Онлайн чтение книги Прежде чем стать орхидеей Until Becoming an Orchid
1 - 43

У Ы Тэ было хорошее зрение. Он видел пару, мужчину и женщину, которые шли и весело болтали. Девушка, на которую даже смотреть было жалко — настолько она хороша для этого мира, и парень, положивший на нее глаз. Они подходили друг другу по возрасту, оба наивные, из одной деревни. Люди, которые за всю жизнь и не узнают о тайном подвале безумного Старика. Джи Он, которая сейчас лгала ему, ни в чем не виновата, но Ы Тэ все понимал.

Изначально она стала встречаться с ним, потому что была школьницей, не знающей жизни. Пусть и умная, но всего лишь несовершеннолетняя, не разбирающаяся в том, как устроен мир. Даже если через несколько месяцев она станет взрослой, какое-то время она все еще будет предана ему.

Но когда она выйдет в большой мир, когда вселенная этой умной девочки изменится, вокруг нее начнут роиться вот такие приличные, нормальные парни. Как мошкара вьется вокруг подтаявшего на летней жаре мороженого.

— Сегодня задержусь, да?

— Угу.

Поэтому Ы Тэ тоже солгал. Он отомстил ложью за ложь, но легче от этого не стало. Нет, наоборот, настроение стало еще паршивее, чем прежде. Если бы он не соврал, то мог бы провести время с Джи Он. А в ее голосе, который он слышал следом, сквозила такая улыбка, что на сердце расплывался еще один синяк.

— Как хорошо. Тогда мы сможем увидеться завтра?

— Да.

— У меня и подарок есть.

— Подарок?

Видимо, это тот белый пакет, что был у нее в руках. Парень, идущий рядом с ней вдоль реки, почему-то зашагал быстрее, словно обидевшись. Джи Он, глядя на это, ошарашенно остановилась и быстро заговорила в трубку:

— Тогда до завтра! Договорились?

— Угу…

Звонок прервался еще до того, как он успел договорить. Своими ногами, которые он массировал каждый день, она быстро побежала и встала рядом с тем школьником. То, как она игриво заговорила с ним, как смеялась — все это вонзилось в глаза Ы Тэ осколками стекла. Казалось, даже просто держать глаза открытыми причиняет боль.

Только тогда он понял. Он слишком много намечтал. Слишком грандиозные, непосильные для него мечты. Он думал, что этот сон будет вечным, но стоит открыть глаза — и сон заканчивается. Старик предупреждал его. Не уходи от меня. Ы Тэ и сам был достаточно догадлив. По крайней мере, пока интерес Старика не иссякнет, ему не выбраться из этого дела.

Счастливых моментов в его жизни было немного. Ощущение, что дом может быть уютным, пришло к нему лишь недавно. Время, когда слышен чей-то смех, когда можно уснуть в чьих-то объятиях. Моменты, когда он подставлял колени, когда ему расчесывали волосы. Это было так сладко, что он и не думал о том, какие несчастья таскает за собой.

Это не могло длиться вечно. Она станет старше, переедет, закончит школу — у Джи Он найдется множество причин отдалиться от него.

То, что один вид опрятного, обычного школьника рядом с Джи Он вызывал нестерпимое раздражение, объяснялось просто: у того парня была та база, которой Ы Тэ не мог ей дать.

Можно ведь жить как раньше. Есть в одиночестве, просыпаться в одиночестве, жить жизнью, где некому позвонить.

Но он знал. Тело, однажды познавшее любовь к Джи Он, стало как песок. Искать кого-то, кто заменил бы Джи Он, было слишком утомительно. Если бы это было возможно, разве он не сделал бы этого раньше? Его мечтой было лишь обнимать Джи Он, здороваться с ней, спать, просыпаться, есть вкусный завтрак и наблюдать за тем, как она щебечет.

Хорошо бы Джи Он не взрослела. Чтобы продолжала ходить в школу и ничего не знала. О том, какой он никчемный человек, и какими сияющими могут быть другие. При мысли о Джи Он, которая обнимала его, говоря, что любит, рука Ы Тэ сама потянулась за сигаретами.

Он присел на капот машины, как проигравший в драке, и закурил. Если бы он нормально закончил школу, нормально поступил в университет и они встретились как старшекурсник и первокурсница, Джи Он была бы другой.

На темной дороге ярко светил лишь огонек его зажигалки. Сочетание мигающей «аварийки» и белого дыма словно било в набат, предупреждая об опасности в его жизни.

Ясно одно. Он не хочет возвращаться к тому, что было раньше. Мечта, которую одолжила ему Джи Он, была сладкой до остановки сердца, и он не хотел ее терять. Пусть он будет просто смотреть на нее всю жизнь, но он хотел оставаться тем, кого она знает. Даже если Джи Он будет плакать и кричать, что он ужасен и она его ненавидит, это все равно лучше. Лучше, чем стать чужими, чем жить как незнакомцы навсегда.

Его глаза, уставившиеся на красный огонек сигареты, потемнели, погружаясь в мрак.

Ы Тэ был мужчиной, не привыкшим к переменам. Любовь и женщины — это то, что он считал ненужным в своей жизни. Но разве жизнь может оставаться прежней, когда ненужное вдруг становится необходимым?

Просто… он не будет жадничать больше. Он лишь хотел, чтобы все оставалось как сейчас. Вместе. Вдвоем.

Он выплюнул сигарету, которую едва успел покурить. И это тоже было уже не как раньше.

Эта ночь казалась такой же ужасной, как ожог от сигареты.

***

Мы с Сон Ги Чхолем договорились придерживаться версии, что в воскресенье мы собрались с друзьями позаниматься, и я взяла сумку. Понедельник, на часах 8 утра. Мама, которая обычно рано уходила на работу, почему-то ждала меня в гостиной.

— Куда ты идешь?

— Я же вчера говорила.

— А ну-ка, подожди.

Случилось то, чего я боялась. Тетушка, с которой мы вчера столкнулись на рынке, определенно донесла маме. Тетя тогда переводила ошалелый взгляд с меня на Сон Ги Чхоля и обратно. Я до сих пор помню, как меня прошиб холодный пот.

— Здравствуйте.

— Это кто? А?

— Я — Ги Чхоль. Внук владельцев ресторанчика «Форель под кленом».

Однако Сон Ги Чхоль не растерялся и сразу выложил козырь в виде родословной. Ресторан «Форель под кленом» в Чховари был довольно известным, так что даже тетя сделала вид, что знает это место, и закивала.

— О, а я, это... Я дочь ее близкой подруги. А я-то подумала, вы встречаетесь?

Тетя, которая на публике не могла раскрыть, что она моя тетя. Звучало странно, но она старательно играла свою роль. Ведь здесь слишком много лишних глаз. Хотя ее взгляд пылал желанием прямо сейчас схватить меня за волосы и утащить домой. А мастер притворства Сон Ги Чхоль невинно улыбался и вел беседу.

— Мы закончили занятия в группе и проголодались, вот и пришли на рынок лапши поесть. Мы собираем лучших учеников из мужской и женской школ, тех, кто входит в топ-10, и каждые выходные проводим пробные экзамены, как настоящие.

— О-о...

То ли Сон Ги Чхоль был таким проницательным, но на этом он и закончил. Тетя уставилась на меня взглядом, в котором еще не до конца развеялись подозрения. Место жительства — надежное, оценки — надежные, подтвердили, что встретились в учебной группе. Тетя, не сказав больше ни слова, пулей пролетела мимо меня, неловко переминающейся с ноги на ногу. Что именно задумала тетя с этим нечитаемым выражением лица, я узнала только сейчас.

— У тебя есть парень?

Так и знала. Тетя, похоже, сразу позвонила маме и доложила обо всем в подробностях. Но, как ни странно, на лице мамы не было особого подозрения. Видимо, она недавно видела мой табель с оценками.

— Нет. Это учебная группа по выходным. Мы с мальчиком оттуда проголодались и пошли поесть лапши, там и встретили тетю.

— Говорят, внук из «Форели под кленом»?

— Угу.

— Мама тоже знает. Этот внук в Мэвари известен тем, что хорошо учится.

На мгновение в груди кольнуло. А я ведь даже не знала, что это такой знаменитый ресторан, когда ела там форель наедине с Ы Тэ. По спине пробежал холодок: я-то была спокойна, думая, что мама понятия не имеет об этом месте.

— Кстати, почему ты не сказала, что там есть мальчики? А?

— Он там один...

— Сегодня тоже идешь в ту группу?

— Нет, в читальный зал. Дома не могу сосредоточиться.

— Твоя тетя такой шум подняла, такой скандал. Маме не нравится выслушивать от тети звонки по таким поводам. Может, обойдешься без этой группы или что это там? Ты же и без этого хорошо справляешься.

— Да.

— Хочешь встречаться с парнями — встречайся в университете. Поняла?

— Да.

— Точно в читальный зал идешь?

— Да.

Вздох мамы резанул, как нож. Вопрос, который бил точно в мою ложь. Ощущение, будто стою босиком на льду. Звонок тети, мамино раздражение — все это тяжким грузом легло на плечи. Я только проснулась, но на меня уже навалилась усталость и заболела голова. Только когда я перестала слышать звуки, словно погрузилась под воду, мама наконец оставила меня в покое. Пока она была в ванной, я быстро выбежала и обула кроссовки.

Осторожно закрыла входную дверь, осторожно вышла за ворота, но когда побежала по осенней улице, залитой утренним солнцем, грудь распирало так, словно у меня выросли крылья.

Желание увидеть мужчину, который с улыбкой обнимет меня, придало силы ногам. Тук-тук, тук-тук — звук шагов по асфальту звучал радостно. Я мчалась по улицам воскресного утра, когда люди еще спят. Время, когда трудолюбивые уже вышли работать в поля. Я свернула в одинокий переулок, где жил мой мужчина, и открыла синие ворота.

Кажется, я поняла, почему последние несколько дней была такой капризной и нестабильной. Я легла на чистый дощатый пол веранды, словно надраенный специально для меня, и перевела дух.

— Как свежо.

Теперь чувство вины перед мамой и тетей стало ничтожным. Часы, проведенные здесь в мечтах о собственной свободе, становились несравнимо дороже всего остального. Сон начал одолевать меня. Вздремну совсем немного, пока жду, когда он вернется.

Даже в осеннем сне, который успокаивал сердце, я ждала его.