Контент удален!

Эпилог

Руки Ы Тэ, выставляющие на витрину новинки, сегодня были особенно медлительными. Главной причиной было то, что он пропустил еду из-за изжоги. Даже мороженое, которое менеджер купил в качестве перекуса, он отдал коллеге рядом. Узнай об этом Джи Он — ему бы сильно влетело.

Джи Он отменила летнюю поездку, услышав, что для своевременного выпуска ей придется брать летние курсы. Как известно, выпуск — дело важное, и она собиралась прилепиться к нему и помогать. Было грустно, что из-за помощи ему она не может наслаждаться своей молодостью во всей красе. Тем более что в последнее время он не мог сосредоточиться на работе, если не видел Джи Он. Вполне естественно, что он переживал, сможет ли она адаптироваться в университете после его ухода.

— Джи Хан. Как закончишь с этим, поможешь навести порядок в отделе канцтоваров?

— Да.

— Эх, вот бы нанять еще одного такого подработчика. Благодаря тебе, Джи Хан, продажи взлетели.

— Что, да.

— Чего это ты? Сам признаешь? Да нет, я шучу, шучу. Не торопись, делай всё в своем темпе и приходи. Время наплыва покупателей еще не подошло.

Не прошло и минуты после ухода менеджера в отдел канцтоваров. Телефон, лежавший в кармане фартука, завибрировал, ударив его по бедру. Его ожидание, что это Джи Он, закончившая смену в кафе, не оправдалось. Имя, высветившееся на экране, тяжелым грузом легло на и без того печальное сердце Ы Тэ.

— Да.

— А, ты на работе?

Сделав вид, что идет в туалет, он направился к пожарной лестнице книжного. Звонил его приемный отец, господин Чхве. С прошлого месяца старик, предложивший давать ему деньги на карманные расходы в обмен на сохранение отношений отца и сына, стал звонить чаще. Целью звонков, по большому счету, были деньги, а по малому — дела.

— Как ты и сказал, он прятался в гостинице в Инчхоне. Вместе с женой, которая божилась, что знать не знает, где этот ублюдок.

— Рад, что вы его нашли.

— Обещанные деньги переведу. И как только жена живет с таким игроманом. Если бы не ты, я бы снова попался на их удочку.

Тот игроман по фамилии Пак был первым, кто целых пять раз сбегал, не вернув деньги старику. Похоже, жена, которая якобы подумывала о разводе, втихую подкидывала ему деньги, на которые он и жил всё это время. Пару дней назад старик связался с ним, прося помочь вырвать этот гнилой зуб. Он посоветовал покопать под жену, которая якобы уехала отдыхать в Инчхон, и этот совет, видимо, сработал.

— Разыгрывала перед нами интрижку с другим мужчиной и так ловко нас дурачила... А ты-то как догадался?

— Просто подумал, что на ее месте поступил бы так же. Прятал бы и играл роль.

— А? Сказал бы, что сбежишь вслед за женой?

— Ничего особенного. Обещанные деньги переведите не в банк D, а на счет в банке B.

— Страшно, страшно. Боишься, что я деньги зажму? Да я, устав от должников, чужие деньги ни на секунду не задерживаю.

— Да.

— На этом закончим. Как у мисс Джи Он начнутся каникулы, приезжайте как-нибудь на виллу.

Не ответив на приглашение старика приехать на загородную виллу, он завершил звонок. Прямо с телефона проверил, что старик, не любящий тянуть резину, уже перевел деньги. Прикидывая в уме увеличившийся баланс счета, Ы Тэ медленно зашагал обратно.

— О, Джи Хан. Извини, можешь помочь прямо сейчас? Вдруг покупатели набежали.

— Да.

Он знал, что скрывается за маской заботливого отца. Наверняка это хитроумный план: выпустить его порезвиться на просторах общества, а когда придет время — надеть ошейник. Этот господин никогда не был доволен Джи Соком, которого отправил в Америку. Имущество, сын, наследник — старик, денно и нощно пекущийся о том, что будет после его смерти, вряд ли бы так легко сдался.

То, что он отвечал на звонки старика, зная всё это, было не из-за нехватки денег. Оказалось, что сам Ы Тэ был человеком не воды, а огня. То есть, с коротким терпением и вспыльчивым характером. Он хотел открыть цветочный магазин для Джи Он как можно скорее — в конце этого года или, самое позднее, в следующем.

— Говорят, эти игрушки хорошо раскупают девушки. Вроде бы они были в какой-то дораме. Поставь их на видное место.

— Да.

Ы Тэ, достававший плюшевую белку с желудем во рту, замер при втором звонке. На этот раз это был не пустой звук. Три слога имени «Ян Джи Он» вмиг прогнали меланхолию, омрачавшую день Ы Тэ.

— Да, Джи Он.

— Мой Кан Орхидея. Тебе можно так отвечать на звонки во время работы?

— Можно. На твои — можно. Если запретят, я уволюсь.

— Опять пугаешь. Я сегодня устала, поэтому хотела пойти домой пораньше. Ты не против?

— Что-то случилось?

— Нет... Ничего не случилось. Просто немного устала. Можешь вообще не волноваться.

— Хорошо. Я возьму такси, как только закончу.

После этого Джи Он что-то еще говорила, но он не мог вспомнить деталей. Спутанные и мрачные мысли Ы Тэ вернулись ко вчерашнему дню. Было дело, он подсмотрел в телефон Джи Он, когда она уснула. Конечно, это был телефон Джи Он, а не его.

Началось всё с того, что у него зачесались руки от звука входящего сообщения — дзынь. Он взял телефон только для того, чтобы отключить звук уведомлений, но в итоге не мог выпустить его из рук целых два часа. В ящике сообщений, хранящем хронику дня Джи Он, было много интересного.

[ В следующий раз, как будет время, приеду с оппой^^ Тогда приготовь нам много вкусного, мама. ]

Это был ответ Джи Он на сообщение мамы, которая написала целую тираду строк на пять. Неизвестно, каковы ее истинные намерения, но, кажется, мама Джи Он понемногу начинает принимать его. Джи Он, которая так воинственно отвечала, защищая его, была такой очаровательной, что он поцеловал ее в спящую щеку.

Проблемное сообщение пришло в тот момент, когда он уже собирался заблокировать телефон. Сон Ги Чхоль, видимо, выпив, прислал сообщение, полное упреков и неразделенной любви. Не в силах вынести этого зрелища, он удалил сообщение без разрешения Джи Он. Если его что-то и грызло, то только это.

— Извините...

Погруженный в беспокойство и догадки, он закономерно задержался с расстановкой игрушек. Он думал, что это менеджер пришел его отчитать, но, обернувшись, наткнулся взглядом на женщину с каре. Подумав, что это покупательница, желающая купить новую белку, он сделал шаг в сторону, но это не помогло. Застенчиво улыбающаяся женщина с каре имела дело именно к нему.

— Я здесь постоянная покупательница... Вы, наверное, недавно здесь работаете.

Это не повод для гордости, но отбиваться от попыток познакомиться было для Ы Тэ ежедневной рутиной. Глядя на женщину, которая явно собиралась дать ему свой номер, Ы Тэ тяжело, до земли, вздохнул.

— Я правда не странная. Если у вас будет время, я бы хотела угостить вас чаем.

— У меня есть девушка.

По опыту, если он говорил о Джи Он, восемь из десяти женщин отступали без лишних слов. Но двое из десяти, как эта, с уверенной улыбкой совали ему под нос телефон.

— Я так и думала. Но я же не предлагаю вам встречаться прямо сейчас. Просто знакомство, или хорошие друзья...

— Извините. А где здесь ручки?

Стойка с ручками находилась прямо у входа в магазин, на самом видном месте. Ы Тэ, который собирался позвать менеджера, чтобы тот убрал женщину с каре, внезапно широко распахнул глаза. Джи Он с двумя стаканами айс-кофе стояла, надув щеки, и сверлила его взглядом. Улыбка, потерянная в заботах о книгах, людях и тревогах, снова вернулась на его губы.

— Ручки — вон там, направо.

— С чего бы нам переходить на «ты»?

Нервно покусывая трубочку, Джи Он пробормотала это себе под нос и направилась к стойке с ручками. Ы Тэ, подхватив пустую коробку из-под игрушек, с трепетным сердцем поспешил за ней. Джи Он, с обиженным видом выбирающая ручку, услышав приближающиеся шаги, снова сбежала.

— Ищешь что-то конкретное?

— Почему здешний сотрудник всё время мне «тыкает»...

Джи Он, должно быть, пришла с мыслью сделать ему сюрприз. Но, увидев сцену знакомства, она обиделась и убежала в отдел романов. Ы Тэ, не в силах скрыть улыбку, притворился, что расставляет книги, и занял место рядом с ней.

— Через 30 минут я заканчиваю.

— Не заговаривайте со мной. У меня есть парень, знаете ли.

— И как его зовут.

— ...Есть один. Ему безумно идет коричневый фартук.

Джи Он, успевшая выбрать пару книг, искоса взглянула на фартук, который сама же и похвалила.

— Это всё из-за того, что он слишком красивый. И запретить ему подрабатывать я не могу.

Время, потраченное на переживания из-за удаленного сообщения Сон Ги Чхоля, оказалось потраченным впустую. Ы Тэ бегло огляделся по сторонам и стремительно наклонился.

— Что ты твори...!

Чмок. Щека Джи Он, которую она прикрыла рукой после поцелуя, стала клубничного цвета. Забрав у своей девушки айс-кофе, Ы Тэ лучезарно улыбнулся глазами.

— Мы же пойдем вместе. Почитай пока книги здесь.

— ...Если поцеловать только в одну щеку, второй будет обидно.

Воспоминания после того, как он поцеловал другую щеку очаровательной Джи Он, были исключительно радужными. Помощь на кассе, перетаскивание коробок с книгами, мытье полов шваброй — всё казалось одинаково прекрасным. Услышав от менеджера традиционное «спасибо за работу», он снял фартук. Но шаги Ы Тэ, который, поспешно схватив свой рюкзак, направился к Джи Он, остановились на полпути.

— ...Ха.

Незаметно для него Джи Он уснула, прислонившись головой к книжному шкафу. Ему не хотелось будить Джи Он, которой так шел этот сладкий сон. Вдруг он подумал, что со времен прошлого ничего не изменилось. Джи Он была одинаково теплой и на веранде в Чховари, и сейчас, рядом с ним. Давние воспоминания постучались в его сердце. Девятнадцатилетняя Джи Он, спавшая на веранде дома с синими воротами, сейчас была здесь. Напряжение, рожденное слепыми подозрениями, спало, стоило ему увидеть спящую Джи Он. День, когда он скучал по покою, доверию и синим воротам, которые помогли ему встретить Джи Он.

Когда Джи Он проснется, он должен признаться ей, что дом с синими воротами до сих пор не продан. Ы Тэ, с любовью на губах, занял место рядом с Джи Он и достал книгу. Не успел он перевернуть и 20 страниц, как голова Джи Он упала ему на плечо.

— Джи Он.

— .......

— Я люблю тебя.

Сквозь шелест перелистываемых страниц Джи Он, услышав его тихое признание, ответила улыбкой. Пусть самая трусливая и нежная любовь в мире пропитает ее сладкий дневной сон. Его любовь, так похожая на жадность, росла с каждым днем.

<Конец>