Контент удален!

Эта ситуация казалась неловкой и КлаудХок почувствовал себя немного неуютно. С каких это пор его стали волновать подобные вещи? Ведь он был жителем пустоши, а для них это не типично.

Он едва мог считаться моральным образцом. Да и о чем тут было беспокоиться? Не говоря больше ни слова, он снял с себя последний оставшийся клочок одежды.

Цветок Ада не стала приступать сразу к осмотру. Она потратила несколько мгновений, чтобы посмотреть на обнаженное тело КлаудХока, дразнящий свет появился в ее глазах, когда взгляд девушки остановился на его промежности. «Ну, ты... мужественнее, чем я ожидала»

«Довольно. Это раздражает!» Он не возражал против отсутствия уединения, но её взгляд слишком напрягал его «Поторопись, черт возьми»

«Ладно, ладно, чего ты так торопишься? Мы только начали!» ухмыльнувшись девушка приступила к осмотру.

Руки Цветка Ада были похожи на произведения искусства. Хоть она и была мастером во владении оружием, её ладони не были грубыми или мозолистыми. Прикосновения были нежными, как вода, до такой степени, что КлаудХок задумался, не купает ли она свои руки в какой-нибудь лечебной жидкости, чтобы они всегда оставались такими мягкими. Таких рук, как у нее, просто не может быть в пустоши.

Её мягкие, холодные руки лежали на его лице. Они стояли близко, почти касаясь друг друга, настолько близко, что он чувствовал исходящий от неё запах. Тепло её тела заставило его пульс участиться.

«Частота сердечных сокращений увеличилась на тридцать два процента» руки девушки нежно пробежали по волосам КлаудХока, по его лицу, вниз по шее. Прикосновения исследовали каждый сантиметр, даже изгиб его ушей. Голос девушки был одновременно небрежным и озорным. «Ты нервничаешь»

Парню казалось, что в груди у него горит огонь. Это было ощущение, которое ему было трудно контролировать, но он стиснул зубы. «Эй, что это за медосмотр такой? Я чувствую, что ты издеваешься надо мной!»

Цветок Ада мастерски сочетала кокетство с достоинством. Внешне она дразнила его с обольстительным видом, но её движения были усердны и точны, а слова серьезны. «В пустошах очень мало людей, способных контролировать метаспособности, на том же уровне, что и я. С помощью прикосновения я могу определить материал по текстуре и состоянию внутренних структур. Я чувствую твои мышцы, кровь, органы, даже кости через кожу. Если есть какие-то аномалии или мутировавшие наросты, мои руки найдут их»

Так вот как это было. КлаудХок почти забыл, что она была опытным стрелком и редким мастером оружия. Не имело значения, насколько точен или сложен инструмент, уже через несколько мгновений она знала, как им пользоваться. Именно эта способность делала ее такой сильной, настолько, что с ней приходилось считаться.

«Хм, похоже, ты не очень-то и хочешь, чтобы я тебя лечила. Хоть я и сделала для тебя исключение»

Ее сварливые и кокетливые манеры заставили его кости плавиться до состояния желе. По телу КлаудХока побежали мурашки. Цветок Ада была сложной и загадочной женщиной, кто знает, что она на самом деле чувствовала?

Она была внимательна и заботлива в своем осмотре, ее пальцы обводили каждый сантиметр его тела от головы до груди и спины. В конце концов, ее нежные прикосновения достигли его паха, на что КлаудХок не много панически громко сказал. «Нет причин проверять там, я уверен, что там точно нет никаких проблем!»

Но она не обратила на него внимания и продолжила движение.

Её проворные пальцы исследовали так, что парень не смог сдержать свою физиологическую реакцию. Брови Цветка Ада кокетливо поднялись, когда ее прикосновение — намеренно или просто из озорства — длилось целых две минуты.

Следующий вопрос она задала почти рассеянно. «Ты никогда не был с женщиной?»

Вопрос застал КлаудХока врасплох, и он не знал, как ответить. Однако Цветок Ада поняла это, просто взглянув на его реакцию. Он действительно был чистым молодым человеком.

Он не был силен, но и не был слаб. В любом нормальном форпосте КлаудХок считался бы одним из элитных бойцов. А женщины были очень слабы и уязвимы, они часто привязывались к сильным мужчинам для защиты, но парень был не запятнан. Ей было трудно в это поверить.

В голосе девушке было явно слышно любопытство, когда она продолжала задавать ему вопросы. «Ты ведь не из тех дебилов, которые берегут себя для кого-то, верно?»

«Ну и бред, в место того, чтобы задавать мне такие глупые вопросы, лучше сосредоточься на том, что ты делаешь»

Все пятнадцать лет своей не долгой жизни, до того, как он стал мета человеком, КлаудХок занимался лишь одним — выживал, это были мучительные сражения за свою жизнь, они казались однообразными и монотонными. Как мусорщик, роющийся в развалинах, его единственной целью, изо дня в день, было найти достаточно еды, чтобы поесть. У него не было ни времени, ни возможности думать о девушках, так что интерес к ним просто не был частью его жизни. На самом деле, он фактически не думал об этом.

Так было до недавнего времени. После нескольких месяцев, проведенных с Кровавой Королевой, каждый день, встречаясь с ее красотой, смутная мысль о привлекательности играла в глубине его сознания. Однако понятия "влечение" или "романтическая любовь" были ему чужды. Что же тех людей, о которых говорила Цветок Ада, то они были настолько редки, что шанс встретить подобного Росту был выше, чем повстречаться с подобным человеком.

Казалось, что, Цветок Ада была очарована молодым человеком. И это чувство становилось все сильнее, чем больше она его узнавала, тем сильнее оно крепло в ней.

В конце концов, ее осмотр был завершен, к большому облегчению парня.

Девушка замерла в раздумьях, после минутного спокойного размышления над тем, что сказать КлаудХоку, она решилась: «Я не почувствовала никаких следов мутации. Все твои внутренние органы, сосуды и кости в норме. Однако ... прочность и активность твоих поверхностных мышц в несколько раз сильнее, чем у обычного человека. Кроме того, внешне ты слишком красив для того, кто столько лет живет в пустоши»

«Шимпанзе держал меня в одном из этих резервуаров с лекарством несколько часов. Может быть, это и есть причина перемен?»

«Расслабься, это не будет иметь никаких побочных эффектов. Ты обнаружишь, что наличие более толстой кожи не повредит тебе.»[1]

«Почему-то то, как ты это объясняешь, не заставляет меня чувствовать себя лучше…»

«Не думай слишком много, я не имела в виду ничего, кроме того, что сказала. В любом случае, у нас осталось всего несколько дней» Ее глаза задержались на нем на несколько мгновений, прежде чем она продолжила: «Я хочу научить тебя еще кое-чему, что тебе очень пригодится в будущем»

Цветок Ада была загадочной женщиной, но она была уверенной в своих словах и зрелой в поведении. То, чему она должна была научить его, действительно должно было быть важным.

«Ладно!» КлаудХок даже не спросил, что она имела в виду, прежде чем согласиться.

Когда наступила ночь, девушка нашла его, принеся с собой несколько бутылок спиртного. Она сказала, что это старинные бутылки, сокровища базы, которые он никогда и нигде больше не встретит.

«Тебя следует поздравить, не так уж много людей пустоши, смогло покинуть это место» Она подняла одну из бутылок и стукнула ею о ту, что держал КлаудХок «Но тебе нужно мысленно подготовиться»

Парень подумал, что вино было сладким и приятным. Цветок Ада не преувеличивала, это должно быть редкое и особенное варево. «В твоих словах слышится явная недосказанность, ты что-то еще хочешь мне сказать? Просто выкладывай, нет смысла что-то скрывать»

Девушка смотрела, как он пьет, но не пила из своей бутылки. «Жители Элизиума, да и вообще всех земель Элизиума, смотрят на людей из пустоши свысока. Они будут относиться к тебе с предубеждением и дискриминацией. Покинуть пустоши — это одно, но быть принятым из пустоши — это совсем другое. Ты об этом не думал?»

«Это не будет проблемой» уверенно ответил ей КлаудХок. «Я встретил охотника на демонов, представителя высшего класса Небесного облака. Девушка из семьи губернатора, так что с рекомендацией проблем не будет»

«А? Надеюсь, это правда!»

«Мне не интересны пустые разговоры, лучше скажи, чему ты хотела меня научить? Почему бы нам просто не начать?»

КлаудХод даже не успел закончить фразу, как все поплыло перед глазами, а зрение задвоилось. Разум был как в тумане. Неужели алкоголь настолько крепкий, подумал он. Как я мог так быстро напиться. Его мысли были в беспорядке, пока он пытался хоть как-то сосредоточиться и понять, что происходит, его тело охватывал жар, а дыхание стало прерывистым и обжигающим.

«Ты все еще не понимаешь?»: Цветок Ада, плавно встав со своего места, подошла к нему и сев к нему на колени, обняла его. Она прижалась горячими губами сначала к его шее, потом к его рту и крепко прижимаясь к нему, прошептала. «Мы уже начали!»

В голове у КлаудХока все смешалось, словно он внезапно потерял способность мыслить здраво. Остались лишь голые инстинкты, в сознании билась лишь одна мысль, удовлетворить это животное желание.

Это была долгая ночь. И не только для КлаудХока и Цветка Ада, но и для патрульных солдат, что несли свою службу в ту ночь. Скрипы металлической кровати и сексуальные стоны женщины, доносившиеся из комнаты лидера, еще долго будут преследовать их по ночам.

***

На второй день.

Прошлая ночь была похожа на сон. Детали были расплывчатыми и трудно запоминающимися. КлаудХок помнил теплое и нежное тело, бледную белую плоть.…

С трудом разлепив глаза, он обнаружил, что находится в спальне Цветка Ада, точнее, в ее постели. Первым его побуждением было как можно скорее встать, но тут он заметил девушку, лежащую рядом с ним, ее серебристые волосы были растрепаны и соблазнительно разбросаны по покрывалу. Она была наполовину прикрыта простыней, как совершенный силуэт с древней картины.

Она крепко спала, но, почувствовав, что парень зашевелился, открыла глаза. Цветок Ада лениво приподнялась и зевнула, затем выставив напоказ свою гибкую фигуру, потянулась.

«Проснулся?»: Ее длинные ноги свесились с кровати, и она встала. Девушка схватила какую-то одежду и небрежно набросила ее на себя. Когда она обернулась и увидела отвисшую челюсть КлаудХока, ее лицо расплылось в сладкой улыбке. «Не думай об этом слишком много. Ты симпатичный и тебе это было нужно, вот я решила отплатить тебе так. Считай это расплатой за мое спасение»

«Ты что-то подсыпала в алкоголь?» Наконец-то понял он: «Но почему? Какого хуя, ты не спросила меня!»

«Хех, такому толстолобому, как ты, будет трудно выжить в этом мире» Она усмехнулась: «Это был урок, чтобы научить тебя, что наше тело и эмоции — это одновременно слабость и оружие. Чем больше ты придаешь им значения, тем больше это тебя сковывает. Их могу использовать против тебя, и это помешает тебе повзрослеть. С другой стороны, если ты научишься ими пользоваться, они станут твоими инструментами. Это важный урок для твоей зрелости, и тебе нужна практика. Пожалуйста, имей это в виду в своей будущей жизни»

«Ты сама навязалась мне!»: в растерянности прокричал парень.

«Не принимай это так близко к сердцу, малыш. Твое будущее будет трудным. Я просто хотела оставить тебе приятные воспоминания. Мое желание, остаться в твоих мыслях и быть частью твоего совершеннолетия»: Она подошла к нему и нежно поцеловала в лоб КлаудХока: «Ты был гораздо нежнее, чем я ожидала. Прошлой ночью мне было очень хорошо»

Может быть, для Цветка Ада прошлая ночь и была не более чем приятным развлечением. Но для КлаудХока это был незабываемый опыт.

Парень не понимал, почему девушка сделала то, что сделала она, но прошлой ночью она открыла дверь. То, что они сделали, оказало на него глубокое влияние. Если ее целью было дать ему образование или произвести впечатление, то она определенно преуспела.

Следующие два дня они почти все время проводили вместе. Красивая и зрелая женщина была идеальным партнером, который наполнял КлаудХока множеством противоречивых эмоций. Поначалу их отношения сводились к взаимной выгоде. Там не было никаких эмоций, и даже "дружба" была неправильной. Ему никогда бы не пришло в голову, что их отношения закончатся таким образом, что они будут связаны физически.

«У меня такое чувство, что мы еще встретимся» Она помахала ему рукой, явно не желая расставаться. «Когда это случится, я надеюсь встретить более сильного и зрелого мужчину!»

1. Это может относиться к фразе 脸皮厚, "толстая кожа лица", что означает быть бесстыдным или иметь чрезмерно раздутое эго.