Над особняком губернатора.
Появились четыре грифона.
Задняя половина их тел была похожа на Львов, покрытых золотисто-коричневым мехом. Передняя половина была похожа на орла, покрытого золотыми перьями. Его два массивных крыла были серебристо-белыми, того же цвета, что и центр груди существа. Внизу болтались четыре мощные конечности. Зоркие глаза могли заметить самую маленькую цель с расстояния в десять тысяч метров. Они обладали пугающей силой первобытных хищников.
На широких плечах чудовищ стояли люди, покрытые с головы до ног полной пластинчатой броней. В левой руке они держали поводья, а в правой — копья высотой в два метра.
Эти величественные рыцари были всего лишь погонщиками. Кроме людей, грифоны тащили также инкрустированную драгоценными камнями карету, вырезанную из нефрита. Казалось, что она весит целую тонну, и все же карета легко плыла по воздуху. Звери и их колесница спустились к особняку правителя.
Встречающий отряд из десяти солдат почтительно опустился на одно колено, когда колесница приземлилась.
В поле зрения появился мужчина средних лет, которому, казалось, было около сорока. Несмотря на преклонные годы, его кожа все еще оставалась светлой, каждое движение было полно благородства и властности. Это был не кто иной, как человек, который так эффектно потерпел неудачу в пустошах, Август Клауд. Он был тяжело ранен, и его вернули сюда, в святое святилище, где его лечили. К этому времени он почти полностью пришел в себя, если бы не темный свет в его глазах. Пятно его неудачи было тем, от которого он никогда не избавится.
Как только Август вышел из кареты, он почтительно отошел в сторону.
Вслед за ним вышел еще один человек. Ему было далеко за пятьдесят, и в черных как вороново крыло волосах, которые он когда-то носил в молодости, теперь появилась седина, особенно на висках, где белые пряди казались первыми зимними заморозками. Его возраст уже начал проступать на голове, но лицо мужчины было таким же молодым, как у человека вдвое моложе его. Время от времени в уголках его глаз появлялись морщинки-знаки прошедшего времени.
Это был человек, переживший бурное прошлое, чью жизнь можно было бы назвать легендой. Его многочисленные деяния можно было бы собрать в целые тома, в грандиозные истории, которыми часто делились обитатели Небесного облака.
Каждая душа в пределах этой божественной территории знала его: он был величайшим охотником на демонов во всем Небесном облаке и губернатором города — мастером Арктуром Клаудом!
Мороз Зимы несколько раз помылся, отчаянно пытаясь стряхнуть с себя мерзкий дух пустоши. Теперь он терпеливо ждал в саду, сверкая белыми доспехами и держа под рукой серебряное копье — галантный, как всегда. Он обладал всеми качествами выдающегося ученика: преданностью, молодостью, смелостью, энергией, честолюбием и талантом. У него была уникальная способность, чем бы он ни занимался, Лорд Арктур был доволен. Он был не просто учеником, он был правой рукой губернатора.
Но, конечно, он не был совершенством. Если у Мороза Зимы и была одна слабость, так это то, что он был молод.
Лорд Арктур все еще был в расцвете сил. Еще было достаточно времени, чтобы сделать своего ученика еще лучше.
Молодой охотник на демонов всегда бессознательно сдерживал свое естественное высокомерие, когда стоял перед губернатором. Подобно павлину, который щеголяет перед обычными птицами, он не осмеливался показать свою гордость перед Фениксом. Или как присутствие Луны притупляло блеск звезд, но не могло сравниться с могучим солнцем. Арктур Клауд был примером, которого не мог достичь ни один охотник на демонов-гора, которую не мог покорить ни один человек.
На самом деле, это был редкий шанс для Мороза Зимы случайно встретить господина Арктура.
Десять лет назад, в зимнюю ночь, чрезвычайно талантливый бродяга привлек внимание Лорда Арктура. Бездетный человек был тронут увиденным, и после испытания ребенка, он взял его под свое крыло. Счастливое дитя было названо в честь той ночи, когда его обнаружили — Мороз Зимы.
Сирота обожал своего господина. Для него лорд Арктур был всемогущ.
Будь то его манеры, работа, воспитание или честолюбие, все это глубоко повлияло на Мороз Зимы. На лорда Арктура не просто смотрели снизу вверх, он был самым мудрым, сильным и умным человеком своего поколения — врожденно превосходящим всех, кто стоял со всем величием и повелительным присутствием горы перед Морозом Зимы. То, что он чувствовал, было обожанием.
В результате Мороз Зимы был чрезвычайно усерден во всех своих обязанностях. Он не просто искал силы, он хотел быть лучшим, чем был его учитель –не превзойти его, но, возможно, приблизиться к его славе.
«Учитель, позвольте мне объяснить, что произошло.»
Правитель, одетый в простую мантию, терпеливо выслушал рассказ своего ученика. Он посмотрел на него глазами, наполненными необъятной и эрудированной глубиной. Морщинки, собравшиеся в уголках его глаз, свидетельствовали о долгих годах. Он держался со спокойной уверенностью ученого человека. Любой, кто не знал его, мог бы принять губернатора за доброго старого учителя, потому что он едва ли выглядел так, как можно было бы ожидать от великого охотника на демонов и губернатора.
«Это, конечно, неожиданно. — Мороз Зимы не мог прочесть мнение своего учителя, на его непроницаемом лице и не смог удержаться, чтобы не высказать своё собственное. — Я предполагал, что она сможет вырваться из лап этого существа, но, похоже, они действительно смогли убить его. Теперь уже трудно определить, насколько далеко они зашли. Теперь ситуация не слишком хорошая для нас.»
Но губернатор оставался спокоен: «Сначала расскажи мне о чем ты думаешь.»
«Селена еще не вернулась. Если она действительно узнала правду, то это потрясет Небесное облако до глубины души. — Мороз Зимы тяжело вздохнул, пытаясь собраться с мыслями. — Это очень серьезное дело. Я недооценил Селену. Все это из-за моей ошибки в суждениях, это моя вина.»
«Ты виноват, но не так, как думаешь. Никто не может знать всего. Даже мудрецы время от времени совершают ошибки. До тех пор, пока ты подвергаешь свои идеи тщательному изучению и рациональному рассмотрению, нет необходимости сожалеть о своих ошибках.»
Губернатор говорил мягко, как школьный учитель, воспитывающий растерянного ученика. Мороз Зимы, столкнувшись с мудрым и благородным характером этого человека, почувствовал себя смиренно преданным, стоящим на коленях перед своим богом.
«Ты должен помнить, что ни на минуту не верь, что можешь все контролировать. Всегда будут вещи, которые ты не можешь предсказать, например, удача. Никто не является всеведущим или всемогущим. Мудрецы называются мудрецами не потому, что они знают все мыслимые и немыслимые события, а потому, что они принимают самые разумные и соответствующие времени решения. Самое правильное решение на тот момент, и самый подходящий ответ, когда это время прошло. Все остальное, должно быть предоставлено судьбе — мы можем делать только то, что в наших силах. Неудачи не должны превращаться в сожаления, мы должны принимать их спокойно.»
«Да, Господин. — Молодой ученик внимательно впитывал каждое слово своего учителя. — Так где же я допустил свою ошибку?»
«Как ты думаешь, много ли знает Селена?»
«Я…»
«Это твоя слабость. Ты слишком самонадеян. Это отражается в том, как ты справляешься с проблемами, всегда делая себя центром внимания. Это плохая привычка, поэтому ты должен научиться менять свою точку зрения. Иначе впадешь в замешательство. Ты боишься, что Селена уже все узнала, но так ли это на самом деле? Если бы она это было, то не послала бы своего друга сюда, на верную смерть. И она не стала бы посылать через него эту новость. — Он укоризненно посмотрел на Мороза Зимы и вздохнул. — Кроме того, как ты решил поступить с другом Селены?»
«Я усмирил его и посадил в тюрьму.»
«Почему ты решил это сделать?»
«Чтобы он не выдал того, что мы хотим сохранить в тайне. Я не пошел дальше, потому что не хотел ничего предполагать. Я ждал, когда вы вернетесь, чтобы разобраться с этим делом.»
Губернатор снова вздохнул: «Как ты думал, я должен был справится с этим, когда вернусь?»
«Этот молодой человек может знать что-то такое, чего ему знать не следует, и чем дольше он будет жить, тем больше вероятность, что он проговорится. Лучший способ убедиться, что он молчит... это убить его!»
«Совершенно верно. — Губернатор продолжал ловко наставлять своего молодого ученика. — Поскольку ты понимаешь, что каждое мгновение его жизни делает все более опасным для нас, ты ясно осознал скрытую опасность, которую он представляет. Ты также знаешь, что я сделаю, так что ... почему же ты сам этого не сделал? Зачем ждать моего возвращения? Мир меняется каждое мгновение.»
«Ну, в конце концов, это ...»
«Мороз Зимы, ты слишком строго придерживаетесь формальностей. Правила помогают нам справляться с делами, но если они однажды встанут у вас на пути, вы должны иметь мужество и решимость их нарушить. Если вы не можете взрастить в себе эту смелость, ты никогда не станешь доблестным человеком. — Проницательный взгляд старого воина остановился на Морозе Зимы, когда он произнес каждый слог. — Независимо от ситуации, ты должен научиться адекватно оценивать происходящее. Разум и суждение не основаны на правилах!»
Мороз Зимы опустил голову: «Понимаю. Пойду разберусь с ним прямо сейчас.»
Губернатор Арктур тепло улыбнулся ему и кивнул головой. У него был умный молодой ученик, просто он был слишком молод. Но это уже не имело значения. Рано или поздно не отшлифованный нефрит становился бесценным в руках мастера-ювелира.