Онлайн чтение книги Когда я чувствую вину When I'm Guilty
1 - 321 Финал (Часть 5)

**Глава 321. Финал (Часть 5)**

В группе помимо Юй Минсюй была ещё одна недавно пришедшая девушка — с виду скромная и послушная; она сидела с краю стола и помогала подавать блюда и разливать чай. Парни из группы относились к ней с большой заботой. А все остальные, естественно, были как на подбор мужики.

 

И только один человек, хоть и числился вольным стрелком, был одет в однотонное поло и чёрные облегающие брюки; белолицый, красивый и утончённый, с благородной манерой держаться, он казался немного не на своём месте среди этой грубоватой компании сыщиков.

 

Впрочем, сам он, похоже, ничуть не обращал на это внимания. Он сидел рядом с почётным местом, прямо подле Юй Минсюй. Одна его рука небрежно лежала на спинке её стула. Хоть он и был немногословен, харизма его ощущалась настолько сильно, что невозможно было его игнорировать.

 

Та давняя главная загадка Лушаньского отделения теперь наконец получила ответ.

 

Кто смог завоевать сердце Юй Минсюй — этой огненной красавицы, сплошь покрытой шипами, — да ещё и так, что все сыщики, когда-то проигрывавшие ей, охотно признали его «зятем» своего отдела? Никто иной, как этот человек. 

 

Ещё когда он был наполовину «дурачком» и каждый день мягко звал её «А Сюй», ходил за ней хвостиком и позволял ей помыкать собой, сыщикам казалось: ну, откуда ни возьмись появился такой человек — неожиданно, конечно, но когда смотришь на них двоих вместе, вроде всё правильно.

 

Теперь же Инь Фэн полностью восстановился. Достаточно вспомнить, что именно он схватил Сян Жуна и изловил Вэй Ланя, из-за чего организация «Карателей» оказалась перед полицией как на ладони и получила тяжёлый удар. Всего за один день он поймал убийцу заслуженного агента под прикрытием Го Сина; затем, рискуя собой, вырвал Юй Минсюй из рук Инь Чэня и едва не погиб в Гуйчжоу; а позже почти невероятным образом выловил среди бесчисленной толпы «убийцу-подмастерье». 

 

И наконец, словно легенда, он сначала лично признал, что является основателем «Карателей», вызвав шок у полицейских. Но не прошло и нескольких дней, как он стремительно перевернул ситуацию: не только снял с себя подозрения, но и помог полиции накрыть всю организацию целиком, вытащив на свет Божий того страшного лидера, которого никто и заподозрить не мог, — и внёс в это дело самый большой вклад.

 

А теперь стоило взглянуть на этого человека — красивого, зрелого, состоятельного, знаменитого, теперь ещё и с вернувшимся умом, — сидящего рядом с Юй Минсюй, и парни из отдела действительно безоговорочно признали его.

 

И вот кто-то потянулся к Инь Фэну с тостом.

 

— Учитель Инь, этот тост за вас. Не зря о вас молва идёт!

 

— Да-да, ха-ха, недаром вам удалось добиться нашей сестры Юй.

 

Юй Минсюй искоса взглянула на Инь Фэна. Он никогда не любил светских разговоров. Впрочем, она видела, каким он бывает ловким в общении и умеющим угодить всем сторонам —

 

Вилла, терраса, длинноногая девушка с белоснежной грудью, его рука на её талии.

 

Инь Фэн мог сколько угодно ломать голову, но ни за что бы не догадался, что Юй Минсюй вспомнила тот случай. До отношений с ней он редко имел дело с рядовыми следователями: когда он пил с начальником провинциального управления Дуанем, начальник её районного управления занимал за столом место ниже по статусу. 

 

Он слегка улыбнулся:

— Спасибо. И я пью за вас. Уголовный отдел Лушаньского отделения — настоящая команда тигров и волков. Молва о вас не врёт.

 

От этих фраз собеседник даже смутился.

 

Инь Фэн осушил рюмку до дна. Сюй Мэншань сидел по другую руку от него, и, будучи любителем подливать масла в огонь, тут же снова наполнил её до краёв.

 

Раньше на застольях в отделе Юй Минсюй не стремилась уложить всех подряд — не настолько она была простодушна, — но всё равно считалась человеком, к которому с тостами лучше лишний раз не лезть. А сегодня никто к ней и не приставал. Застолье шло уже давно, а она выпила всего две рюмки. Зато у Инь Фэна на счету было уже семь или восемь!

 

Но компания будто и не замечала, сколько он уже выпил, и всё продолжала поднимать с ним тосты. Даже новенькая сотрудница отдела, раскрасневшись, протянула рюмку и пролепетала:

— У-учитель Инь, я ваша поклонница! Я даже была на вашей автограф-сессии! Я сегодня принесла вашу книгу. Можно, вы потом распишетесь?

 

Инь Фэн улыбнулся, но промолчал. Его совершенное красивое лицо напомнило Юй Минсюй: «Ах да, у него ведь есть и такая сторона».

 

Вон как девчонка разволновалась — слова вымолвить не может.

 

Сюй Мэншань тяжело хлопнул Инь Фэна по плечу. Тот едва заметно поморщился. Сюй Мэншань сказал:

— Ой, сяо Линлин, мы же свои люди, это теперь наш зять по отделу, чего стесняться? Книги с автографом? Да сколько угодно! Учитель Инь у нас в отдел замуж выходит[1]… — Он не договорил, его оборвал кто-то рядом.

 

Девушка закрыла лицо рукой, смеясь — так ей было радостно.

 

Юй Минсюй тоже лишь тихо улыбнулась. Не то чтобы хмель ударил в голову — просто в душе поднялась какая-то горячая волна. И вдруг у самого уха раздалось:

— Я, оказывается, выхожу за тебя замуж? А я и не знал.

 

Юй Минсюй опустила глаза и усмехнулась, небрежно бросив:

— А что? Тебя это обидело?

 

Голос его был низким, словно у зверя, затаившегося перед прыжком:

— Боюсь только, что ты не захочешь меня «обижать».

 

Мягкая, тёплая сладость медленно разлилась в груди. Юй Минсюй подумала: «Ну вот наконец. Наконец-то они покончили с организацией «Карателей» — той самой, что столько лет изматывала полицию и была для него самой большой угрозой, — и, как он сам сказал, вырвали её с корнем. Владелицу тех глаз, что следили за ним исподтишка несколько лет, он теперь собственными руками отправил в тюрьму. И он цел. И она цела. И многие вокруг тоже целы и невредимы». Юй Минсюй так разволновалась от этих мыслей, что чуть качнулась и прислонилась плечом к его плечу.

 

Хотя характер у неё был открытый и резкий, при таком количестве народа она редко проявляла к нему нежность первой. Инь Фэн почувствовал мягкое прикосновение к плечу и слегка наклонился в её сторону, чтобы ей было удобнее. Их движения были почти незаметны, и со стороны это не казалось чем-то особенным. Вот так они и сидели, тихо прижавшись друг к другу, посреди шумного застолья.

 

Снова кто-то подошёл чокнуться с ними обоими. Юй Минсюй инстинктивно приподнялась, но её талию тут же обхватили. Инь Фэн, не выпуская её из объятий, уже спокойно обменивался тостами с подошедшими — вид у него был абсолютно непринуждённый. Юй Минсюй вдруг вспомнила, как однажды он пил с её отделом — тогда ещё в образе Юй Инцзюня — и весь вечер сидел рядом с ней, как послушная молодая жёнушка, охраняя её; ему позволили лишь пригубить пару глотков вина.

 

А теперь он держался иначе, и, кажется, это тоже было неплохо.

 

Посидели ещё немного. Юй Минсюй заметила, что лицо его покраснело, и спросила:

— Ты что, перебрал?

 

Он скользнул по ней взглядом:

— Нет, я вполне трезв. — И тут же ослепительно улыбнулся, сверкнув белыми зубами.

 

У Юй Минсюй сердце ёкнуло.

 

За столом сыщики вспомнили ещё одну забавную историю, Юй Минсюй вместе с ними смеялась, спорила и обменивалась с ними колкостями. Она выпила ещё две рюмки, а когда спохватилась, то обнаружила, что сидевший рядом человек затих.

 

Инь Фэн лежал на столе ничком, не шевелясь.

 

Сюй Мэншань тоже был изрядно пьян и, ухмыляясь, сказал:

— Сестра Юй, мужик-то твой слабоват, уже вырубился.

 

Юй Минсюй тут же выругалась:

— Это ты слабак! Его одного столько народу спаивало!

 

Все дружно рассмеялись.

 

Юй Минсюй наклонилась к нему и легонько похлопала по щеке:

— Ты в порядке?

 

— М-м… всё хорошо…

 

— Хочешь воды?

 

— Не хочу!

 

На глазах у всех сердце у Юй Минсюй забилось почему-то быстрее.

 

Компания уже почти закончила трапезу. Юй Минсюй позвонила домой, вызвала Туя, и вместе с Сюй Мэншанем они кое-как погрузили в машину Инь Фэна, который будто бы уснул.

 

У Юй Минсюй тоже слегка кружилась голова от выпитого, но не до такой степени, чтобы опьянеть. Она откинулась на заднем сиденье и держала Инь Фэна за руку. Увидев, что он хоть и лежит с закрытыми глазами, не двигаясь, но цвет лица у него нормальный и дыхание ровное, она успокоилась.

[1] Здесь намеренно использовано 嫁 (jià) — «выходить замуж» (в отличие от 娶 (qǔ) — «жениться / брать в жёны»), хотя Инь Фэн мужчина, то есть его как бы «выдают замуж» в отдел Юй Минсюй, потому что он приходит в их круг по модели традиционной невестки, которая присоединяется к семье супруга.