Онлайн чтение книги Когда я чувствую вину When I'm Guilty
1 - 303 Настоящий и подставной Инь Фэн (Часть 2)

**Глава 303. Настоящий и подставной Инь Фэн (Часть 2)**

Как раз в этот самый момент подоспело и вызванное подкрепление — со всех сторон зазвучали сирены и послышались шаги. А тот человек, дрожа всем телом, съёжился на полу в испуге и растерянности.

 

Инь Фэн тем временем опустил пистолет и усмехнулся с явной насмешкой.

 

Юй Минсюй сказала:

— Сначала отведите его в машину.

 

И все полицейские пришли в движение. Тот человек на этот раз проявил полную покорность, вернее, он был настолько обессилен и вял, что позволил полицейским снять с его ног цепи и вывести наружу. Однако, проходя мимо Юй Минсюй и Инь Фэна, он по-прежнему выглядел смертельно перепуганным — даже не смел поднять головы и весь содрогнулся от озноба.

 

Инь Фэн позволил ему пройти мимо, не проронив ни слова и даже не взглянув на того человека.

 

Юй Минсюй прекрасно понимала, что у него на уме, и спросила:

— Всё ещё злишься?

 

Инь Фэн ответил ледяным тоном:

— Этот счёт я им рано или поздно предъявлю.

 

Юй Минсюй увидела, что он не принял близко к сердцу бред, который нёс тот человек, едва завидев его, и потому тоже не стала заострять на этом внимания. Они оба подняли глаза. В комнату уже внесли полицейские прожекторы, и наконец всё помещение залил яркий свет.

 

Комната площадью чуть больше двадцати квадратных метров: серые стены, цементный пол, мрак. Лишь половина окна находилась выше уровня земли, и сквозь него смутно виднелись зелёная трава во дворе и проволочная ограда.

 

Кровать, письменный стол, шкаф, стул. Шкаф был битком набит книгами: психология, криминалистика, социология, история… самые разные области. Но больше всего всё же было книг по криминалистике.

 

На письменном столе с одной стороны стоял ноутбук, к которому даже была подсоединена отдельная клавиатура для набора текста. С другой же стороны громоздилась куча беспорядочно наваленных листов, исписанных от края до края. А рядом с бумагами обнаружилась исинская глиняная чашка с недопитым чаем.

 

Инь Фэн слегка нахмурился, Юй Минсюй тоже промолчала.

 

———

 

Поскольку оперативники уже несколько дней подряд напряжённо работали над делом, а этой ночью и вовсе пробыли на ногах до утра — забрали тело Мин Тао и все вещественные доказательства, а также доставили того мужчину с невыясненной личностью, — все выбились из сил. Дин Сюнвэй тоже видел, что его люди больше не выдержат, и махнул рукой: приказал всем отдыхать до полудня, того мужчину оставить под надзором в управлении, поручить другим его пока допросить, а следователям по этому делу явиться на работу после обеда.

 

Инь Фэн и Юй Минсюй вместе с Туя и Гуань Цзюнем отправились обратно на виллу.

 

Чэнь Фэн заранее велел повару приготовить обильное угощение. Все четверо были голодны как волки, и, поев вместе с остальными, разошлись по своим комнатам отдыхать.

 

Гуань Цзюнь ещё и пробурчал:

— Ну и выматывает же эта работа — расследовать дела! С тех пор как у учителя Иня появилась хозяйка, он нас гоняет как скотину. Я уже и сам не пойму, кем я вообще стал? Неужели я всю жизнь буду безымянным героем? Если меня довести, я взломаю сеть вашего районного управления!

 

Однако никто не обратил внимания на его бредни.

 

Едва Инь Фэн и Юй Минсюй вернулись в спальню, они наскоро приняли душ, чтобы смыть с себя запах крови и пота, и тут же рухнули спать. Правда, Инь Фэн опять прижал её к себе так крепко, что ей было не слишком удобно. Но она вымоталась до крайности, ей уже было лень с ним препираться, так что она просто уснула у него в объятиях.

 

Когда Юй Минсюй проснулась, был уже почти полдень. Она глянула и увидела, что Инь Фэн, как огромный осьминог, крепко обвил её руками и ногами. Попробовала вырваться — не тут-то было. От её движений он тоже проснулся и уставился на неё своими тёмными, глубокими глазами с очень близкого расстояния.

 

Раз дело Мин Тао уже раскрыто, на душе у Юй Минсюй стало немного легче. Хотя, несомненно, оставались ещё скрытые обстоятельства, но всё равно нужно было идти шаг за шагом, иначе так и полицейских можно загнать до смерти. Поэтому её тон тоже стал заметно легче:

— На что уставился? Чего хочешь?

 

Инь Фэн, чей взгляд только что был мрачноватым и сосредоточенным, услышав это, рассмеялся и тихо сказал:

— Умеешь же ты говорить.

 

Сердце у Юй Минсюй тоже ёкнуло. Но сейчас она выспалась и была полна энергии, а под одеялом от него исходил тёплый, приятный мужской запах. Она протянула руку, провела рукой по его подбородку.

 

Инь Фэн ещё никогда не встречал столь дерзкой женщины.

 

…

 

…

 

Они лежали рядом на кровати, оба едва заметно переводя дыхание. Никто не хотел говорить, да в этом и не было нужды — казалось, так можно было ещё немного продлить то невероятно прекрасное ощущение.

 

Немного погодя Юй Минсюй мягко взяла его за руку, лежавшую рядом, и улыбнулась.

 

— Довольна? — спросил он слегка охрипшим голосом.

 

— Угу.

 

Он снова повернулся к ней и притянул её в свои объятия, просто молча обнимая.

 

Юй Минсюй почему-то слегка задумалась и спросила:

— Как думаешь, у нас с тобой всегда будет так хорошо?

 

Он ответил:

— Будет.

 

— Откуда ты знаешь?

 

— Потому что я — Инь Фэн, а ты — А Сюй.

 

Юй Минсюй вдруг ощутила, как в груди поднимается горячая, глубокая волна, и она тоже обняла его крепче.

 

Ты — Инь Фэн, я — А Сюй.

 

Мы прошли вместе столько дорог, попробовали столько сладкого, вынесли столько горького. Ты уходил и возвращался, ты клялся в своём поклонении, я всё никак не могла отпустить. И вот наконец мы по-настоящему вместе.

 

Мой путь был тяжёлым, но ты всё равно захотел быть рядом. А теперь, если подумать, так проживать каждый день — тоже неплохо. Тихо-тихо, среди кровавых теней и мёртвых тел, но во мне есть ты, а в тебе есть я.

 

— Я люблю тебя, — мягко сказала Юй Минсюй.

 

Она была именно таким человеком: никогда ничего не делала нарочно, редко говорила прямо. Но если уж ей хотелось что-то сказать, она говорила без оглядки.

 

Инь Фэн молчал несколько долгих секунд, а потом тихо повторил слова своей клятвы:

— …Я люблю тебя… преклоняюсь перед тобой… это не зависимость, не что-то иное… преклоняюсь перед тобой… люблю тебя…

 

Юй Минсюй хотелось рассмеяться, но в глазах вдруг защипало. Таким он снова словно превращался в того же упрямого, как осёл, Юй Инцзюня, только руки его стали сильнее, взгляд — спокойнее, а этот его мужской облик — слегка одержимый, чуть выходящий из-под контроля, но который он изо всех сил пытался сдерживать, — был безумно, безумно сексуален.

 

———

 

И потому, когда днём они вдвоём пришли в полицейское управление, они выглядели одинаково свежо и бодро, с сиянием в глазах. Увидев их, даже такой закоренелый одиночка, как Сюй Мэншань, вдруг испытал необъяснимое чувство собственной убогости — хотя сам он поначалу и не понял почему.

 

В последующих допросах и заключительной части работы Инь Фэну участвовать не требовалось, да и это было бы неуместно. Поэтому Юй Минсюй оставила его в кабинете, а сама отправилась на встречу с Дин Сюнвэем. Она узнала, что он направил двух опытных оперативников допрашивать того неизвестного мужчину, которого держали в подвале. Она спросила, но результатов пока не было. Хотя в душе она и тревожилась, вмешиваться середине допроса было неудобно, поэтому она занялась сперва завершением дела об «убийце-подмастерье» — в конце концов именно это сейчас и было главным в их работе.

 

Улик по делу об «убийце-подмастерье» было уже предостаточно. Все улики нашли в жилище Мин Тао, на них обнаружили его многочисленные отпечатки пальцев и ДНК. Кроме того, нашлись записи о том, как он неоднократно входил в рабочую систему банного комплекса и скачивал данных о жертвах.