Рэвенос Тайгер встал перед защитным щитом элизийцев, топор в его руках ярко засветился. Но прежде чем он успел хоть что-то сделать, столб света обрушился сверху, преграждая ему путь. Это был обжигающий луч, который начал двигаться в его направлении. Земля под ним раскалывалась на части.
— С дороги!
С удивительной силой для своего тучного тела мужчина обрушил свой топор на колонну, расколов её на части. Тут же с небес рухнул второй луч, направленный прямо ему в макушку. Воин поспешно заблокировал удар топором, но едва сумел удержать оружие в руках.
Через мгновение он использовал защитную реликвию и появился щит, защищающий его от вреда. Он выдержал.
Селена снова опустилась на землю, её белый плащ красиво развевался. Женщина стояла перед жителями пустоши, а её клинок сиял тусклым светом. Левой рукой она потянулась назад и вытащила второй меч.
Это оружие отличалось от её меча-реликвии.
Священный Клинок Креста был сделан полностью из святой энергии и света, но второй меч был полностью физическим. Он был прекрасно сделан — шедевр от рукояти до кончика клинка. Лезвие было не стальным, а из прозрачного материала, похожего на стекло или хрусталь. Внутри пульсировал слабый свет.
Глаза Рэвеноса Тайгера расширились. Он знал это оружие.
— Превосходство мастера Балдура?
Любой, кто имел хоть какое-то образование, знал о трёх могущественных реликвиях Мастера Балдура: его Священном Облачении, его Превосходстве и Священном Клинке Креста. Клинок Креста давным-давно был завещан Селене, но его Облачение и Превосходство, как говорили, были потеряны, когда он исчез.
Но она появилась, неся все три. Дочь предстала перед своими врагами со всем наследством своего отца.
Селена взмахнула кристаллическим оружием небрежным движением, но даже этот слабый удар немедленно разрушил защиту Тайгера. Невидимая, но мощная энергия сбила его с ног и отбросила бывшего губернатора на несколько метров в сторону.
Гиганты Армии Ада собрались вокруг него вместе с Чёрным Дьяволом. Не теряя времени, воины атаковали её своими сильнейшими атаками. Девушка стояла одна, как пятно бесподобной белизны среди крови и тьмы, с клинком света в одной руке и хрустальным мечом в другой. Воплощение даже не самой жизни, а словно непобедимый аватар божественной ярости.
Оба меча пришли в движение. Никто не осмеливался испытать их прочность первым. Селена сдерживала пятерых самых сильных врагов, используя только свою собственную силу.
Экард никогда не встречал такого молодого и сильного человека. Его лицо представляло собой карту отвратительно искривлённых шрамов. Однако он быстро увидел её недостаток; атаки Селены были слишком сильными, слишком ошеломляющими. Пусть каждый удар и был смертельным, но её эти атаки также истощали.
— Как долго она сможет продолжать в том же духе? Уйти в защиту, ждите, пока выдохнется!
— Не думай шаблонами. Твоя тактика не сработает, — предупредила Натесса. — Её Священное Облачение — одна из самых сильных реликвий семьи Клауд, изготовленная во время Великой войны. Её вручили отцу-основателю семьи Клауд сами боги!
Экард сделал паузу:
— Что в ней такого? Выглядит обычным доспехом! Ну, дорогим, но не более того!
— Эта реликвия не является ни атакующей, ни защитной. Во время боя она выглядит, как обычный доспех.
— Ни атакующей, ни защитной? Так что, чёрт возьми, она делает?!
— Облачения хранят ментальную энергию. При ношении этого доспеха энергия человека практически безгранична. За каждую атаку, которую совершает Селена, её Священное Облачение восстанавливает ей силы почти полностью. Мы не сможем дождаться, пока она устанет!
Экард был застигнут врасплох.
Охотники на демонов уже были живыми боевыми машинами. Типичный охотник на демонов мог бы убить Экарда прямым выстрелом из одного из своих луков экзорцистов. Их основным ограничивающим фактором была психическая энергия и время, необходимое для её восстановления. В такой битве, как эта, было легко истощиться, и как только охотник на демонов истратит весь свой запас сил, он становится обычным человеком. Да, довольно сильным и тренированным, но обычным.
А теперь объявилась эта валькирия, которая могла быстро восстанавливаться даже после использования своих самых мощных атак. Да ведь с ней же вообще нельзя справиться!
Конечно, не было такого понятия, как непобедимый враг. Энергия, хранящаяся в Облачении Селены, представляла собой то, что она влила в них перед боем. «Верхний предел» хранимой энергии, возможно, раз в десять превышал её обычный запас психических сил, а этот процесс требовал нескольких дней усилий.
Другими словами, Селена могла полностью восстановить свои силы раз десять, но как только Облачение отдаст ей всю накопленную силу, оно станет обычным доспехом. Конечно, впятером они могли бы выстоять, но сколько времени это займёт?
Какими бы сильными они ни были, под безжалостным натиском Селены они были вынуждены отступить.
Увидев её бой, Рассвет была ошеломлена.
«Эта сумасшедшая сука стала настолько сильной?! Она, должно быть, принимает какие-то боевые наркотики!»
Вирмсол и Мороз Зимы были в эпицентре ожесточённого сражения.
Атаки Мороза были быстрыми и яростными, его копье мелькало в воздухе, как сотня разъярённых драконов. Вирмсол был вынужден постоянно уклоняться от непрерывных ударов Римшарда и Ледяной Арии. Каждый раз, когда он отклонял удар ледяного меча своим знаменем, его древко начало покрывалось инеем, а затем и слоем льда. Уникальность оружия Мороза заключалась в том, что оно подавляло силу других реликвий, тем самым ослабляя Вирмсола.
Вот почему он сказал Селене разобраться с остальными. Он знал, какая сила содержится в её Священном Облачении, которое позволит ей отбиваться от любого врага. У девушки отличная экипировка, чтобы сражаться с пятью врагами, более слабыми, чем она сама. Но Облачение стало бы менее эффективным против врага, который был сильнее неё, как Вирмсол.
У Мороза Зимы был Римшард. С каждым ударом клинок ослаблял Вирмсола и равнял их. Пока Мороз будет способен атаковать, Вирмсол не сможет переключить своё внимание на другие части битвы, чтобы оказать помощь.
Слой за слоем лёд покрывал штандарт Вирмсола, и это был не обычный иней. Это конденсированная форма энергии, которая прерывала резонанс реликвий. Обычный жар не мог растопить её, и после нескольких обменов ударами Вирмсол уже с трудом мог призвать силу своего оружия.
— Тебе так не терпится убить меня, молодой человек. И всё потому, что я однажды предал твоего хозяина? В былые годы я тоже был учеником Арктура и, как и ты, поклонялся этому человеку. Теперь я стою рядом с Кримсоном. Я решил отказаться от своего дома, от своей чести, от всего — и знаешь почему?
Мороз Зимы был человеком не слов, а действия. Он воспользовался паузой Вирмсола, чтобы начать новую атаку, используя остриё своего клинка, чтобы ответить на вопрос противника.
Оппонент методично и неуклонно отражал атаки Мороза. Он видел враждебность, которая бурлила прямо под ледяным видом этого молодого человека. Здесь была скрыта тайна… и если он мог её видеть, то Арктур тоже должен о ней знать.
Это не имело значения. Всё, что имело значение, — это убедиться, что Лесная Долина не попадёт в руки элизийцев.
Волна энергии прошла через Вирмсола, вызвав вокруг него столб огня. Пламя взревело с такой силой, будто грозила сжечь небеса. Поднявшись подобно огненному дракону, огонь пронёсся над головами солдат, прежде чем рухнуть на Мороза.
Лицо молодого человека помрачнело. Даже после подавления Римшарда он ещё мог призвать такую силу? Мороз отшатнулся назад, вращая Ледяную Арию в руке, как вихрь.
Огонь и лёд столкнулись. От удара каньон наполнился паром.
Между тем, Рассвет не сидела сложа руки. Девушка постоянно вкладывала свою энергию в Вестника Земли, заставляя каньон рушиться вокруг противника. От её силы сотрясалась земля, и оползни угрожали её врагам, а шипы пронзали тела в их задних рядах. Только врагов было слишком много. Она не могла остановить их всех в одиночку.
«Куда подевался этот идиот, Клауд Хок?! Почему он не помогает?»
Не успела эта мысль прийти ей в голову, как каньон начал трястись, и не от Вестника Земли. Вибрации шли откуда-то из глубин. Девушка подняла голову и посмотрела на их источник — каменный дверной проём. Он светился силой, которую выделяли руны на тускло-серой поверхности, как какое-то древнее и архаичное заклинание. Сила затопила каньон, заполнив его до краёв.
Двери начали двигаться! Клауд Хок! Так и должно было быть!
Парень стоял у основания массивной двери, прижав обе руки к грубому камню. Своим разумом он «нащупал» резонанс, соединился с ним. Медленно поднявшись с земли до вершины двери, он будто бы сам зажигал руны. Клауд Хок смог бы открыть дверь, но ему нужно было время — если остальные сумеют обеспечить его безопасность, он откроет им путь в Лесную Долину.
Клауд Хок проскользнул мимо всех, далеко в тыл врага. Он был один, изолирован, и враг не собирался позволить ему добиться успеха.
Тёмная сила закружилась вокруг татуированной руки Шквала. Дразнящий холодок заиграл в его глазах, когда он увидел, что пытался сделать Клауд Хок.
— Такое разочарование. Я надеялся, что в конце концов ты образумишься и встанешь на нашу сторону. Вместо этого ты стал просто ещё одним элизийским псом!
Клауд Хок нахмурился и сосредоточился на двери. Он не мог остановиться, иначе всё было бы напрасно.
Пронзительный голос Трёхглазого Паука выкрикивал приказы:
— Рэйвен! Убей его!
Киборг безмолвно повиновался. Рэйвен поднял руку, готовясь атаковать, но прямо перед ним в воздухе появился кинжал. Бурля фиолетовой энергией, Скорпион погрузился в сердце своей цели.
Рэйвен стал жёстким, как сталь.
Никакое обычное оружие не представляло угрозы для величайшего достижения Трёхглазого Паука, но кинжал рассекал плоть и металл, как бумагу.
Три глаза старого ученого расширились, когда он это увидел. Неясная фигура, почти как тень.
Удар в сердце был смертельным, особенно «поцелуй» Скорпиона. Однако в теле Рэйвена уже давно отсутствовали внутренние органы. Несмотря на всю свою ядовитую ярость, Скорпион не мог отравить металл. Из глаз киборга ударил луч света, прямо в человека, который атаковал его.
Атлас исчез из виду, и через пару секунд появился позади Клауд Хока. Вернув Скорпиона в ножны, убийца принял боевую позу.
Его голос был резким и холодным:
— Как долго?
— Пару минут! — крикнул в ответ Клауд Хок.
Бесстрастный взгляд Атласа скользнул по Трёхглазому Пауку, Рэйвену, Шквалу. Он смог бы сдержать их. По крайней мере, на данный момент. Но когда убийца сжал челюсти, чтобы посмотреть им в лицо, появились ещё двое в зелёных и чёрных одеждах. Эти «люди» выглядели как типичные мутанты пустошей, но Атлас чувствовал, что они были гораздо опаснее.
Один против пятерых… Атлас не был обучен рукопашному бою. Он не был воином, как Селена, но мужчина даже глазом не моргнул. Он был хладнокровным убийцей, а убийцы не показывают своих эмоций. Лишь его зрачки сузились, когда взгляд Атласа упал на одного из его врагов. Шквал.
— Ты.