Если бы она попала под контроль этих уродливых, мерзких и жестоких жителей пустошей, хотя она не была слишком слаба, чтобы дать отпор ... она даже не смела представить, что с ней произойдет!

Кровавая Королева не могла контролировать ни одной частью ее тела; она не могла пошевелить даже пальцами. Постепенно ее мысли снова начала погружаться в шоковое состояние, но огненная боль в горле заставляла ее чувствовать себя крайне несчастной. Вода. Ей нужна вода...

Спустя некоторое время она почувствовала, как в ее рот влилось что-то прохладное и освежающее. Она инстинктивно сглотнула воду, чувствуя, что огненное чувство в горле медленно проходит. Теперь ее телу стало намного комфортнее, чем раньше, и в результате она снова погрузилась в глубокий сон.

К тому времени, как она снова проснулась, она уже восстановила часть своей силы. Когда она внезапно открыла свои ясные, яркие, словно жемчужины глаза, первое, что она увидела, это полуразрушенный потолок с трещинами в нем, позволяющий ей четко видеть свет звезд, льющийся снаружи.

Уже ночь? На самом деле она была без сознания около дня! Но прежде чем у нее появился шанс подумать об этом, она вдруг увидела, как грязная рука украдкой тянулась к ее груди. Это заставило каждую дремлющую клетку в теле Королевы пробудиться и разразиться с яростной силой. Она вскочила на ноги с ловкостью пантеры, а затем схватила наглую руку с молниеносной скоростью и тяжело откинула ее назад.

Что касается ее другой руки, она использовала ее, чтобы надавить на голову ублюдка. Королева влила всю свою силу в свою правую руку ... но голова не разорвалась мгновенно бесчисленными кусками. Это было странно. Только теперь Королева поняла, что к ее изумлению, ее правая рука теперь была завернута в грязные, сырые повязки, которые слабо пахли лекарствами, и что перчатки уже были сняты.

КлаудХок смог ясно почувствовать эту странную пульсацию, исходящую из тела Королевы. Несомненно, именно эта сила позволила ей использовать ее странное снаряжение!

Если бы я не снял перчатки, чтобы залечить ее раны, моя чертова голова была бы сейчас превращена в пепел.

У этой женщины действительно был ужасный характер!

“Успокойся, успокойся! Я просто обычный наемник из Форпоста Черный Стяг”. — КлаудХоку было так больно, что на его лбу проступили большие бусинки пота: “Я увидел, что ты потеряла сознание, поэтому я принес тебя сюда, чтобы вылечить твои раны. Я ничего не делал, честно!”

“Заткнись!” — Королева все еще была в состоянии шока и ярости; было ясно, что она ему не поверила. Ее голос, однако, был чрезвычайно приятен для слуха; он звучал как звенящий тонкий нефрит или пение птицы. Он был очень привлекательным и манящим. Хотя ее голос был довольно холодным, в нем также слышались намеки на ее молодость. Демоническая маска определенно содержала какой-то механизм изменения голоса.

Кровавая Королева чувствовала, что ее тело все еще было очень слабо. Она не знала, как долго она сможет поддерживать свое нынешнее состояние, и поэтому она сразу же начала изучать свое окружение.

Она была в маленькой, грубой и полуразрушенной деревянной комнате, которая была такой маленькой, что в ней почти не было места для того, чтобы стоять. Там был потрепанный деревянный стол, на котором был поврежденный глиняный таз, и окровавленное полотенце, которое мокло в тазе. Окрестности были усыпаны разорванными лентами, а также была наполовину заполненная бутылка неизвестной жидкости, от которой исходил странный лекарственный аромат.

Что касается человека в ее руках, он был подростком лет пятнадцати. Он был не очень высоким, но очень худым. Его черные волосы были взъерошены, а все его тело было покрыто грязью и ранами. Некоторые из ран были старыми, некоторые были новыми. Он выглядел так же, как и другие жители пустошей, которых она видела, но в его глазах был настороженный, честный взгляд, который заставлял казаться его порядочным человеком.

“Кто еще меня видел?” — Королева чувствовала, как ее тело становилось все слабее и слабее, и она не могла не ослабить слегка свою хватку, которой она держала КлаудХока. В пустошах был закон выживания наиболее приспособленных. Если кто-нибудь еще увидит, насколько слаба и бессильна она сейчас, для нее все обернется довольно печально: “Говори!”

“Н-никто! Все были заняты дележкой добычи, оставшейся от чистильщиков. Я нашел тебя в переулке и тайно принес сюда. Никто тебя не видел кроме меня”. — КлаудХок точно знал, о чем беспокоилась королева: “Не волнуйся. Я не расскажу ни единому человеку. Никто не узнает, что ты была ранена”.

Глаза Кровавой Королевы сузились в щели, но не от гнева; скорее, она была слишком устала и слишком слаба, настолько слаба, что у нее больше не хватало сил, чтобы удерживать его. Ее похожий на тиски захват вокруг его локтя расслабился, и КлаудХок немедленно бросился на несколько шагов назад.

Кровавая Королева торопливо сорвала бинты и надела свои мощные перчатки, но от начала до конца ее настороженный взгляд не переставал следить за КлаудХоком. Сначала она двинулась к дверному проему, просматривая окрестности и убедившись, что поблизости никого больше нет. Затем она осмотрела себя. Ее одежда, казалось, была в хорошем состоянии, и не было никаких признаков того, что произошло что-то неуместное. Может ребенок говорил правду?

КлаудХок беспомощно пожал плечами. “Теперь ты мне веришь?”

“Почему ты следил за мной?!” — Голос Королевы все еще был холоден. Никто не мог найти ее «по совпадению» сразу после того, как она потеряла сознание: “Что ты замышляешь? Кто ты!”

КлаудХок колебался на мгновение, но, когда он увидел этот убийственный взгляд в ее глазах, он поспешно объяснил: “Я н-н-н-не делал этого! Ты ошибаешься. Твои перчатки и твой крест испускали странный звук, который я мог слышать издалека. Я последовал за ними и смог найти тебя”.

Лицо королевы потемнело: “Если будешь лгать мне, то это приведет к очень мучительной смерти”.

“Я говорю правду, клянусь! Я слышу звуки, исходящие от перчаток и креста”. — КлаудХок чувствовал, что она действительно была на пороге убийства. Неожиданная мысль появилась в его паникующем сознании, и он тут же крикнул: “Я знаю, что был кто-то другой вне форпоста, кто также обладал такими же ужасающими силами, как и у тебя, и я также слышал его приход!”

Кровавая королева пораженно остановилась. Это вообще не казалось правдоподобным. Она никогда не слышала ничего подобного раньше! Ее лицо медленно успокоилось, но ее настороженность не уменьшилась, так как она позволила КлаудХоку продолжать говорить: “Этот человек не проявил себя, но я знаю, что именно он вызвал песчаную бурю. Я прав, не так ли? Я действительно не лгу тебе!”

“Тогда скажи мне, какой же звук ты услышал?”

“Это были звуки, будто у гитары были выдернуты струны. У них очень уникальный ритм”. — КлаудХок закрыл глаза, тщательно подстраиваясь под эти звуки: “У каждого предмета есть свой звук, очень странная песня”.

“Как мог языческий житель пустошей из забытых богами пустошей, услышать песню моих священных реликвий? Даже у легендарных Охотников на Демонов нет такой способности! Ты действительно житель пустошей?” — Кровавая Королева пристально посмотрела на него, ища слабость или намек на обман в его молодом лице. По правде говоря, ее желание убить его нисколько не уменьшилось. Если бы она увидела малейший намек на уловку, она бы немедленно напала без колебаний и раскаяния.

КлаудХок молча кивнул, его глаза были искренни. Он не выглядел так, будто лгал или что-то выдумывал. Тем не менее, он внезапно о чем-то подумал, и в его глазах появилось ослепительное волнение. Он спросил довольно резко: “Ты назвала меня «языческим жителем пустошей». Это означает, что в этом мире есть нечто большее, чем просто пустоши. Есть места вне пустошей?”

Кровавая королева сказала холодно: “Это не твое дело!”

“Нет. Я должен знать. Скажи, пожалуйста, откуда ты пришла?” — КлаудХок был так взволнован, что фактически забыл о своем страхе перед ней: “Что это за место?”

Неужели этот ребенок не осознает ситуацию, в которой он находится? Кровавая Королева действительно была очень хрупкой и слабой прямо сейчас, но, если она захочет избавиться от этого ребенка, она сможет сделать это с легкостью. Однако, когда он уставился на нее, она увидела в его взгляде надежду и желание. Эмоции и мечты, которые он держал в своем сердце, казались чистыми и совершенно свободными от каких бы то ни было сомнений, и его глаза были исполнены той же решительной веры, что и у истинно верующих, когда они поклонились Сумеру, горе богов.

Грязный, презренный язычник, покинутый богами, не должен был иметь такого взгляда ... и тем не менее, ему, судя по всему, суждено было жить и умереть в пустошах!

“Я родом из земли, благословленной светом богов. Боги создали бесчисленные чудеса в нашем мире, и земля, которую они благословили, является плодородной и щедрой, позволяя тем, кто живет на этой земле, ни в чем не нуждаться. Боги даровали нам разум и мудрость, позволяя всем жить мирной жизнью в радости и свободе. Там нет боли, нет болезней, нет убийств...”

Это оно. Это место. Это то место, о котором я мечтал с самого детства ! Место, о котором так долго мечтал КлаудХок, действительно существовало! КлаудХок был потрясен, но он также почувствовал, как в его груди загорается яркий огонь. Это было похоже на то, что он был потерянным странником, который внезапно нашел свой путь вновь, как будто мир тьмы внезапно был развеян от мерцания света. “Могу ли я туда попасть?”

“Хах! В твоих мечтах!” — Ответ Королевы был похож на ведро с ледяной водой, вылившиеся на него, туша его волнение. Она взглянула на мальчика перед ней взглядом полным презрения: “Это место находится в тысяче милях от Элизиума. Неужели ты думаешь, что ты достаточно силен, чтобы хотя бы туда добраться? Да даже если отбросить это, ты правда думаешь, что язычникам, подобным тебе, когда-либо позволят купаться во славе богов?”

Но ее слова не имели никакого эффекта. КлаудХок уже решил, что независимо от того, насколько тяжелым было бы путешествие или как далеко он должен был идти, он все равно пойдет в это отдаленное место: “Что насчет тебя?” — КлаудХок немного замялся, затем задал ей вопрос: “Ты из того места. Почему ты покинула его, чтобы прийти в...”

Он мог сказать, что королева была чрезвычайно гордым человеком. Она смотрела на него, как на крысу, которую она только что выловила из канализации! Если она так сильно ненавидела пустоши, если ее мир действительно был таким совершенным и чистым, то что побудило ее покинуть эту «землю праведных», которой она так гордилась? Что побудило ее прийти сюда, в опасные, грязные и варварские пустоши и оставаться здесь уже более года? Почему она выбрала жизнь в этой кишащей крысами крепости?

Но КлаудХок замолчал, прежде чем он смог закончить свой вопрос. Пронзающий кости холод просто заполнил маленькую комнату, и он был уверен, что фактическая температура только что упала на несколько градусов. Он ощутил всепоглощающую ненависть, исходящую от Королевы, неуправляемое желание убить, которое смешивалось с невыразимой печалью. Если бы он лично не испытывал этого чувства, он никогда бы не поверил, что эта прекрасная женщина, столь же совершенная, как произведение искусства, способна излучать ауру, которая была такой же жестокой и убийственной, как у самых диких зверей пустошей!

Глаза Кровавой Королевы были переполнены холодной ненавистью. Она сжала зубы, а затем сказала то, что КлаудХок не понимал:

“Я охочусь на демона!”