Гадюка всегда принимал вещи близко к телу. Будь то в Небесном Облаке или в Пустошах, он редко поднимал руку и показывал другим свою настоящую силу. Так было до тех пор, пока он не уничтожил пограничную стену Небесного Облака. Внезапно он оказался в центре всеобщего внимания.
Его навыки и подготовка были не такими богатыми, как у кого-то вроде Вирмсола. Единственное, что делало бой с ним таким невыносимым, так это эта грёбаная зеркальная реликвия!
Не было большой разницы между наличием дюжины копий реликвий из зеркала и наличием настоящих двенадцати реликвий. Это давало ему множество инструментов и открывало множество возможностей. Более того, это также позволяло ему иметь больше, чем просто одну определённую реликвию. Это было благо, с которым не могло сравниться даже Небесное Облако. Так что не имело значения, с кем он сражался или насколько они были опытны, Гадюка способен легко справиться почти с любым.
Облако Стрел, Высасывающих Жизнь с визгом носились вокруг Клауд Хока в бесконечном хороводе атак.
Катастрофа. Одной только частоты ударов было достаточно, чтобы одолеть большинство людей, а их количество продолжало повышаться. Клауд Хок даже не мог отдышаться, чтобы вызвать пространственное поле.
Как только стрела попадала в тело, из неё выходили импульсы энергии. Нормальный человек был бы убит одной стрелой, когда кровь начинала кипеть в жилах. До сих пор Страж ещё стоял, но по мере продолжения атак это становилось всё труднее и болезненнее.
И как раз в тот момент, когда Клауд Хок был готов сломаться, Гадюка усилил давление, атаковав клинком-крестом. Ему некуда деваться, жестокая серия точных атак охотника на демонов убедила его в этом.
По правде говоря, Гадюка очень высоко ценил Клауд Хока. Он был убеждён, что, если дать ему время, молодой человек вырастет и достигнет большего, чем кто-либо. К несчастью для него, он — изгой, неопределённая переменная. Будет он другом или врагом в ближайшие дни, неизвестно, и он не мог позволить себе рисковать. Лучше избавить себя от потенциальных конфликтов сейчас, пока они не стали более серьёзной проблемой позже.
Скопированный клинок-крест едва не плавился, балансируя на пределе своей конденсированной мощности. Вся комната оказалась залита ослепительным светом, и Гадюка обрушил луч света вниз. Воин готов закончить работу, начатую его Стрелами, Высасывающими Жизнь.
Только в этот ключевой момент шквал стрел прервал его удачный ход!
Гадюка почувствовал, как его сердце пропустило удар. Новые захватчики? Когда он перевёл взгляд на источник нападения, его взгляд встретился с хрупким силуэтом в зелёных одеждах. Девушка только что выскочила из своего укрытия и нацелила на него арбалет. Конечно, для таких, как Гадюка, её атака была не более, чем щекоткой.
— Клауд Хок, беги! — крикнула Отэм, перезаряжая арбалет.
Девушка раскрыла себя и была готова умереть, защищая свой народ. Стрелять из оружия в Гадюку бесполезно, но ей было наплевать. Она не сводила взгляд с гробницы её бога, которая быстро таяла. Девушка взвела арбалет и нацелила стрелу на священников в красных одеждах, оскверняющих тело Пастуха.
Вот в эту секунду голос Старейшины пронзительно разнёсся по пещере:
— Остановите её!
За последние несколько месяцев Отэм пережила больше, чем за предыдущее десятилетие. Девушке пришлось пройти через горькие поиски Флейты Пана, только чтобы обнаружить, что это никак не повлияло на конфликт, в который оказалось втянуто её племя. Это было сокрушительное осознание того, что источник всех их проблем — этот старик, которого она когда-то так глубоко уважала.
Отэм поняла, насколько бесполезной и бессильной она была. Перед лицом такого мерзкого Старейшины девушка ничего не могла поделать. Но Клауд Хок и его люди не отсюда. Беды Долины их не касались, поэтому она не могла позволить ему умереть из-за них.
Девушка стиснула зубы, и постаралась использовать последние мгновения своей жизни, чтобы сорвать планы Старейшины и защитить тело их бога-покровителя. Всё это время и усилия ради своего народа только для того, чтобы броситься на мечи врага…
Гадюка узнал будущего молодого лидера Долины. Старейшина искал её очень долго, потому что она возглавляла последнюю оппозицию жителей Долины. Она была более привлекательной мишенью, чем Страж «Когтей Бога», в отношении их будущих планов относительно этого места.
Неужели она ожидала, что такая ничтожная попытка спасёт Клауд Хока?
— Наивная, — пробормотал Гадюка. Он слегка вывернул запястье, изменяя траекторию его клинка в сторону дерзкой молодой женщины.
Клауд Хок был слишком занят, пытаясь сохранить себе жизнь и Гадюка не спешил расправляться с ним. Сначала убить эту раздражающую «принцессу» племени, а этот молокосос никуда не денется.
У Отэм не хватило времени нажать на курок, прежде чем весь её мир оказался поглощён золотым светом. Настолько яркий свет ослепил её. У девушки перехватило дыхание, когда она почувствовала дыхание смерти на своей щеке.
Сквозь вздрагивающие веки она видела, как печать на теле Пастуха продолжает разрушаться. Отэм чувствовала себя погребённой под лавиной позора, недоверия, беспомощности и гнева. Так много эмоций, что она подумала, будто взорвётся прежде, чем Гадюка успеет убить её.
Но могучий охотник на демонов совершил ошибку, которая могла оказаться смертельной. Он посмел забыть про Клауд Хока из головы. Его молодой противник изо всех сил пытался защититься от стрел, но намеренно скрывал джокера в рукаве до последнего момента.
Смена цели дала парню долю секунды, необходимую для реакции. Пространственный камень, прижатый к груди, вспыхнул внезапным светом, и его внезапно окутала мощная аура. Клинки будто бы удлинились и стали острее, движения — точнее, а взгляд — насмешливее.
— Советую тебе быть более внимательным, «босс». Я — тот, о ком тебе нужно беспокоиться!
Эти слова Клауд Хок подтвердил ударом одного из клинков. Атака попала в копию Стрелы, Высасывающей Жизнь прямо в центр и разрубил её пополам.
Лицо Гадюки помрачнело.
Мышцы Стража напряглись, пока не стали твёрдыми, как железо. Парень собрал всю свою истинную силу и пустил её в ход. Правой рукой он сделал быстрый выпад вперёд, а меч в его левой руке метался с невероятной скоростью, нанося три удара молниеносно.
Ещё три стрелы разлетелись вдребезги.
Ещё одно «Остриё Копья». Клауд Хок приближался к Гадюке.
Тот понял, что Страж внезапно стал сильнее. Он мог чувствовать резонанс Серебряных Змей, гудящих от интенсивной энергии, как будто они жили своей собственной жизнью. По их холодному, ослепительному свету воин мог сказать, что оружие стало гораздо более смертоносным, чем несколько секунд назад. Ещё это можно было доказать тем, как Клауд Хок уничтожал Стрелы, Высасывающие Жизнь, которые всё ещё преследовали его.
— Подделка есть подделка! Твои игрушки меня не остановят! Я их все сломаю, а потом — твоё лицо!
Парень взмахнул рукой, и его меч выпустил струю серебряного света. Она распространялась, как грозовая волна, совершенно неукротимая. Серебряная дуга зацепила приближающиеся стрелы и уничтожила ещё несколько.
Как можно было так легко уничтожить такую смертоносную реликвию? Этого не могло быть! Но, как сказал Клауд Хок, подделка есть подделка. Какой бы невероятной ни была реликвия Гадюки, она не могла сделать идеальных копий. Если бы это было так, зеркало создавало бы, а не отражало. Гадюка не обладал такой силой.
Впервые с тех пор, как начался их бой, Гадюка почувствовал угрозу. Он заставил себя ещё раз прервать удар на середине замаха. Прежде чем нанести хоть какой-то вред девушке, ему пришлось отвести клинок назад, чтобы отразить внезапную атаку Клауд Хока.
— Умри!
Парень бросился на него с неудержимой инерцией, прорвавшись сквозь окружение стрел в окружении сверкающих клинков. Встретив столб света клинка-креста лоб в лоб, он рассеял свет одним ударом. Отдача энергии привела к тому, что щит Гадюки треснул.
Он отступил на несколько шагов, но и только. Какой бы сильной ни была атака, она даже не поцарапала Гадюку.
Его реакция была быстрой, он уклонился в сторону, а затем выпустил ещё один смертоносный луч в противника. Однако молодой охотник на демонов оказался готов к такому фокусу. Отражал стрелы он только левой рукой. Подняв правую руку, Клауд Хок нанёс удар.
Наделённые силой пространственного камня, его оружие перестало быть простыми мечами. Они метались, как живые змеи.
Остановив свою стремительную атаку, парень без труда уклонился от луча Гадюки. И в этот момент он высвободил накопленную в правой руке силу, вложив её в удар ослепительной Серебряной Змеи. Клинок пронёсся по воздуху быстро, как молния, извиваясь непредсказуемыми узорами и сбивая с толку попытки Гадюки убраться с дороги.
Наконец-то! Как бушующий поток!
Серебряная Змея ударила по ослабевшему щиту Гадюки. Те, кто был этому свидетелем, сказали бы, что пещера содрогнулась от звона разбитого стекла. Щит Гадюки разлетелся на куски. Поток энергии змеи пронзил его насквозь и разорвал грудную клетку.
Клинок скользнул сквозь него, не теряя ни грамма инерции, а затем продолжил нестись по комнате.
Несколько фигур в чёрных костюмах окружили Отэм, но оказались на пути удара. Эффект был похож больше на столкновение с паровозом, чем на атаку меча. Капли крови, ошмётки плоти и осколки костей дождём посыпались на камни. За считанные секунды вся пещера стала походить на логово маньяка.
В последний момент Клауд Хок получил доступ к морю психической энергии внутри камня, укрепив себя. Сосредоточив энергию в этой единственной атаке, он выпустил взрыв в несколько раз более мощный, чем мог собрать сам. Идеально подходящий удар для того, чтобы воспользоваться ошибкой Гадюки.
Атака получилась идеальной.
В конце концов Гадюка недооценил Клауд Хока и поплатился за это. Он был так уверен в своей победе, что его застигли врасплох. Мужчина посмотрел на зияющую рану в своей груди, широко раскрыв глаза от удивления. Его сердце и лёгкие разлетелись на молекулы, равномерно покрыв собой пол пещеры на пару метров за его спиной. Сами боги не смогли бы спасти его сейчас.
Закончено. Одним выстрелом.
Клауд Хок победил его невероятным ударом.
Отэм стояла рядом, с изумлением наблюдая за всем происходящим.
«Как он стал таким сильным? Невероятно!»
Парень хватал ртом воздух, пытаясь прийти в себя после, вероятно, самого опасного боя до сих пор. Пришлось признать, что Гадюка был чертовски опасным врагом. Если бы Отэм не вмешалась, Гадюка бы сумел прикончить Стража «Когтей Бога».
Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но его заставил замолчать трепещущий звук.
Стрелы, Высасывающие Жизнь остановились лишь на мгновение, прежде чем продолжить своё упорное преследование. Клауд Хок уклонился в сторону, и мгновение спустя каменный столб позади него был разбит на куски стрелами.
Его лицо сменилось с радостного на недовольное. Что, чёрт возьми, это было? Гадюка определённо был мёртв!
Эти смертоносные стрелы приводились в действие волей человека. Если уж Гадюка погиб, все его зеркальные отражения должны были немедленно исчезнуть. Клауд Хок резко повернул голову, чтобы посмотреть туда, где всё ещё стоял Гадюка, уставившись на дыру в своей груди.
Воин, всё ещё ничего не делая, стоял на том же месте. Кровь и кусочки органов сочились из его груди. Мгновение спустя это ужасное изображение потеряло цвет и стало прозрачным. Как оконное стекло, его фигура задрожала и треснула, а затем рассыпалась по земле осколками.
— Я давно знал, что у тебя странные способности. Огромный прилив сил за одно мгновение… Неужели ты думаешь, что я не был готов к этому? — холодный голос насмешливо окликнул его откуда-то поблизости. Гадюка спокойно вышел из зеркальной поверхности. Совершенно невредимый.
Клауд Хок почувствовал, как его лицо напряглось, когда он понял, что произошло. Его тело похолодело. Всё это время он сражался не с Гадюкой.
Это была копия, зеркальное отражение! Настоящий всё это время прятался. В его намерения не входило убивать Клауд Хока с помощью копии, он просто отвлекал его достаточно долго, чтобы захлопнуть ловушку.
Сукин сын!
Парень почувствовал, как холодный пот выступил у него на лбу.
Он израсходовал силу камня, не говоря уже о большей части своей собственной выносливости. Как он должен теперь сражаться с настоящим Гадюкой в таком состоянии?
Лицо мужчины оставалось непроницаемым:
— Что, уже выдохся? А я только начинаю.
Ещё одна его копия вышла из зеркала, затем вторая, третья. Эта толпа зеркальных отражений окружила Клауд Хока, и в руках каждого из них поблескивал горящий клинок-крест.
Три копии, и сам настоящий. Четыре Гадюки. Вот с чем Стражу «Когтей Бога» придётся столкнуться сейчас.