Онлайн чтение книги Прежде чем стать орхидеей Until Becoming an Orchid
1 - 57

По выходным я подрабатываю в учебном центре (хагвоне), помогая директору. Учеников в центре немного, а директор ко мне особенно благосклонна, поэтому работа не слишком тяжелая. Я занимаюсь ксерокопированием, уборкой, составлением списков слов, а иногда, если не хватает рук, помогаю с консультированием родителей. Поскольку я также регулярно помогаю разбирать пробные экзамены, мой собственный балл по TOEIC (тест на знание английского) держится на приличном уровне без специальной подготовки. Видимо, обучая других, человек растет и сам.

— Джи Он.

— Да?

— Ох, я так занят. Нужно еще детей забрать.

— А, понятно.

Учитель-мужчина, который обычно занимается консультированием, подмигнул мне и помахал телефоном. Это был жест с просьбой о помощи. С тех пор как его жена вышла на работу, он иногда забирает детей, обычно после работы, но сегодня, видимо, остались консультации. Еще нужно было отметить посещаемость учеников, но это можно сделать и после ужина. Поскольку я все равно сижу на ресепшене, подменить его ненадолго не проблема.

— Да, конечно, идите.

— Спасибо огромное. Я куплю тебе кофе по дороге обратно.

— Хорошо.

С улыбкой попрощавшись с учителем у лифта, я вошла в консультационную. Глаза пересохли, и я массировала веки. Звук микрофона во время занятий — вунг-вунг — отзывался в голове резкой болью, словно я раскусила лед. В последнее время я недосыпала, и организм наконец дал сбой. Стресс из-за того, что мне пришлось платить проценты и основной долг по кредиту тети из своих денег, тоже был немаленьким. Я сказала тете перевести деньги до конца месяца, но особой надежды не питала.

Дзинь.

Звук прибытия лифта донесся через открытую дверь консультационной. Решив, что это родитель, записавшийся на консультацию, я опустила голову и поправила одежду. Быстро окинула взглядом рубашку — не капнула ли я на нее супом ччамппон за обедом, и нацепила дежурную улыбку.

— О, оте...

Обычно приходят матери, но иногда бывают и отцы. Увидев выходящего высокого мужчину, я подумала, что это отец, но он оказался слишком молод. Вряд ли у ученика, который ходит к нам с первого класса старшей школы, может быть такой молодой родитель. К тому же его лохматые волосы, растянутая рубашка, волочащиеся по полу брюки и бегающий, тревожный взгляд сбили меня с толку. Я подумала, что он ошибся дверью, но мужчина, проследив за табличкой «Консультационная», все же открыл дверь и вошел.

— Здравствуйте.

— Да-а...

Вблизи, из-за черных роговых очков и веснушек на щеках, он выглядел еще моложе. Но я, стараясь не подавать виду, встала и поприветствовала его.

— Вы записывались на консультацию по телефону, верно?

— Да, ага.

Если бы я не прислушивалась, то и не поняла бы, что он ответил. Я предложила ему сесть и заварила холодный зеленый чай. Это стандартный напиток для гостей, но мужчина, взяв стакан, почему-то покраснел. Я попыталась списать это на то, что на улице становится жарко.

— По каким предметам вы хотели бы записаться?

— Просто... по всем.

— По всем. А, для начала взгляните на это.

Я достала брошюру, которую мы всегда используем на консультациях, и протянула ему. Мужчина несколько заторможенно перелистал распечатку с ценами и учебным планом, а затем, искоса взглянув на меня, спросил:

— Извините, а взрослых... вы принимаете?

— Взрослых?

До этого момента я представляла себе особый случай, когда брат приходит узнать насчет учебы для младшего. Я думала, что случаи, когда приходят не родители, а братья или сестры, не так уж редки. Но чтобы кто-то пришел консультироваться насчет себя в хагвон, специализирующийся на школьной программе...

— А, здесь мы занимаемся в основном по школьной программе. Уроки построены на учебниках близлежащих мужских и женских школ.

— Взрослых не берете?

— Боюсь, что нет. Взрослым, желающим пересдать экзамен, лучше обратиться в комплексные классы этажом выше или в соседнем здании.

— Мне... здесь нравится.

Во время промежуточных и итоговых экзаменов мы делим классы по школам, и присутствие взрослого в таком классе никому не принесет пользы. Мужчина, упрямо выпятив губу, странно избегал моего взгляда. Помявшись, он вдруг достал из сумки рекламный листок и положил на стол.

— Тут написано... кто угодно может прийти... даже с низкими оценками.

Не знаю, зачем он хранил листовку, которую раздавали у школы, но на всякий случай я спросила:

— Вы учитесь в школе OO?

— Нет, пока... просто закончил школу и...

Договорив, мужчина залился краской до корней волос. И вдруг, без предупреждения, вскочил с места. Я вздрогнула от звука опрокинувшегося стула. Он схватил листовку, дрожа всем телом. Я подумала, может, ему стало плохо, но он выбежал из кабинета, даже не попрощавшись. Последнее, что я видела, — как он беспорядочно тыкал в кнопку лифта, а потом убежал на пожарную лестницу.

— Ха...

В этом году меня преследует неудача, или что? С самого начала года случаются какие-то мелкие и крупные неприятности, которые высушивают меня до дна. Я начала убирать ручки, приготовленные для консультации, пытаясь выбросить из головы этот странный эпизод, когда снова услышала звук лифта. К счастью, на этот раз это был учитель-консультант с кофе в руках. Увидев знакомое лицо, я успокоилась.

— Джи Он. Жена перезвонила, сказала, что сегодня уйдет с работы пораньше и заберет детей. Так что я просто купил кофе.

— Понятно.

— А родитель? Приходил?

— Да. Но это был взрослый мужчина. Сначала я думала, он пришел насчет младшего брата, но он сказал, что хочет заниматься сам.

— Сам?

Учитель, закрыв дверь консультационной, оглядел перевернутый стул и пустой стакан и коротко присвистнул. Не сказать, чтобы это был какой-то ужасный скандал, но чем больше я об этом думала, тем неприятнее становилось на душе. Может, я стала слишком чувствительной из-за последних событий? Но слова учителя, который потягивал кофе, заставили меня застыть.

— Странно. На это время записывалась женщина, мать ученика.

— ...Правда?

— Ну, многие звонят и не приходят. Наверное, увидел рекламу про повышение оценок и перепутал.

Учитель начал напевать и разбирать бумаги, как ни в чем не бывало, и я тоже постаралась взять себя в руки. Наверное, он понял, что ошибся, ему стало стыдно, и он убежал. Решив воспользоваться моментом и сделать копии учебных материалов, я встала с места.

— А!

Вдруг учитель, словно что-то вспомнив, наклонил голову и пристально посмотрел на меня.

— Случайно не мужчина в очках? Такой, немного полноватый.

— Да. Вы видели его, когда поднимались?

— Нет. Просто он уже несколько дней ошивается возле хагвона. Я видел его пару раз, когда уходил с работы.

Я работаю только по выходным. Ошивался в будни, а на консультацию пришел именно сегодня, в выходной. Кто будет несколько дней следить за хагвоном, в который собирается ходить? Я стояла в прострации с бумагой для ксерокса в руках, когда учитель заговорил многозначительным тоном.

— Неужели он положил глаз на нашу Джи Он?

— ...На меня?

— Он как-то заходил сюда и оглядывал консультационную. Тогда казалось, что он ошибся этажом. Но, говоришь, сегодня пришел снова? И заявил, что будет здесь учиться.

Учитель, качая головой и бормоча «странно», начал перечислять свои догадки тоном детектива. Похож на того, кто долго готовится к экзаменам; с виду не скажешь, что его цель — учеба. С каждым его словом мое сердце билось все тревожнее. Живя в Сеуле, мне не на кого опереться. Я не могу все бросить и уехать. Для меня приближение кого-то странного само по себе было угрозой. Увидев мое лицо и пересохшие губы, учитель наконец замолчал.

— Ох, Джи Он, ты, кажется, сильно испугалась.

— ...Просто в последнее время происходит много странного.

— Мир сейчас страшный. На всякий случай, когда пойдешь домой, я провожу тебя до первого этажа. И охраннику скажу.

— Спасибо.

Все-таки у учителя есть дочь, и он, кажется, понял мою тревогу. Увидев, как он машет руками, мол, ничего страшного, я с трудом, но улыбнулась.

Да. Мир всегда был страшным. Кровавых войн нет, но вместо них в жизнь каждого приходит что-то похожее. Молясь, чтобы не стать жертвой темного города и не погибнуть по дороге домой, я собиралась продолжить ксерокопирование, когда зазвонил телефон. Думая, что это сообщение с извинениями от тети, я открыла его, но текст был другим.

«Я перевела деньги. Вместе с процентами за прошлый месяц.»

На мгновение я подумала, что это не тетин номер, и перечитала сообщение еще раз. Все верно: тетя писала, что перевела основной долг и проценты, включая прошлый месяц. Неужели подработка с наклейками на косметику приносит такие деньги? Пока я ошарашенно смотрела на экран, пришло еще одно сообщение.

«Тетя сейчас в Сеуле. Я рядом с твоим хагвоном. Давай поужинаем вместе.»

А это было еще более неожиданно.