Контент удален!

Единственный, кто знал о поясе смертника, был сам Гризли. Никто не ожидал, что он взорвется, чтобы остановить преследователей.

КлаудХок, Мантис, и Кровавая Королева были достаточно далеко, чтобы избежать последствий взрыва. Рогатому мутанту и многим его чистильщикам не так сильно повезло. Взрыв привел к тому, что вся огромная область обрушилась. Обломки хлынули в разрушенные тоннели, как потоп. Тех, кто был слишком медлителен, похоронило заживо.

Рогатый человек был завален камнями и не мог освободиться. Похороненный под тоннами мусора мутант застрял, несмотря на свою сверхъестественную силу. Чем больше он боролся, тем меньше становился его гроб. Его телосложение не давало его раздавить, но не освобождало его от необходимости в уменьшающемся кислороде. Каким бы сильным ни был мутант, как и любое живое существо, он по-прежнему полагался на воздух, которого становилось меньше с каждым мгновением.

Прошли минуты. Дышать стало труднее. Рогатый пытался как-то бороться с тускнеющим зрением, все еще не веря, что его поймали подобным образом. Он становился все слабее. Так вот как он должен был умереть?

Лишенный кислорода разум вызвал воспоминания из прошлого. Он был ребенком, сиротой, который ничего не знал о том, кем были его родители, и еще меньше о том, какими они были. Сколько он себя помнил, рогатый человек был большим и внушительным мутантом, выделяющийся даже среди себе подобных. Он опирался на свой интеллект и человечность, в дополнение к своему сверхчеловеческому телосложению.

Интеллект рогатого юноши не изменил отношение нормальных людей к нему. Ему дали унизительное имя — Лонгхорн[1], на него охотились, куда бы он ни пошел, и страх быть пойманным и убитым всегда довлел над ним. Больше раз, чем он мог сосчитать, ему приходилось унижать себя, чтобы выжить. Он потерял счет попыткам его убийства, и с каждым разом он становился все сильнее.

Ребенок-мутант вырос, окреп. В конце концов он смог твердо встать на ноги и даже привлек небольшую группу туповатых мутантов. Это была его первая колония чистильщиков, и он выступал против любых падальщиков или копателей, с которыми они сталкивались.

Тем не менее, независимо от того, насколько сильным он стал или сколько чистильщиков он собрал вокруг себя, Лонгхорн не был доволен. Имбецилы, которыми он командовал, не могли вести разговор, не говоря уже о дружеском общении. Долгое время он был убежден, что проживет свои дни изгоем, одиноким волком, зализывающим свои раны изо дня в день.

Это время, этот мир — он был полон врагов на каждом шагу. Даже пустоши отвергли его, потому что он был мутантом!

До одного дня.

Перед ним предстал человек, облаченный в мистические доспехи. Он сразу же признал в незнакомце одного из них — корней всего зла в этом мире. Это их раса уничтожила планету, это их боялись люди всеми фибрами своего существа. Но Лонгхорн все это время был один, дрейфовал в море жалости к себе и безнадежности... и вдруг перед ним появилась безопасная гавань.

"Я вижу смятение и неповиновение в твоих глазах. Ты один из немногих, с кем я столкнулся, с необходимым мне талантом, с возможностью вершить великие дела. Пойдем со мной, и дни твоих страданий завершаться".

"Я буду править этими пустошами. Вместе мы создадим королевство, место для таких людей как ты и я. Оно станем раем для тех, к кому судьба была жестока — поможет тем, кто познал жестокость и отчаяние. Это будет наша династия”.

Мутант с радостью принял это предложение. С тех пор Лонгхорн больше всего стремился служить своему королю. Во имя его он боролся, распространяя свое влияние повсюду. Что бы ни приказывал его хозяин, он повиновался. Со временем их круг общения расширился, и присоединилось больше подобных ему. Хотя у них были различные судьбы, все они были чем-то похожи.

Мечта. Они стремились к самому дорогому, что осталось в пустоши, мечте о чем-то лучшем.

Это то, что отличало человека от зверя. Животное было довольным до тех пор, пока у него было достаточно еды, чтобы набить живот, безопасное место для сна и своя собственная стая. Животные не беспокоились о том, что будет в будущем, не зная об инстинктах, которые их вели. Лонгхорн жил как животное в течение многих лет, и его хозяин дал ему возможность восстановить свое достоинство.

Мастер определенно добьется успеха. Он отличался от всех остальных, ему предначертано стать великим.

Лонгхорн посвятил себя высоким амбициям своего спасителя, отдавая свои силы и жизнь, чтобы увидеть, как все становится реальностью. Он помог создать землю обетованную, где люди вроде него могли бы процветать под руководством лидера, который их ценил. Если пришло его время умереть, он ни о чем не сожалел.

Но он еще не смирился! Хоть его железная воля и не защитит его от удушья. У него кружилась голова, его разум запутался. Он держался только потому, что не мог принять смерть. Затем, внезапно, вспышка света пронеслась сквозь тьму.

Дррр, треск! Завалы были сдвинуты. Рука протянулась к нему.

"Второй брат, ты еще дышишь? Поторопись и выбирайся оттуда!”

Лонгхорн поднял голову, чтобы увидеть своего крылатого брата, Стервятника [2]. Молодой мутант помог ему выбраться из завала. Когда его наконец вытащили, Лонгхорн все еще не мог сказать, как долго он пробыл под завалом. Битва за форпост Черный Стяг закончилась, раскинувшийся вокруг человеческий лагерь стал не более чем разрушающимся мавзолеем. Большинство его граждан лежали мертвыми или умирали, а остальные бежали в неумолимые пустоши.

Их покалеченный брат, БлэкФрик[3], сидел неподалеку. Его шея была мешаниной из усиков, скользящих друг по другу, в то время как плоть постепенно регенерировала. Его голосовые связки еще не восстановились, поэтому он сидел молча. Но ему и не нужно было говорить. Все трое не могли поверить в то, что Кровавая Королева ускользнула от них.

"Как мог в форпосте оказаться второй Охотник на Демонов..." — Стервятник был явно озадачен внезапным появлением КлаудХока: “Он еще недостаточно силен. Интересно, почему они отправили его сюда? В этом нет никакого смысла!”

Лонгхорн и БлэкФрик были также озадачены.

Посохи экзорциста были стандартным снаряжением для начинающих Охотников на Демонов в благословенных землях. КлаудХоку не хватало умения, но его взрывная сила застала их врасплох. БлэкФрик ужасно пострадал лишь потому, что это было слишком неожиданно.

Несмотря ни на что, Кровавую Королеву необходимо убить!

Ей уже удалось раскрыть личность их хозяина и его местонахождение. Если она выживет в пустошах и сможет передать новости в Элизиум, они могли ожидать наплыва Охотников на Демонов. На данный момент, ситуация была слишком неопределенной для их короля, чтобы он показал себя. Преследование этих презренных людей и вырывание их сердец было предоставлено этим трем мутантам.

Лонгхорн сделал глубокий вдох: "Отправляйте людей во всех направлениях. Независимо от того, куда они бегут или в какой яме они прячутся, мы будем охотиться на них, даже если нам придется перекопать каждый дюйм пустошей! Старший брат может объявить награду для каждого охотника, наемника и убийцы в округе. Мы настроим против них все проклятые пустоши!”

Его приказы быстро распространились среди чистильщиков. Они быстро выскочили из форпоста и отправились в смертельные пустоши.

***

Наконец наступила ночь. Мантис, КлаудХок и Кровавая Королева вылезли из ямы, которую вырыли для себя. Они были всего в нескольких километрах от остатков форпоста, все еще в пределах опасной территории. Они не могли здесь долго оставаться. Они должны были продолжать двигаться в бесконечную пустошь.

КлаудХок был на грани, а имя Кровавой Королевы стало буквальным, чем формальным, из-за ее раны в ноге. Путешествие было медленным, поэтому они нашли временное убежище в долине.

Ни еды, ни воды, ни лекарств. У выживших не было ничего для столкновения с суровыми пустошами. КлаудХок и Королева были тяжело ранены, и смерть могла забрать их прежде, чем их настигнут преследователи.

Мантис ушел искать припасы. КлаудХок и Королева остались отдыхать.

В пустоши было холодно ночью, и холод проник глубоко в их кости. Конечно, о костре не было и речи. Дикие звери не боялись огня, напротив, он выдавал их позиции.

Мутанты, несомненно, тоже высматривали костер. Теперь повсюду должны были быть чистильщики, ищущие их. Необходимо было избавиться от всего, что могло бы указать их месторасположение.

КлаудХок осмотрел свои раны. Хотя их нельзя было игнорировать, по крайней мере, они не были смертельными. С его исцеляющими способностями он понял, что будет в порядке уже через несколько дней. Его глаза блуждали по телу Королевы, и по какой-то причине он не смог удержаться от критики: “Все это произошло потому, что ты переоценила себя! Какого черта ты пришла сюда одна, чтобы попытаться убить демона! Мы даже не видели его чертову тень, но несколько его лакеев чуть не выбили из тебя все дерьмо!”

Он задел ее за живое. Она яростно уставилась на него, с небольшой долей стыда: "Я провела последний год в поисках. Я только недавно узнала, где он прячется. Он отреагировал слишком быстро, у меня не было времени позвать на помощь моих людей”.

"Слайфокс, МэдДог, Гризли и еще множество других людей погибли из-за тебя!" — Его гнев закипел, когда он спросил: "Ты действительно не чувствуешь себя виноватой во всем этом? Почему наши жизни менее важны, чем твоя? Что заставляет тебя думать, что ты лучше нас! Что?!”

КлаудХок был в ярости. Тысячи мирных граждан были убиты. МэдДог, Слайфокс, Пушистик и многие другие не смогли уйти, но они смогли. Демон, возможно, и управлял серпом, но именно гордость королевы была тем, что привело его сюда!

Она открыла рот, как будто хотела что-то ответить, но вместо этого выплюнула полный рот крови. Ее внутренние повреждения были тяжелыми.

"Неважно, мы разберемся с этим позже. У нас одна и та же цель, нет смысла помогать врагу, сражаясь друг с другом". — Когда он увидел, в каком плохом состоянии она была, гнев КлаудХока рассеялся: "В тебя стреляли, если мы не вытащим пули, это может плохо закончиться. Позволь мне помочь тебе”.

Кровавая Королева также пострадала от этой битвы. Она больше не могла поддерживать свою ауру безразличного высокомерия. На самом деле, у нее даже не было сил опровергнуть аргументы КлаудХока. Она кивнула.

Он помог ей снять верхнюю одежду. Выстрел в плечо был заблокирован ее прочной броней. Благодаря ее защите и крепкому телосложению пуля застряла в ее коже и не нанесла никаких повреждений костям. Не похоже, чтобы это повлияло на ее руку.

Что касается ее ноги, пуля не задела ничего жизненно важного. Рана была ужасной, но Королева использовала свой внушительный контроль над телом, чтобы сжать кровеносные сосуды в этом районе. Ей не грозила смерть от кровоизлияния.

КлаудХок использовал кинжал, чтобы вытащить пулю из ее плеча, затем зашил рану иглой, которую он носил с собой. Королева ни разу не показала боли на лице. Как будто она вообще ничего не чувствовала.

Ни одно пулевое ранение не было таким плохим, как выглядело. Настоящей проблемой были ее внутренние повреждения, но у КлаудХока не было решения этой проблемы.

Несколько мгновений Королева молчала, а затем заговорила: “Как ты смог использовать силу посоха?”

"Да если бы я только знал", — пробормотал он пренебрежительно: "Что? Это должно быть трудно? Только вы, чертовы жители Элизиума, можете использовать реликвии, но не мы, жители пустошей, не так ли?" — Ясно, что КлаудХок в настоящее время испытывал довольно сильную обиду к богам и их последователям.

Кровавая Королева не стала ругаться. Вместо этого, она сделала несколько успокоительных вдохов: "Если ты можешь использовать посох экзорциста, это означает, что у тебя есть потенциал, чтобы стать Охотником на Демонов. Это значит, что боги благословили тебя, и это отличает тебя от других людей в пустошах. Если мы выживем, есть шанс, что тебя пустят в земли Элизиума...”

Правда? Царство богов примет его? Побег из этого несчастного места всегда был мечтой КлаудХока. Воспоминания о погибших товарищах наполнили его чувством долга, первое, что он должен был сделать — это убить того, кто ответственен за это!

Вдруг он услышал приближающиеся шаги. Они шли со всех сторон.

Множество силуэтов отделилось от чернильной темноты. Оружие блестело в их руках.

Лицо КлаудХока ожесточилось: "Черт! Кто-то здесь, мы должны спрятаться!”

1. Автор не указывает конкретного имени, обращаясь к мутантам лишь как "брат" или "Рогатый хер". Анлейтер решил дать им имена для упрощения перевода, а я лишь рад поддержать его в этом. (дальше было что-то про то, что Лонгхорн — порода коров из США, где походу и происходят события)

2. И опять придуманное анлейтером имя — Стервятник. На самом деле я бы мог оставить его на англе, как и все другие имена в новелле, но слишком уж убого оно звучит, так что будет Стервятник.

3. Тут я не согласен с анлейтером и взял китайский вариант и чутка сократил до приемлемого звучания. Но в принципе у него тоже нет имени.