**Глава 265. Его капризы (Часть 2)**

Она вернулась в палату, но Инь Фэн так и не проснулся даже к полудню. Юй Минсюй съела обед, который принёс Чэнь Фэн, и прилегла отдохнуть на диване.

 

Проснувшись, она увидела, что Инь Фэн уже бодрствует, а Чэнь Фэн только что закончил кормить его и теперь убирал посуду, весело говоря:

— Хозяйка-то выспалась в своё удовольствие, а мне пришлось кормить и слушать, как меня же при этом ещё и критикуют.

 

Юй Минсюй сразу помрачнела и подумала: «В их маленькой компании новости разносятся со скоростью света». Сделав вид, что не расслышала, она подошла к Инь Фэну. Чэнь Фэн вышел, и Юй Минсюй спросила:

— Как себя чувствуешь?

 

Инь Фэн, конечно, услышал, что сказал Чэнь Фэн. Он ответил ровным тоном:

— Нормально. А почему он назвал тебя «хозяйкой»?

 

Юй Минсюй взглянула на него.

 

Взгляд у него был тёмным, пристальным.

 

Но Юй Минсюй лишь подумала: «Этот человек и правда стал ещё хуже, чем раньше». Нарочито холодно она сказала:

— А я разве соглашалась? Нет.

 

Инь Фэн продолжил:

— Или тебе больше нравится, чтобы они называли тебя шиниан — «женой учителя»*? По-моему, «жена босса» звучит лучше.

 

Юй Минсюй чуть не рассмеялась:

— Отстань. Пусть все зовут меня просто «старшая сестра».

 

Не успела она договорить, как её рука оказалась в его ладони. Хотя хватка была очень лёгкой, Юй Минсюй не стала вырываться.

 

Он смотрел на неё в упор:

— Тогда как ты будешь звать меня? Так же сухо — Инь Фэн? Мне не нравится.

 

Юй Минсюй легко согласилась:

— Учитель Инь.

 

Он сжал её руку чуть крепче:

— Называй как положено.

 

Юй Минсюй отвернулась, не желая с ним спорить.

 

Инь Фэн тихо сказал:

— При людях зови меня А Фэн. А когда никого рядом нет — называй мужем.

 

Юй Минсюй подняла голову и встретила его ясный взгляд. В душе шевельнулось что-то невыразимое, эти два слова словно запрыгали у неё на языке, и она выдохнула:

— А Фэн.

 

В глазах Инь Фэна словно вспыхнул тёмный огонь, и он сказал:

— Иди сюда.

 

Юй Минсюй не стала спорить с раненым и осторожно прильнула к его груди. Он поднял руку, обнял её и некоторое время гладил по волосам.

— Неправильно назвала. Сейчас же тут никого нет.

 

— Не наглей, — ответила Юй Минсюй.

 

— Я хочу наглеть куда больше, — сказал он.

 

Юй Минсюй не нашлась что ответить. Она выпрямилась и всмотрелась в его лицо, которое с момента пробуждения казалось каким-то мрачным.

— На что ты вообще злишься? Всё же было хорошо. Чем я тебя обидела?

 

Инь Фэн не ожидал такого прямого вопроса. Он замер и затем ответил:

— Ты меня не обижала. Просто в последнее время... и тело, и настроение у меня не очень.

 

При этих словах Юй Минсюй сразу вспомнила о лао Цзю и почти поверила. И хотя ей всё время казалось, будто с Инь Фэном что-то не так, его отношение к ней, похоже, не изменилось. И чувства в его глазах горели всё те же.

 

Поэтому Юй Минсюй решила больше не возвращаться к этому вопросу.

 

Она ещё немного почитала ему вслух, а потом он сказал, что ему некомфортно, и попросил обтереть его. С такими тяжёлыми ранами ему нельзя было мочить тело. Юй Минсюй посоветовалась с врачом, налила в таз тёплой воды и принялась осторожно обтирать его.

 

Она спросила:

— Ну что, приятно? Чувствуешь себя хозяином положения?

 

Инь Фэн вдруг понял, что Юй Минсюй тоже может быть язвой. Прямо как и он сам.

 

От этой мысли уголки его губ изогнулись, и он ответил:

— Недостаточно.

 

Юй Минсюй фыркнула, но движения её были невероятно мягкими. Горячим полотенцем она сначала протёрла ему лицо, потом шею и плечи. Его тело когда-то было ей очень знакомо, но так бережно она к нему давно не прикасалась. Не меняясь в лице, Юй Минсюй обтёрла ему руки. Туловище из-за ран трогать было нельзя, но ноги были целы. Она закатала штанины его больничной пижамы и тщательно обтёрла их.

 

Инь Фэн тоже не ожидал, что её забота вызовет в нём такие ощущения. Вокруг было особенно тихо, время словно тянулось бесконечно медленно, и это тонкое, приятное чувство проникало сквозь кожу, постепенно разливаясь по всему телу.

 

Он пристально смотрел на неё и вдруг выдал:

— Если однажды ты уйдёшь… я не знаю, что сделаю.

 

Юй Минсюй лишь на миг остановилась и продолжила медленно обтирать его:

— Поменьше думай о глупостях и не угрожай. За такое бьют.

 

Инь Фэн замолчал.

 

Закончив, Юй Минсюй оглядела его:

— Полегче стало?

 

Он «угукнул» и показал на кровать:

— Ложись рядом.

 

Юй Минсюй посмотрела на больничную койку — та была такой узкой, что она могла разве что кое-как устроиться на боку, да и то неудобно. Ей не хотелось.

 

Инь Фэн нахмурился:

— Даже в этом откажешь?

 

Юй Минсюй показалось, что он действительно ведёт себя так, словно «съел не ту таблетку». Не слишком явно, но чувствовалось будто его слегка переклинило. Глядя на его неизменно кислую мину, Юй Минсюй почему-то захотелось рассмеяться. В конце концов она осторожно прилегла на край кровати, прильнув к нему.

 

Они были совсем рядом. Он повернул голову и посмотрел на неё так, что у Юй Минсюй участился пульс, и она закрыла глаза.

 

И только тогда он улыбнулся — довольно и радостно. Улыбка была лёгкой, но от неё светилось всё лицо. И у Юй Минсюй на душе тоже стало сладко и тепло. Такое чувство ей когда-то дарил Юй Инцзюнь. Но то, что дарил этот человек, было куда откровеннее и сильнее.

 

Они молча смотрели друг на друга, а потом он тихо спросил:

— Малышка**, любишь меня?

 

Юй Минсюй дёрнула бровью:

— Не называй меня так, слишком приторно.

 

Он помолчал, а потом объяснил:

— Язык потому и обладает очарованием, что особые слова, прошедшие культурную эволюцию и накопившие значения, могут довольно точно выражать сложные психологические состояния и эмоции человека. Я не могу найти более точного слова, только это хоть немного приближается к истине.

 

Юй Минсюй слушала его и не знала, как реагировать, а потом слегка покраснела и тихо сказала:

— Ну зови просто А Сюй, нельзя, что ли? Чего ты мнёшься, как баба?

 

Лицо Инь Фэна похолодело.

— Подвинься ближе.

 

Она чуть-чуть придвинулась, и его голос зазвучал у самого уха, низкий и вязкий:

— А Сюй, любимая… моя… родная…

 

Юй Минсюй стало ещё жарче. Она промолчала, а через некоторое время снова наклонилась и поцеловала его.

 

Когда в дверь постучали, Юй Минсюй одним движением соскочила с кровати, проворная, как заяц. Инь Фэн, не успевший насладиться сполна, недовольно нахмурился. Юй Минсюй быстро поправила одежду и села у кровати.

 

Когда Чэнь Фэн вошёл и увидел атмосферу в палате, а также едва скрываемую неприязнь на лице Инь Фэна, ему всё стало ясно. Он подумал: «Юй Минсюй, оказывается, тоже довольно отчаянная. Учитель Инь в таком состоянии, а они, похоже, всё равно умудряются миловаться. Боже ты мой, до чего же они сладкая парочка! Теперь надо прислуживать им ещё осторожнее, чтобы ненароком не попасть под горячую руку собственника учителя Иня».

 

*师娘 (shīniáng) — жена учителя/мастера. Закономерное предложение, т.к. команда Инь Фэна называет его 殷老师 (Yīn lǎoshī) — учитель Инь.

 

**宝贝 (bǎobèi) — досл. сокровище, драгоценность. Очень частое ласковое обращение к любимому человеку.