Онлайн чтение книги Тайная служанка графа The Count’s Secret Maid
Глава 177 - Повседневная жизнь мисс Кристофер (1)

По приезде в резиденцию я впервые ощутила, насколько длинным может быть день.

Приглушённый стук в дверь разнёсся по комнате и пробудил меня ото сна. Звук был, как всегда, вежливым и осторожным. Приоткрыв глаза, ещё одурманенные сном, я разрешила войти. Дверь тут же открылась, и появились две служанки. Они привычно поздоровались со мной, вежливо поклонились, а затем приготовили воду для умывания.

Я слегка умылась, вытерла лицо полотенцем и потянулась. Кровать была настолько велика для одного человека, что даже чтобы спуститься с неё, требовалось время. Всё ещё в полудрёме, я подошла и села на стул у туалетного столика. Одна из служанок умело нанесла на моё лицо пудру и причесала меня.

Другая достала два платья и поднесла их ко мне: платье с синеватым цветочным узором и скромное светло-розовое с кружевами на воротнике и рукавах. Выбрав последнее, я тут же получила подобранные к нему чулки, туфли и аксессуары.

Служанка, занимавшаяся моими волосами, выбрала ленту, гармонирующую с выбранным платьем, и умело собрала мои растрёпанные волосы. Когда причёска была готова, я надела принесённые второй служанкой чулки, облачилась в платье и дополнила образ аксессуарами.

Теперь в зеркале стояла аккуратно одетая аристократка. Не осталось и следа от той девушки в пижаме, что боролась со сном. Окинув меня взглядом, служанки почтительно произнесли:

– Вам очень идёт.

– Вы прекрасны, юная леди.

Я неловко улыбнулась. К этим смущающим словам я уже успела кое-как привыкнуть.

***

С момента моего переезда в особняк Кристоферов прошло уже три месяца. За это время многое изменилось.

Что я заметила, когда впервые приехала сюда, так это то, что особняк был не меньше, чем у семьи Беллунита.

В то время как особняки Беллунита были роскошными и в меру элегантными, особняки Кристоферов обладали аккуратной и тихой красотой.

Особняк, в котором я остановилась, был самым большим из них: множество комнат, и его размеры было трудно охватить взглядом. Если бы Итан в тот первый день не взял меня за руку, застывшую в оцепенении, я, возможно, могла бы бесцельно бродить часами по особняку. 

Итан предоставил мне комнату, следующую по величине после своей. За всю свою прошлую жизнь я и не мечтала о такой просторной комнате. Обои, пол, мебель – всё до единой детали было высшего качества. Более того, в комнате было подготовлено всё необходимое для комфортной жизни. Увидев в гардеробе даже больше нарядов, чем тех, что получила в подарок ранее, я онемела.

Первым делом Итан приставил ко мне двух служанок. Девушки были примерно моего возраста. Даже увидев внезапно появившуюся меня, они не выказали ни капли любопытства, ведя себя почтительно.

Они постоянно следили за моим состоянием и спрашивали, удобно ли мне. Из-за моей привычки рано вставать они часто заставали меня уже проснувшейся, и с какого-то момента стали приходить ещё раньше, чтобы прислуживать мне.

Такой жизни, где тебе постоянно прислуживают, у меня никогда не было. Мне было неловко до крайности, и я часто не знала, куда деть себя.

На следующее утро после переезда в большой особняк, когда я собиралась умыться, служанки ворвались, чтобы помочь, и я, не выдержав смущения, вскрикнула. Итан сказал, что мне нужно привыкнуть к таким ситуациям. Он был прав. Даже для того, чтобы надеть чулки, аристократке полагалось принять помощь.

Тот день, когда я впервые ужинала с Итаном в столовой, запомнился мне очень неприятно удушающей обстановкой. Атмосфера была настолько торжественной, что даже едва слышный звон столовых приборов казался неуместным. Слуги неотрывно наблюдали за нами, следя, не нужно ли чего. За каждым глотком воды, за каждым разрезанным куском мяса следили десятки глаз. Итан выглядел совершенно спокойным, а я никак не могла понять, попал ли кусок не в то горло. В конце концов, в тот день меня жутко стошнило.

После этого Итан распорядился оставлять во время трапез минимум слуг и заводил со мной хотя бы лёгкую беседу. Пусть это были лишь обыденные темы вроде утренних приветствий или того, как прошёл день, но, видимо, он делал это, чтобы я расслабилась. Благодаря этому удушающая атмосфера за столом немного смягчилась, и я смогла есть спокойнее.

Я носила одежду, о которой не смела и мечтать, ела изысканные блюда, вела роскошную жизнь. Даже те наряды, которые сперва казались мне неподходящими, после нескольких примерок стали привычными. Но как бы я ни старалась отшлифовать себя, я не была настоящей аристократкой. Я не знала ни одной черты дворянского воспитания. Хотя и пыталась читать книги в надежде на полезность, но без личного опыта ничего не могла понять.

Чтобы восполнить пробелы в моих знаниях об аристократических манерах, Итан позвал Вайолет. Он подумал, что будет лучше, если этому научит кто-то близкий. Вслед за Вайолет пришла и Джоэли. Расположив их по обе стороны от себя, я принялась расспрашивать об аристократическом воспитании.

– «Как говорить элегантно, оставаясь учтивой»? Разве нельзя просто говорить и всё?

– «Нельзя смеяться, слишком широко открывая рот, но и не слишком узко при этом нужно издавать умеренный звук». Неужели обязательно смеяться именно так?

Вайолет и Джоэли, листая мои книги, выражали ещё большее недоумение, чем я. Их советы, основанные на воспитании с рождения, мне не помогали. После нескольких бесполезных встреч Итан нанял домашнего педагога.

Первой наняли молодую женщину. Поговорив со мной несколько минут, она, видимо, решила, что я совершенная невежда, и стала проявлять пренебрежительное отношение. Она придиралась к мелочам и открыто насмехалась. Мне хотелось многое сказать, но я сдерживалась. Ведь мне и правда многого не хватало. Однако Итан, каким-то образом узнав об этом, уволил её и привёл новую наставницу.

Второй нанятой учительницей стала женщина средних лет. Говорили, она популярна среди знатных родителей в последнее время. Она не смеялась надо мной открыто. Вместо этого, под предлогом дисциплины, она размахивала тонкой тростью. За каждую ошибку меня били, и мои ладони покрылись сетью тонких рубцов.

Я считала, что грубые, покрытые мелкими шрамами руки не подходят аристократке, и потому обычно скрывала их в перчатках. Но однажды, ненадолго сняв перчатки, я позволила Итану увидеть красные следы на моих ладонях. Он выпытал причину и уволил её.

Третьим наняли мужчину. Он был моложе второй учительницы, и благодаря улыбчивому выражению лица казался симпатичным. Он не смеялся надо мной и не брал в руки трость. Однако он злословил за моей спиной. Услышав, как он говорит: «Такую девчонку можно обвести вокруг пальца и просто стричь с неё деньги», я сама его уволила. В нём не было и намёка на желание как следует обучить меня аристократическим манерам.

После этого я сменила ещё несколько учителей. Никто не подходил. В тот день, когда я уже размышляла, не поискать ли учителя издалека, в особняк явилась одна особа. Женщина средних лет. Увидев её, я не могла поверить своим глазам.

– Приятно познакомиться.

Она сложила руки и почтительно поклонилась мне. Я перевела взгляд на Итана, который выглядел довольным, затем снова на неё и наконец прошептала:

– Леди Изабелла?

Передо мной стояла та самая Изабелла, что помогла мне в прошлом. Неожиданное появление заставило меня широко раскрыть глаза. Я слышала, что она внезапно исчезла после того, как помогла мне сбежать, и волновалась, но, к счастью, она выглядела целой и невредимой.

– Пожалуйста, не стоит обращаться ко мне так почтительно, юная леди.

Было странно слышать от неё «юная леди» в свой адрес. Пока я не знала, как реагировать, Итан прояснил ситуацию.

– Винсент её порекомендовал. Сказал, Изабелла хорошо подойдёт.

– Винсент?

Удивительно, что Винсент порекомендовал Изабеллу, но ещё больше поразил факт, что они поддерживают связь. Как будто в подтверждение слов Итана, Изабелла протянула рекомендательное письмо с печатью семьи Беллунита. Хотя они и были знакомы, Итан принял письмо, проверил его и утвердительно кивнул.

– Мне она кажется хорошим вариантом. Что думаешь, Паула?

– Хм. Я…? Конечно, буду только рада.

Всё же лучше иметь дело со знакомым человеком, чем с совершенно чужим. Получив моё согласие, Итан тут же нанял её в качестве учительницы.

– Буду признательна за ваши старания.

И тут начался ад.

Изабелла была беспощадна. Не дав мне насладиться радостью встречи, она хладнокровно и решительно начала обучать меня основам.

Честно говоря, я была наивна в представлениях жизни аристократии. Сиди себе без дела, распоряжайся слугами, пей чай – вот и вся праздная жизнь. Но настоящая дворянская жизнь, как я убедилась, была иной.

Во-первых, им нужно было изучать невероятно много. Начиная с основ этикета, искусств, музыки, танцев, вышивания, чтения, стихосложения, верховой езды, манер за столом и прочих правил приличия, вплоть до манеры речи, осанки, выражения лица и походки. Аристократ должен был сохранять достоинство даже в мельчайших деталях. Обучаясь ходить с высоко поднятой головой и прямой спиной, я чуть не вывихнула все суставы.

Изабелла не насмехалась надо мной и не хваталась за трость, а спокойным тоном шаг за шагом описывала последствия моих ошибок. Даже в мелочах, слушая предупреждения о том, к чему может привести мой промах, я порой не могла сдержать слёз. А для обучения в тех областях, которые были ей не подвластны, она просила привести специалистов. Благодаря этому я получала необходимое образование последовательно и систематически.

Я вставала утром, приводила себя в порядок, завтракала и затем училась целый день. Практически не было времени на отдых, кроме завтрака, обеда, ужина и чаепития. Получить весь объём образования, рассчитанный на обучение аристократа с детства, за столь сжатый срок было невероятно трудной задачей.

На пятом уроке танцев у меня распухли ноги. По итогу, я измоталась и тяжело задышала. Изабелла заметила это и предложила передохнуть. Я, вся в поту, плюхнулась на пол как попало и тут же получила выговор.

Пока я, сидя на принесённом Изабеллой стуле, переводила дух, она ненадолго отошла, чтобы переговорить с учителем танцев. Вернувшись, она налила мне стакан прохладной воды. Взяв его и сделав несколько глотков, я украдкой взглянула на неё.

– Леди Изабелла.

– Просто Изабелла.

– И… Изабелла.

Видимо, сказывалась моя прошлая жизнь, и в повседневных делах я часто ошибалась. Каждый раз она указывала на мои промахи.

– Да. Что вы хотели сказать?

– Как ты… жила всё это время?