Онлайн чтение книги Ночь императрицы Your Majesty, I Want You
1 - 90

Стараясь скрыть смущение, Аран повернулась к Розине и что-то быстро прошептала.

Та на мгновение замерла, но тут же кивнула и с ледяным спокойствием удалилась из комнаты вместе с остальными фрейлинами. Члены королевской семьи Ласэра с недоумением наблюдали за императрицей. Та же, будто ничего не произошло, продолжила беседу. Лишь едва заметная дрожь в руке, сжимавшей нож, выдавала напряжение Аран.

Рорк безотрывно следил за ее пальцами.

Наконец, настало время подниматься с мест. Императорские покои находились довольно далеко, а фрейлины еще не вернулись. Аран впервые за вечер растерялась. Кровотечение только началось, но она точно знала — пятно на ее одежде уже достаточно заметное, чтобы все присутствующие догадались о случившемся.

И тогда Великий Герцог поднялся первым, после чего снял свой камзол и накинул его на плечи императрицы. Темная ткань неприятно контрастировала с ее пышным платьем, но полностью скрывала бедра и спину девушки, спасая от позора.

— Что-то прохладно стало, Ваше Величество, — произнёс он.

На улице было не просто тепло — стояла легкая духота. Но Рорк с невозмутимым лицом поправил складки камзола на плечах Аран.

— Д-да… видимо, — пробормотала она, чувствуя, как жар заливает ее щеки.

Послы переглянулись, но императрица не стала обращать на них внимание и поднялась со своего места. Великий Герцог ловко подставил свою руку, одновременно отодвинув ее стул. Слуги замерли в растерянности — он действовал быстрее них.

Аран не помнила, как прощалась с послами. Фрейлины вернулись уже когда все закончилось. Увидев государыню в камзоле Великого Герцога, Розина побледнела.

— Чего застыли? Пойдемте, — резко сказала Аран. Она не смотрела на Рорка и поторапливала фрейлину.

Уже в покоях, взглянув в зеркало, девушка убедилась — на подоле платья, как и предполагалось, остались следы крови. Наконец-то она могла исполнить свой долг перед Империей. Но на душе все равно скребли кошки. Была ли эта нежданная перемена добрым знаком или же предвестником беды — она не знала.

***

Менструация вернулась с мучительной силой. Тело ломило, будто после долгой скачки, хотя Аран не делала ничего изнурительного. Внешне она сохраняла холодность, но нервы были как натянутые струны. Возможно, Розина уже предупредила остальных — фрейлины двигались вокруг императрицы с предельной осторожностью, словно боялись разбудить спящего зверя.

Забавно, но Великий Герцог вел себя так же. Он мало говорил, выбирал слова, будто опасался случайно задеть ее. «Знал бы он, что его молчание для меня хуже любой колкости…», — подумала Аран, поймав себя на том, что снова смотрит на него.

С момента возвращения месячного цикла ее мысли путались, цепляясь одна за другую. Чаще всего она думала о наследнике и брачном контракте. И одна лишь эта тема вызывала утомление.

Как бы ни противно было в этом признаваться, но ей приходилось мысленно перебирать подходящие кандидатуры для себя. Вариантов оказалось мало. Будущий супруг императрицы должен был соответствовать строгим требованиям. Основными параметрами были молодость, чтобы гарантировать здоровое потомство, привлекательная внешность и, конечно же, политическое влияние — чтобы поддержать наследника.

Первым в мыслях Аран возник герцог Сайлас. Во всех отношениях он был бы для нее идеальным кандидатом. Но потом она резко покачала головой. Конечно, он был добр и обходителен, но представить его в роли мужа у нее как-то не получалось. Смущенная собственной нерешительностью, девушка принялась перебирать других претендентов.

Маркиз Клэрд. Друг детства, подходящий по возрасту, но слишком низкого происхождения для того, чтобы стать супругом императрицы. Вне зависимости от законов престолонаследия, Аран хотела обеспечить своему ребенку прочное положение. Для того, чтобы нести бремя борьбы с враждебной знатью уже ее одной было вполне достаточно.

Чем больше Аран размышляла, тем очевиднее становилось: достойного кандидата у нее нет. Обладатели высших титулов слишком стары, а молодые аристократы не соответствуют статусу.

Однако, ее проблема уходила корнями еще глубже. В нынешних условиях Великий Герцог ни за что не позволит ей выйти замуж. А допустить, чтобы невинный человек стал жертвой его ревности, она тоже не могла.

Значит, оставался лишь один выход.

Брак с Рорком. И рождение его ребенка.

Лучшее и худшее решение одновременно. Родив от него наследника, Аран получила бы над ним незримую власть — куда более весомую, чем все его переменчивые чувства. Даже если его болезненная одержимость угаснет, ребенок в любом случае гарантировал бы устойчивость ее положения.

И все же Аран не чувствовала уверенности. Мысли о беременности уже сейчас вызывали тошноту, а уж о близости с герцогом она и вовсе думать не хотела. Аран опустила голову. Рорк сделал шаг вперед.

— Подожди… — девушка дернулась, избегая его прикосновения. На непроницаемом лице мужчины вновь мелькнула трещина. У Аран так и не хватило духу взглянуть на него. Великий Герцог по-прежнему вселял в нее ужас.

***

Спустя некоторое время до императрицы дошли слухи, что герцог Сайлас возвращается в столицу. На ее щеках впервые за долгое время появился румянец. Хотя с момента ее возвращения в столицу прошло не так много времени, дни в Данаре казались уже далеким прошлым.

У нее накопилось много вопросов. Научился ли он хоть немного рыбачить? Как поживают вассалы в его замке? Что стало с трущобами?

В день его прибытия Аран с особой тщательностью выбрала наряд — строгий и, в то же время, элегантный, чтобы подчеркнуть свое достоинство. Она знала, как белокурый герцог переживал за ее решение вернуться, и хотела показать ему, что с ней все в порядке.

Едва сдерживая нетерпение, она ждала его аудиенции в своем кабинете. Когда Сайлас наконец вошел, ее лицо озарила улыбка — ласковая, как при встрече старого друга. Его взгляд тотчас ответил ей таким же теплом.

— Ваше Величество.

— Добро пожаловать, герцог.

Сайлас быстро оценил состояние императрицы: не измучена ли она знатью, не страдает ли от Великого Герцога. Заметив что ее разглядывают, Аран нарочно приняла беззаботный вид.

— Кажется, я не зря вернулась в столицу. Мне даже стало спокойнее. — с улыбкой произнесла она.

— Вот как?

Сайлас заметил ее неестественную оживленность, но сделал вид, что поверил. Большего он позволить себе не мог, поэтому постарался скрыть свою тихую горечь.

— Ох, как же можно здесь принимать гостей? — посетовала Аран и поднялась с кресла, — Может, пройдемся по саду? Этот душный кабинет наводит на меня уныние.

— Для меня честь сопровождать вас, — герцог охотно последовал за ней.

Сад утопал в нежных лиловых цветах.

— Пока я отсутствовала, сменился садовник, — заметила императрица. — и посадил сплошь одинаковые цветы.

Ее взгляд скользнул по пышным соцветиям. Хоть она и часто бывала здесь, но редко останавливалась, чтобы рассмотреть, что здесь цвело. Осторожно протянув руку, Аран коснулась бархатистых лепестков. Название цветка вертелось на языке, но вспомнить ей никак не удавалось. Кажется, ей они очень нравились...

— Как называются эти цветы... — задумчиво пробормотала Аран.

— Лизиантусы, — подсказал герцог.

— Лизиантусы... — повторила она шепотом. В памяти всплыло, как когда-то она сама произносила их название, — Кажется, мне они нравились. Хотя я уже не уверена.

Аран замерла перед цветком, не решаясь отойти. Герцог Сайлас мгновенно уловил ее настроение.

— Вас что-то беспокоит, Ваше Величество?

— Беспокойств всегда хватает. — ответила она небрежно, склонившись к бутону. Легкий аромат тотчас окутал ее.

— Что тревожит ваше сердце? — не отставал Сайлас, — Если позволите, я разделю с вами эту ношу.

Аран моргнула. Он, как всегда, был проницателен до неприличия.

— Дело в том, что... — выпрямившись, она опустила взгляд, — Я слишком долго занимала трон без наследника. Думаю, пришло время мне выбрать супруга.

Сердце Сайласа болезненно сжалось, но внешне он остался невозмутим.

— Понимаю. Это действительно важное решение.

— Как ты думаешь, кто достоин?

— Трудно сказать. У вас уже есть кандидаты?

— Пока нет. Ты же знаешь, я...

Аран смущенно опустила глаза. Признаться, что страх перед Великим Герцогом мешает ей даже подумать о замужестве, она никак не могла. Причем и на этот раз Сайлас тактично сделал вид, что не замечает недосказанности в ее фразах.

— Вы беспокоитесь, что претендентов будет слишком много? — пошутил он.

Аран невольно улыбнулась.

— Скорее наоборот. Если никто не захочет стать моим супругом, то для меня это будет настоящим позором.

— Полно вам. Если никого не найдется, я сам предложу свою кандидатуру.

Слова Сайласа, сказанные с небрежной улыбкой, заставили Аран на мгновение замереть, а затем рассмеяться.

— Хочешь соблюсти приличия?

— Не только. Хотя мне, конечно, самому неловко это говорить, но мужчина вроде меня — редкость.

— Ты прав, — искренне ответила императрица. — Ты бы определенно стал прекрасным мужем и отцом.

Рядом с ним она всегда чувствовала себя беззаботнее.

— Вы слишком любезны. — ответил герцог, — Но если кандидатов действительно не будет, подумайте над моим предложением.

Шутливый тон не скрывал серьезности его слов, но Аран тут же решила, что не станет соглашаться. Она не хотела взваливать на него свое бремя.

— Разве могу я наказать своего верного подданного подобным образом? — легко отшутившись, она сделала шаг вперед. Улыбка тут же испарилась с лица Сайласа. Он с тоской посмотрел на удаляющуюся фигуру императрицы и, немного помедлив, последовал за ней.

Внезапно молодой человек почувствовал на себе чей-то колкий взгляд. Обернувшись, он увидел Великого Герцога, который стоял в нескольких шагах и наблюдал за ними. Аран заметила его немного позже и мгновенно шагнула вперед, словно закрывая Сайласа собой.

— Что привело тебя сюда? — резко спросила она.

— Я проходил мимо и услышал ваш голос, Ваше Величество.

— Герцог… — Аран быстро обернулась к Сайласу, дав понять, что ему лучше удалиться. Тот замешкался, почувствовав ледяное напряжение в воздухе.

— Нам с Великим Герцогом есть что обсудить. — добавила она, — Ты можешь идти.

— …Вскоре я вновь предстану перед вами. — ответил Сайлас, прекрасно понимая, что ему здесь не место, и неохотно удалился.

Аран даже не посмотрела ему вслед. Вместо этого ее глаза, полные холодного вызова, были прикованы к Рорку.