Контент удален!

Пустоши были бесплодным палящим адом. Как море огня, эта мрачная равнина пожирала каждую унцию воды из людей, пересекающих ее. Чтобы не зажариться до хрустящей корочки или не умереть от обезвоживания, два беглеца были вынуждены остановиться в затененной расщелине, чтобы переждать самую жаркую часть дня.

Шкуры пустынных кроликов оставили высушиваться на раскаленной скале. Их мясо, нарезанное на небольшие кубики, обжарили.

Кролик был деликатесом в пустошах, богатый на жиры и масла. К тому же он был довольно редок. КлаудХок не ел много по двум причинам. Во-первых, не было воды, чтобы запить, а переедание лишь усилило бы его жажду. Во-вторых, он не был уверен, когда им в следующий раз представится возможность найти еду. Зверей в пустоши было много, но лишь немногих из них можно было безопасно есть. Было разумнее припасти кролика на всякий случай.

"Если мы будем бродить вслепую, мы умрем”. — КлаудХок посмотрел на раскинувшуюся перед ним пустыню. Глаза выдавали его мысли — он был в растерянности, он не знал куда идти: “Пойдем в земли Элизиума”.

Месть за Слайфокса и МэдДога подождет. Сейчас было неподходящее время.

Сила черной руки, скрывающейся за занавесом, была слишком велика. По крайней мере тысяча чистильщиков ответила на его призыв, а три могучих главаря направляли их. Конечно, это было лишь то, что они знали, сколько солдат действительно было на службе этого демона, было еще неизвестно. Они даже не знали, на что способен сам демон.

В их распоряжении были лишь серьезно раненая Кровавая Королева и слабый КлаудХок. То, что они все еще были живы, само по себе было чудом. Если они не найдут воду в ближайшее время, это может измениться, и было довольно маловероятно, что они переживут эту ночь. Не говоря уже о том, как бы они отбивались от преследователей.

Охота на демонов была теперь безнадежной задачей. Но принесет ли им надежду их путь в земли Элизиума? Земли пустоши простирались далеко и широко, покрывая каждый дюйм этой территории. Проход через них потребовал бы в равной степени удачи и мужества, и никто не знал, с чем они могут столкнуться в пути.

Если им суждено было погибнуть в пустошах, Кровавая Королева предпочла бы умереть в бою. В этом была суть и гордость Охотника на Демонов.

“Ах, я просто не понимаю”. — КлаудХок мог видеть решительный свет в глазах Королевы, ее решимость даже перед лицом смерти: "Какого черта ты так обозлилась на этого демона? Зачем ты отбросила безопасность и комфорт Элизиума, чтобы пойти на самоубийственную миссию, от которой ты не хочешь отказываться. Что он тебе сделал?”

Кровавая Королева была молода, умна, красива и умела. Она была совершенна и наполнена огромным потенциалом. Он просто не понимал, почему она отказалась от всего этого и светлого будущего, из-за странной одержимости этим монстром пустоши? КлаудХок просто не мог не озвучить этот вопрос.

Обычно надменная натура Королевы не позволяла ей что-либо объяснять этому неверующему, бесчестному язычнику. Но КлаудХок был удивлен, услышав ее голос, тяжелый, полный печали и боли.

"Он убил моего отца".

Она была слаба, ее тело дрожало. В этот момент железная маска воительницы треснула. Ее глаза были красными, в их глубине он видел кипящую ненависть.

Тот, кто убил ее отца, заплатит за это!

Она несла позор смерти своего отца. Это она должна была отомстить. Эта мысль поглотила ее, когда она в свои шестнадцать лет тайно покинула Элизиум. В течение целого года она искала его в пустыне.

Королева была исключительно талантливой Охотницей на Демонов, но слишком молодой. Она была слишком самоуверенной и высокомерной, а ее ненависть к демону ослепила ее. Она даже не задумывалась, с каким врагом столкнулась.

КлаудХок действительно не понимал ее, но его нельзя было винить, потому что он понятия не имел что такое отец. Он вздохнул — все жили своими историями, своими взглядами, своими мотивами. Кто он такой, чтобы говорить кому-то, что их путь был неправильным?

Никто из них после этого не проронил ни слова.

В течение двух дней и двух ночей КлаудХок не смыкал глаз. Его нервы были на пределе, из-за чего он постоянно был на взводе. Он промчался из пустошей до форпоста, только чтобы вновь вернуться обратно в пустоши. У него не было ни единой возможности отдохнуть. Даже у самой стойкой воли был предел, и КлаудХок достиг своего. Борьба с истощением была похожа на попытку бежать от наводнения.

Его веки, казалось, весили тонну. В конце концов они победили, и его глаза закрылись.

Когда он проснулся, он не мог сказать, сколько времени прошло. Ужасная жажда была тем, что его разбудило. Его глаза открылись, и его первым инстинктом было схватить свой посох экзорциста и осмотреться. Небо потускнело, а значит был уже вечер, он даже не думал, что проспал так долго.

Разум КлаудХока прояснился, но его горло было сухим, как кость. Он был обезвожен и знал, что это было опасно.

Кровавая Королева ютилась поблизости, ее длинные волосы свободно развевались. Ее глаза были закрыты, она тоже спала, но лицо было окрашено неестественным румянцем. Казалось, что каждый вдох давался ей с трудом. Когда он увидел ее состояние, он сразу кинулся вперед и прижал руку к ее лбу. Ее горящая кожа излучала тепло прямо через ладонь.

Плохо дело!

КлаудХок не думал, что дюжина или около того ран, которые он получил, окажутся настолько незначительными, в то время как несколько внешних травм Королевы окажутся заражены. Он полагал, что одна из стрел, которая попала в нее, должна была быть отравлена.

"Эй, эй! Очнись!"

"Ты не можешь умереть!"

КлаудХок почувствовал, как его расшатанные нервы задрожали. Они вдвоем были командой, и теперь чистильщики видели в нем Охотника на Демонов. Если она умрет, они не проявят к нему милосердия. С могучей Королевой на его стороне у него был шанс. Если она не выкарабкается, у новичка вроде КлаудХока не было надежды на побег.

Потрескавшиеся губы королевы шевелились, бессознательно бормоча лишь одно слово: “Воды…”

Воды? Я тоже умираю от жажды! Где я, по-твоему, должен найти воды?

КлаудХок озабоченно запустил руки в свои волосы. У них давно закончилась кровь кролика, так что он должен был сделать?

Внезапно его охватило спокойствие. Он вытащил нож, который Кровавая Королева прятала в ботинке, и прижал кончик к запястью. Он провел им по коже, оставив порез. Кровь начала литься.

Это был единственный путь!

Королева была без сознания. Как младенец, она проглотила все, к чему прильнул ее рот. Медный вкус крови наполнил ее рот, и этого было достаточно, чтобы вывести ее из оцепенения. Ее глаза открылись, и она уставилась на происходящее.

КлаудХок попытался успокоить ее утешительной улыбкой: “Наконец-то ты очнулась”.

Она все еще была слаба, но ее глаза дрожали от переполняющих ее чувств. Этот житель пустоши использовал свою собственную кровь, чтобы спасти ее? Если бы он попытался сделать подобное ранее, это бы привело ее в ярость. Она была благородной Охотницей на Демонов! Как смеет он использовать свою ничтожную кровь для поддержания ее жизни!

Но ярость не приходила. Возможно, это было потому, что она была слаба, но, возможно, это было из-за других, более глубоких причин.

"Мы должны идти. Мы должны найти воду ночью или мы умрем".

КлаудХок сделал из кроличьей шкуры грубый рюкзак и положил туда остатки мяса. Затем он выкопал яму и закопал все следы их пребывания в этом месте.

Они должны были прятаться. Лихорадка Королевы была настолько сильной, что начала влиять на ее сознание. Она не могла сражаться, не говоря уже о использовании реликвий. Она с трудом могла ходить. Она была сейчас слабее, чем когда-либо.

“Ты сейчас слишком медлительна”, — пробормотал КлаудХок. Он снял мешок из кроличьей кожи и обернул его вокруг плеч королевы: “Держись, я понесу тебя на спине!”

Каким бы ненавистным не было данное предложение для Королевы, она не была дурой и понимала, что другого выхода не было.

КлаудХок поднял ее на свою костлявую спину, и они вдвоем отправились в темную пустошь. Их слабые следы простирались позади них.

Свет заходящего солнца предавал волосам Королевы бронзовый оттенок. Даже в полубессознательном состоянии она чувствовала, что ей, возможно, осталось недолго, но на сердце было спокойно.

Она никогда не думала... никогда даже не представляла... что тот, кто будет помогать ей до самого ее конца, будет этот юноша из пустошей, на которого она всегда смотрела свысока.

В конце концов, солнце опустилось за горизонт и появились звезды. Раскаленная пустыня быстро охлаждалась. КлаудХок задыхался, как старый бык, и все же он упорно продвигался, шаг за шагом, лишь с помощью силы воли. У него кружилась голова, глаза не могли сфокусироваться, но он продолжал даже тогда, когда любой другой человек уже бы сдался. За все время они ни разу не встретили ни одного живого существа, не говоря уже о воде.

Вуууш!

Его уши заполнил пронзительный звук, и он увидел, как стрела пролетела мимо его лица. Она зарылась в песок перед его ногами и задрожала. КлаудХок побледнел, повернув голову к источнику выстрела, где он увидел пять фигур, пробирающихся к ним под тусклым светом. Два всадника на ящерицах были впереди, а три лучника бежали позади. Стрела прилетела от одного из них.

КлаудХок почувствовал, как его сердце ушло в пятки.

Эти пятеро были авангардом. Множество других наводнили пустыню на другой стороне соседней дюны. Все они носили доспехи и использовали опасное оружие. КлаудХок был уверен, что песчаная буря уничтожит их запах и любые следы, и что они не смогут догнать их так быстро. Теперь же оказалось, что он был слишком оптимистичен.

"Не двигаться!"

Три лучника натянули луки, но еще не стреляли. Горстка всадников встала перед ними полукруглой формацией.

КлаудХок осторожно наклонился, опустил Королеву на землю и поднял посох экзорциста. Они не смогут сбежать в этот раз, но теперь, когда их поймали, он собирался убедиться, что хотя бы кто-то заплатит за это. Хотя он был окружен, враги не спешили атаковать.

Две фигуры отделились от группы.

Один из них был крупным мужчиной, толстым и мускулистым. На его лице были густые пепельные бакенбарды. Он был похож на старого седого ветерана, одетого в типичный костюм пустоши. Следует отметить его стальные доспехи, которые выглядели довольно хорошо. Хотя он и выглядел как старый лев, от него исходила аура того, с кем явно не стоило шутить.

Второй парень был мускулистым и не слишком старым. Половина его лица была выжжена кислотой или огнем, оставив отвратительные шрамы. Его волосы были редкими и росли клочками, а похожие на виноград опухоли покрывали его тело от горла до груди. Это должно быть какая-то слабая мутация.

Помимо нескольких уродливых солдат, КлаудХок отметил, что большая часть этой группы выглядела как нормальные люди. Они не были чистильщиками, но тогда кто они?

КлаудХок вызывающе рявкнул: “Кто вы, блять, такие?”

"Кто мы такие — не важно!" — Мускулистый ответил с отвратительной, жестокой усмешкой. Он махнул на них рукой: "Взять их!”