Дон Антонио исчез!
Откуда пошли слухи об исчезновении босса — неизвестно. Руководители уровня капо и выше пытались заткнуть людям рты деньгами, а порой и насилием, но сохранить это в полной тайне было невозможно.
Именно в этот момент Джузеппе Кассио, потеряв страх, поднял мятеж. Это произошло в то время, когда Алессандро укреплял свои позиции в качестве будущего преемника среди потока слухов и интриг.
Честно говоря, это не стало сюрпризом. Джузеппе всегда был пропитан комплексом неполноценности и жадностью. Он был из тех, кто считал, что сохраняет должность сотто-капо только потому, что является старшим и единственным сыном Раньери.
Удивительно, но всё это время Антонио относился к Джузеппе довольно снисходительно. Именно это и вызывало недоумение у остальных руководителей.
Может, потому, что он умел льстить? Число людей, лишившихся головы за попытку польстить Антонио, исчислялось десятками. Из-за того, что он хорошо работал? Вряд ли. Если бы составляли рейтинг по результатам работы, его имя было бы проще искать с конца.
Несмотря на отсутствие каких-либо выдающихся способностей, к нему действительно относились лучше, чем он того заслуживал. Зная это, он вел себя еще более заносчиво. Не понимая причин благосклонности босса, он решил, что за ним стоит сам Иль Дьяволо, и с каждым днем становился всё высокомернее.
Но ситуация изменилась.
С исчезновением Антонио все важные дела организации естественным образом перешли к наследнику. Вскоре даже те, кто пытался примкнуть к Джузеппе, переметнулись на сторону Алессандро.
Загнанная в угол собака выбрала путь переворота.
Для Алессандро это был шанс, появившийся в самый подходящий момент. В то время как основы организации пошатнулись из-за отсутствия отца, публичная казнь одного из предателей поможет восстановить порядок. Причем перестроив систему вокруг себя.
Резня началась ясным ранним утром.
Джузеппе ударил первым, но победа Алессандро была безоговорочной.
Во время зачистки банды Джузеппе ему пришлось побывать в самых разных местах, которые успели ему осточертеть. То это был заброшенный завод в промышленной зоне, то безлюдный причал. А иногда перестрелки вспыхивали прямо в центре известных городов.
Джузеппе, трусливо прятавшийся в мусорном баке, был схвачен и повешен в пустом портовом складе. Неожиданную информацию Алессандро получил еще до того, как в тело этого ублюдка вонзили крюк.
— Сотто-капо, что делать с этим?
Как раз перед началом казни к нему подошел Паоло и тихо спросил. Среди конфискованных у труса вещей — бумажника, набитого наличными, кольца и часов — выделялся один необычный пистолет.
Ствол и рукоятку украшал вычурный узор. Декора было так много, что он выглядел безвкусно. Джузеппе не раз хвастался, что это «особый дар от дона Антонио», поэтому каждый, кто присутствовал на собраниях руководителей, знал историю этого пистолета в мельчайших подробностях.
Для идиота, который на поле боя не отличал своих от чужих, это был слишком щедрый подарок, но и забирать его в качестве трофея не было никакого желания.
— Уничтожь.
Он уже собирался без сожаления вернуть его Паоло, когда его взгляд зацепился за узор на стволе.
— ...Подожди.
На том месте, которое он считал просто украшением, был выгравирован знакомый символ.
Несколько месяцев назад, вернувшись из церкви в особняк, Алессандро внимательно осмотрел подарок отца.
Статуэтка привлекала внимание не только внешним видом. После тщательного осмотра он понял, что в полой части внутри статуи Девы Марии что-то есть. Когда он слегка встряхивал тяжелую фарфоровую фигурку, раздавался характерный глухой звук трения о фарфор.
То, что было внутри, не казалось твердым. Вряд ли в таком месте спрятали бы бомбу или жучок.
Странным было то, что в статуэтке не было никакого отверстия или механизма, чтобы положить что-то внутрь. Он не знал, что там, но чтобы увидеть это своими глазами, статуэтку придется разбить.
Вскоре Алессандро издал короткий смешок. Теперь понятно, почему он подарил мне именно такую статуэтку.
Антонио подталкивал его к тому, чтобы он сам осквернил образ матери. Если он хочет узнать правду, он должен уничтожить эту точную её копию. Казалось, призрак Лукреции, сидящий на диване, издал смешок — то ли насмешливый, то ли горький.
Я не могу остановиться из-за личных чувств. Было бы ложью сказать, что он не колебался, но это мгновение быстро прошло.
В ту же ночь Алессандро осторожно разбил статуэтку Девы Марии. Среди осколков лежал свернутый лист бумаги. На нем были ряды незнакомых символов и соответствующих им букв.
Видимо, это своего рода ключ к шифру.
Проблема заключалась в том, что самого зашифрованного послания у него не было. Какой смысл в ключе, если нет замка? Он аккуратно сложил осколки вместе, и вот уже несколько недель искал символы, написанные на бумаге.
И вот, зашифрованное послание обнаружилось в таком месте. На том самом пистолете, подаренном отцом.
Возможно, вся та незаслуженная благосклонность к Джузеппе была лишь для того, чтобы передать ему этот пистолет в качестве подсказки.
— Дай сюда. Всё-таки это подарок отца, так что я сохраню его.
Никто не стал возражать против столь логичного объяснения. Пистолет достался победителю, и Алессандро приказал продолжить казнь. Вскоре склад наполнился жуткими воплями, пропитанными болью и страхом.
— Зацепите еще один крюк за челюсть и потяните. Если проткнуть язык, он больше не сможет болтать.
Пока Джузеппе не начал пускать кровавые пузыри, сорвав голос от крика, Алессандро поочередно смотрел на ключ и зашифрованное послание, расшифровывая смысл.
Ищи ответ в лесу на седьмом круге.
Лицо Сандро исказилось, когда после долгих раздумий он понял скрытый смысл этих слов.
Воздух был холодным. В ночном тумане, окутавшем закрытое для посещений кладбище, было что-то зловещее. Под аккомпанемент стрекотания насекомых Алессандро шел по дорожке, пока не остановился перед величественным строением. Это был семейный склеп семьи Раньери.
— Я пойду один.
— ...
— Иногда лучше справляться в одиночку.
Паоло с болезненным выражением лица крепко сжал губы. Кивнув пару раз в знак согласия, он выдавил из себя слова прежде, чем Алессандро покинул особняк:
— Позаботьтесь о барышне... о мадам.
Железная решетка, надежно защищавшая вход, поддалась ржавому ключу. Включив принесенный фонарик и ступив на лестницу, Сандро почувствовал, как порыв ветра взъерошил его волосы. Когда появился характерный подвальный затхлый запах, он достал из кармана маску и надел её.
В просторном помещении стояло несколько гробов. Все они отличались по форме и стилю, но Алессандро нашел тот, что соответствовал его воспоминаниям.
Это был гроб его матери, стоявший на особом отдалении.
Алессандро смог разгадать смысл зашифрованного послания благодаря тому, что когда-то читал «Ад» из «Божественной комедии» Данте.
Данте писал, что ад состоит из девяти кругов, и лес, расположенный на седьмом круге — это место, где души самоубийц превращаются в деревья и отбывают свое наказание.
Человек, добровольно расставшийся с жизнью. Скорее всего, речь шла о Лукреции.
Он знал, что открыть гроб будет несложно, но руки не слушались. Как бы он ни жаждал мести, необходимость совершить кощунство и преступление ради этого не доставляла ему радости.
Иногда ему даже становилось страшно. Вдруг я превращаюсь в такого же человека, как мой отец?
И всё же... я должен это сделать.
Сделав глубокий вдох и успокоившись, Алессандро открыл крышку гроба.
От тела, пролежавшего десять лет, остались лишь волосы, кости и истлевшая одежда. След от пули, пробившей череп, был отчетливо виден. Забавно и грустно было то, что сейчас, оставшись лишь скелетом, она выглядела лучше, чем при жизни.
Пальцы в перчатках дрожали. Если бы только я мог закрыть глаза.
Он осторожно приоткрыл челюсть матери. Как он и ожидал, внутри что-то нащупывалось. Место, которое давно должно было быть пустым, было заполнено твердыми кусочками.
— Что это...
Рот Лукреции был набит чем-то мутно-коричневым, похожим на неровную гальку. Вряд ли это положили туда во время похорон.
Алессандро снова засунул руку внутрь и поковырялся; его глаза расширились. Он нащупал что-то совершенно иной формы и твердости, похожее на металл. Надавив кончиками пальцев, он извлек из-под непонятной субстанции искомый предмет.
— ...Ха.
Это был круглый, плоский медальон.
Поверхность, освещенная фонариком, окислилась и стала бирюзовой, но рельефный рисунок можно было легко разобрать. Особенно привлекал внимание неровный ряд цифр на одной из сторон.
Что это значит? Сейчас разгадать это было невозможно.
Убирая медальон, Сандро молча смотрел на останки матери. Она, так и не обретшая покой, лежала здесь в полном одиночестве, среди членов семьи своего врага.
Бедная Лукреция Верати, не знающая свободы даже после смерти.
— Прощайте, матушка.
С горьким прощанием Алессандро снова сомкнул её челюсти. Не забыв прихватить с собой и часть неопознанных кусочков. Медленно закрыв крышку гроба и выйдя из склепа, он увидел встревоженное лицо.
— Вы закончили?
У входа на кладбище маячил Паоло. Видимо, не выдержав беспокойства, он пришел его встретить.
— Вот что я нашел. Медный медальон с выгравированными цифрами, но... что означает остальное, я пока не понял.
Он показал медальон и кусочки, завернутые в носовой платок. Но даже Паоло, служивший Лукреции всю жизнь, не понимал значения цифр или того, чем были эти коричневые кусочки.
— Я постараюсь это выяснить. Завтра собрание руководителей, так что на сегодня отдыхайте, Сандро.
— Так и сделаю. Рассчитываю на тебя.
На словах он согласился, но на деле всё было иначе. По возвращении домой и вплоть до собрания руководителей на следующий день, Алессандро ни на секунду не переставал думать о медальоне. Темы собраний всегда были одинаковыми, так что он пропускал всё мимо ушей. Всё его внимание было приковано лишь к этим загадочным цифрам.
Разгадав одну подсказку, получаешь другую. Куда же приведет меня этот указатель?
— Сотто-капо, осмелюсь взять слово. Как всегда подчеркивал босс...
Слово взял Чезаре. Тот самый капо, который был ближе всех к Антонио. Его позиции в семье оставались прочными, и фактически он был главной угрозой, препятствующей Алессандро стать преемником.
Он попытался взять ход собрания в свои руки в своей излюбленной агрессивной манере. Остальные руководители выпрямились и приготовились слушать, но Алессандро было неинтересно. Его взгляд уже некоторое время был прикован к золотому ожерелью Чезаре.
Раньше он думал, что это просто украшение, которое тот часто носит, но теперь заметил, что оно почти идентично найденному вчера медальону.
Может, это тоже подарок отца?
Интуиция подсказывала, что это связано с испытанием отца. Учитывая, с кем он имеет дело, действовать опрометчиво было нельзя, но за Чезаре стоило установить пристальное наблюдение.
Паоло не потребовалось много времени, чтобы выяснить природу этого вещества. Осторожно положив на стол в кабинете медный медальон и стеклянную баночку с кусочками, он сказал:
— Это мирра.
— Мирра?
— Своего рода лекарственное средство, добываемое из деревьев. Оно замедляет разложение трупа, поэтому исторически его часто использовали в погребальных обрядах.
Но даже после этого объяснения слишком многое оставалось непонятным. Зачем было набивать челюсть уже превратившейся в скелет жены миррой и прятать туда медальон?
— Я так и не смог расшифровать значение цифр на медальоне, но если что-нибудь узнаю, немедленно доложу.
Когда Паоло вышел из кабинета, Алессандро молча уставился на рельефные цифры на медном медальоне. Глядя на этот хаотичный набор цифр, ему казалось, что в ушах звенит характерный смех отца.
Он верил, что после нахождения первой подсказки всё пойдет как по маслу.
Но вопреки его ожиданиям, прошло несколько лет, а новых зацепок так и не появилось. Он опасался, что испытание отца продолжится через какие-то другие события, как это было с Джузеппе, но ничего подобного не происходило. Чувствуя, что драгоценное время уходит впустую, его нетерпение постепенно сменялось скукой.
Эта скука и апатия вдребезги разбились поздним летом, когда Алессандро отправился в Милан.
