Онлайн чтение книги Я стал тираном в оборонительной игре I became a tyran of the defense game
295 Петля смерти (2)

Название у зоны поражения «Петля смерти» было грандиозным, но, если разобрать её по косточкам, ничего сверхъестественного в ней не было.

Используя особенность монстров стремиться убить ближайшего к ним человека, мы заманивали их к точке рядом с крепостью, которая находилась прямо на линии их обзора.

От этой точки до самой крепости мы расставили деревянные заборы в зигзагообразном порядке, заставляя чудовищ впустую тратить силы на движение по длинному пути.

Затем мы просто зачищали их при помощи огневой мощи или ловушек, пока они теряли время, нарезая круги.

«И всё же, создание подобных лабиринтов — в этом и заключается всё очарование оборонительных игр», — подумал я.

Сам я предпочитал простые зигзаги.

Но некоторые игроки обожали создавать спиралевидные лабиринты, заставляющие монстров бегать по кругу, а другие и вовсе строили невероятно запутанные структуры.

«Разве не в этом одна из истинных радостей дефенс-игр — наблюдать, как эти тупые монстры бродят кругами, теряясь в лабиринтах, только чтобы быть методично расстрелянными нашей артиллерией?»

Клоц! Клоц!

Узкая тропа между деревянными заборами представляла собой вязкое месиво из грязи.

Я не был уверен, как скелеты, состоящие из одних костей, умудрялись держать равновесие и двигаться, но одно было ясно: их сила ног была не слишком впечатляющей.

Вынужденные идти по извилистому пути, они могли двигаться лишь очень медленно.

Естественно, они стали лёгкой добычей для наших лучников.

Костлявые дуралеи получали стрелы, падали, путались друг в друге и уничтожались целыми толпами под шквалом магии и артефактов.

Когда же им удавалось продвинуться вперёд, формируя кучи из собственных костей...

Вжух!

— Извините, но это ловушка.

Глубоко вырытые ямы-ловушки отправляли воинов-скелетов в свободное падение.

Пушки, заранее пристрелянные по нужным углам, обрушивали свои залпы прямо в эти ямы.

Бум! Бабах!

Скелеты-воины внутри ям в буквальном смысле превращались в пепел.

Довольно эффектное зрелище.

Осознав, что через ямы-ловушки им не пройти, скелеты двинулись в обход.

Тюк! Дзынь! Вжжих!

О, как прискорбно.

— И это тоже ловушка.

Вращающиеся железные дубины выскочили из-за деревянных заборов, дробя берцовые кости скелетов.

Под звук ломающихся костей скелеты повалились разом.

Это было невероятно грубое устройство, но всё же оно являлось артефактом.

Оно было N-ранга, с низкой прочностью, и его сила иссякла после того, как оно раздробило всего несколько скелетов.

Однако остановившийся артефакт, переплетясь с обломками костей, сам стал баррикадой.

В этом и заключается преимущество низкоранговых артефактов.

Использовал один раз и выбросил.

Бум! Хрусь! Скрип!

Другие «приветственные» устройства, такие как горшки с кислотой, артефакты в виде металлических шаров и баллисты, бьющие прямой наводкой, радушно встречали армию скелетов.

Орда скелетов разбивалась здесь и сокрушалась там, с трудом прорываясь через «Петлю смерти».

К тому времени, как им удалось миновать этот восхитительный парк аттракционов из ловушек, стрел и пушек, и наконец добраться до крепости, их число сократилось примерно до пятидесяти.

Промокший и побитый скелет-маршал, возглавлявший этот прорыв через зону поражения, сверкнул глазами с угрожающим блеском.

Оставшиеся скелеты также излучали пугающую ауру, крепко сжимая своё оружие.

Этот передовой лагерь не был полностью укреплён.

В нём было много брешей, которыми они вполне могли воспользоваться.

— Вы проделали долгий путь, и я уверен, вам не терпится взобраться на эти пустые стены и изрубить парочку людей, вы, монструозные ублюдки.

Я усмехнулся.

— Хоть стен у нас тут и нет, у нас есть кое-что ничуть не хуже.

Не успел я договорить...

Ших...

Лукас вытащил свой длинный меч из ножен.

Лязг, грохот!

Евангелина шагнула вперёд, закрепляя костяное копьё и костяной щит на руках.

Два моих самых грозных авангарда, вызвавшиеся быть нашей передовой линией, заняли свои позиции.

Позади них Демиан и Джуниор готовили свои дальнобойные атаки.

Я тоже сжимал в одной руке Посох маэстро, а в другой — Агатовый пистолет.

Следом за нашей основной группой выстроились Штрафной отряд и Теневой отряд в указанном порядке.

Если какому-нибудь скелету удастся проскочить мимо нас, Штрафной отряд заблокирует его, а Теневой отряд добьёт огневой мощью.

Ещё дальше ждали резервные отряды и солдаты, но я верил, что никто не зайдет так далеко.

— ...!

Челюсть скелета-маршала отвисла, и он издал безмолвный крик.

Топ-топ-топ-топ!

Хотя звука не было слышно, какая-то команда явно была передана среди этих костлявых тварей.

Около пятидесяти скелетов одновременно бросились на нас.

— Не пускайте ни одного из них внутрь нашего укреплённого лагеря! Уничтожить их!

Как только я выкрикнул это, Лукас и Евангелина рванули вперёд, а монстров встретил град стрел от Демиана и магических заклинаний от Джуниора.

***

Битва закончилась быстро.

Разрозненные и разделенные скелеты значительно растеряли свою мощь, в то время как наши герои, напротив, находились в пиковой форме.

Перед снайперской стрельбой Демиана, магией Джуниора и огневой мощью Теневого отряда скелеты были просто скошены.

А Лукас, Евангелина и пришедший на помощь Штрафной отряд довершили их разгром.

— Хе-хе... хе-хе-хе...

Выступление Евангелины заслуживало особого внимания.

По какой-то причине она была в яростном бешенстве и демонстрировала устрашающее боевое мастерство.

Обычно среди авангардов Лукас вел наступление, а Евангелина защищала.

Но сегодня роли поменялись.

Лукас прикрывал наш строй, а Евангелина врезалась в ряды врага, подобно живой бомбе.

Евангелина протыкала скелетов костяным копьём, крушила их костяным щитом, била головой в костяном шлеме и даже вступала в ближний бой, используя рукавицы и поножи своего костяного доспеха.

Наконец, схватив скелета-маршала за загривок, она сокрушила его нижнюю челюсть ударом кулака и угрожающе зарычала.

— Я... ненавижу... кости...

— ...

— Я сказала... Я ненавижу кости!

Похоже, она до сих пор была не в восторге от комплекта костяного снаряжения, который я заставил её надеть.

Кхм.

Изумрудные глаза Евангелины метнулись в мою сторону.

Я поспешно отвернулся.

«Ну, костяное снаряжение ведь отлично работает, не так ли? Ты в нём выглядишь по-настоящему могучей!»

Скрип, хруст...

Скелет-маршал, предпринявший последнюю попытку извернуться и атаковать, был встречен резким:

— А ну тихо!

Хрясь!

Евангелина ударила по черепу костяным щитом, заставив его беззвучно рассыпаться на земле.

— Фух...

Евангелина небрежно отшвырнула затихшего скелета-маршала в сторону и горько усмехнулась.

— Да. Теперь я та, кто презирает кости... Ненавистница Костей.

— ...Что ты сказала?

— Хм? Теперь, когда я об этом думаю, разве ваше второе имя не «Борн Хейтер»? Вы тоже ненавидите кости?

— Что... О чем ты вообще говоришь?!

К твоему сведению, моё второе имя — «Борн Хейтер», а не «Боун Хейтер».

Оно означает что-то вроде «рождённый ненавидеть» или «прирожденный ненавистник».

Можно только гадать, что за родители дали ребенку такое имя, но в любом случае!

Моё второе имя не имеет никакого отношения к костям!

— Хе-хе. Сеньор.

Евангелина, с опасным блеском в глазах, видимым сквозь прорези костяного шлема, подошла ко мне.

— С этого момента, не могли бы вы называть меня Евангелина «Ненавистница Костей» Кросс...?

— Ладно, хватит шуток! Ты меня пугаешь!

— Хе-хе. Шуток? Вам кажется, что это похоже на шутку...?

Ой-ой!

То, что я заставил её носить костяную броню, вооружил костяным оружием и даже заставил сражаться с костяными монстрами, видимо, немного повредило ей психику!

К счастью, вмешался Лукас, вздохнув:

— В Империи Эверблэк только императорская семья имеет привилегию носить второе имя, Евангелина. Прекращай свои шутки.

— Тц. Я просто хотела разделить титул с Сеньором.

Недовольная Евангелина, напевая странную мелодию: «Ненавистница Костей, Ненавистница Костей~ Я — Ненавистница Костей~», отправилась добивать оставшихся скелетов.

Глядя ей в спину, Лукас прочистил горло:

— Учитывая обстоятельства, кажется, ей неуютно в костяной броне, вероятно, она боится, что выглядит как один из этих скелетов-монстров.

— А, это имеет смысл...

Если подумать, она вся обвешана костяной броней, в костяном шлеме, с костяным оружием и щитом, а враги — это орды скелетов.

Это и впрямь могло вызвать жуткие ощущения.

— ...Возможно, было бы лучше поменяться нашими доспехами.

— Э-э, ну...

Я дал Лукасу, дамаг-танку, и Евангелине, чистому танку, броню, которая лучше всего подходила их ролям.

Но я не предвидел, что Евангелина будет настолько презирать костяной сет.

Может, мне стоило отдать ей более крутую броню Лукаса?

— Хочешь поменяться сейчас? Мы можем подогнать размер у кузнеца.

— Нет? Я не хочу. Это моё.

Лукас мгновенно отказался и крепко прижал к себе свой доспех.

«Зачем ты вообще это предложил? Сначала прикидываешься щедрым, а потом сразу в кусты!»

— Это снаряжение, дарованное нашим господином. Я никому его не отдам. К тому же...

Лукас прищурился, бормоча:

— Довольно забавно наблюдать за тем, как Евангелина мучается.

— ...Вы двое всё больше и больше ведете себя как брат с сестрой.

В любом случае, если оставить в стороне проблему с бронёй...

Нам удалось ликвидировать всех скелетов, приблизившихся к передовому лагерю.

— Я и не осознавал, что стратегия зоны поражения окажется настолько эффективной, — заметил Лукас.

Лукас бормотал это, осматривая монстров, павших внутри «Петли».

Я пожал плечами.

— Это сработало, потому что этих проклятых тварей было не так уж много.

В этот раз все условия удачно совпали.

— Кроме того, установить такие ловушки перед Кроссроудом было бы затруднительно.

Южная стена перед Кроссроудом слишком огромная и просторная.

Территория перед этим передовым лагерем имела узкий и ограниченный рельеф, что позволило плотно развернуть зону поражения.

В Кроссроуде такая схема была бы неосуществима.

Вот почему мы не делали этого там раньше.

— Действительно, существуют стратегии и тактики, которые можно использовать только здесь, в передовом лагере.

— Именно. Если мы сможем правильно управлять этим местом, наша будущая оборона станет намного проще.

Когда я буду в отлучке, Лукасу придется исполнять обязанности командующего.

Я надеялся, что он будет эффективно использовать стратегию зоны поражения.

Погруженный в раздумья, Лукас смотрел на зону поражения, а затем повернулся ко мне с внезапным осознанием:

— Ах!

— Вы помните, где я разместил те два дополнительных телепортационных врата?

— Конечно. Вы установили их на пути, ведущем на север отсюда к Кроссроуду.

Я установил врата на отметках в одну треть и две трети пути от Черного озера до Кроссроуда.

Они были надежно спрятаны в горах в стороне от тропы.

Поскольку существам требовалось около трёх дней, чтобы добраться этим маршрутом, врата были стратегически размещены с расчётом на их путь в один или два дня.

— Ах! Вы же не предлагаете...!

Я кивнул.

— Пока они будут пробираться на север, мы будем использовать телепортационные врата для ведения партизанской войны.

Мы будем телепортироваться им наперерез, устраивая засады.

Как только они приблизятся, мы нападём, а затем сбежим через телепорт.

— Нам не нужно полностью уничтожать их в процессе. Просто нанести урон и отступить.

— Такая тактика...

— Сейчас телепортационные врата установлены временно. Позже я планирую установить десятки таких в каждой ключевой точке.

Используя телепортационные врата, мы будем безжалостно и упорно изматывать орды монстров, совершающих свой трёхдневный поход от Черного озера.

К тому времени, как они достигнут Кроссроуда, у них не останется сил, чтобы представлять значительную угрозу.

Эта тактика обеспечит безопасность города.

Я использую любую уловку.

Хитростью. Бесчестно. Любыми необходимыми средствами.

Используя тактику, недоступную в игре...

Я буду убивать монстров.

И защищать людей.

— Конечно, некоторые орды монстров могут сопротивляться этой стратегии. Во время наших партизанских атак наши союзники также могут оказаться в опасности.

Я согласно кивнул.

— Но мы оптимизируем наш подход. Если стратегия не сработает против конкретного врага, мы найдем другой путь.

— ...

— Отныне мы будем сражаться с монстрами именно так. Если у тебя появятся хорошие идеи, не стесняйся делиться ими, Лукас. Понял?

Когда я заговорил с улыбкой, Лукас посмотрел на меня со сложным выражением лица.

В нём смешались восхищение и...

Тень беспокойства.