Контент удален!

Каким бы хладнокровным ни был Хэ Джун, и он был человеком с сердцем.

То есть то, что преданный ему подчинённый, обратившись в зараженного, кинулся на него, радости Хэ Джуну не доставляло.

— Шин Ги Тхэ, ублюдок ебаный.

В отличие от Хэ Джуна, Шин Ги Тхэ был из тех, у кого сердца нет. Иначе он не сумел бы устроить столь беспощадную картину.

«Как там А Хён, всё ли с ней ладно?»

Ему пришлось уйти, так и не сумев толком её утешить. Хэ Джун решил, что убийство Шин Ги Тхэ, доведшего У Джу до такого состояния, и будет наилучшим утешением. Оттого ринулся вперёд, не разбирая ни того, что впереди, ни того, что позади, и вот вам результат.

Он оказался в окружении десятков зараженных и не мог даже подступиться к Шин Ги Тхэ.

«Хоть бы кто-нибудь подошёл».

Хэ Джун сам поразился внезапно мелькнувшей мысли. «Хоть бы кто подошёл? Я что, сейчас жду чьей-то помощи?»

Хэ Джун невесело усмехнулся. «Разве не я тот, для кого сражаться в одиночку всегда было само собой разумеющимся? А тут как ни в чём не бывало жду подмоги».

«Говорят же — как придёт смертный час, так и переменишься».

«Уж не пришёл ли аккурат смертный час?»

Хэ Джун, стиснув пистолет, в котором почти не осталось патронов, вскинул голову. И тут же встретился взглядом с зараженным, что карабкался поверх укрытия.

— Бригадныйгенералбригадныйгенералбригадныйгенералмыхотимжитьспаситенасумоляюваспожалуйстапрошупойдёмтевместеснами.

«Блядь, ну в самом деле».

Хэ Джун, стиснув зубы, навёл пистолет. Но палец на спусковом крючке замешкался. В бою малейший сбой означает смерть. Воспользовавшись его колебанием, зараженный рванулся вперёд и широко разинул пасть, чтобы отгрызть Хэ Джуну руку. В тот самый миг раздался выстрел.

Голова зараженного разлетелась. Тело тут же рухнуло на пол, и единственным следом того, что он здесь был, осталась расплёсканная кровь.

— Эй, бригадный генерал. В курсе, что вы только что чуть не окочурились? Это я вас спас. Запомните хорошенько.

Выглянув из-за укрытия, он увидел Чо Ён Тхэ с дробовиком в руках. Хэ Джун усмехнулся.

— Дожил — и от «Свободы» помощь принимаю.

Он перемахнул через укрытие и приземлился на пол. И тут же сорвал магазин, висевший у Чо Ён Тхэ на поясе. Тот поморщился.

— Ого, вы ещё и воровством промышляете? Спас его, называется, а он у меня припасы отбирает, а?

— Так это чтоб вместе выжить, вместе.

— Вообще-то, помрёте вы — мне без разницы.

— Да куда там. Заражусь я — вы хоть все скопом наваливайтесь, а меня не убьёте.

— Самоуверенности у вас, блядь, хоть отбавляй.

— Так это же правда.

Хэ Джун, будто и не колебался только что, с невозмутимым лицом отпустил шутку, а Чо Ён Тхэ скосил на него взгляд. «Зря, что ли, спасал?» — похоже, думал он.

— А Пэк Чэ Ха? — озираясь по сторонам, спросил Хэ Джун. И тут же сзади подкатил тот, кого он искал.

— Здесь я, — коротко ответил Пэк Чэ Ха и кончиком подбородка указал вглубь бункера.

— Шин Ги Тхэ там, внутри?

Хэ Джун кивнул. Видя, как он вмиг сник, будто провинившийся, Пэк Чэ Ха слегка нахмурился. Но, вместо того чтобы указать ему на это, спросил о другом.

— Как плечо, которое ранили давеча?

Ведь это Хэ Джун получил пулю, прикрывая его. Как бы тот ни был ему противен, а справиться о здоровье — таков был человеческий долг. Он потому и спросил.

— Ты что, за меня переживаешь?

Лицо Хэ Джуна просияло. Он с заискивающей улыбкой придвинулся к Пэк Чэ Ха. Лицо того, напротив, помрачнело.

— Не мели чепухи. Раз идём — так живо вперёд. Убьём Шин Ги Тхэ и выберемся отсюда.

Хэ Джун слегка повёл глазами. Он услышал в голосе Пэк Чэ Ха затаённую теплоту и почувствовал, что она сродни прощению.

— Ты что, теперь меня простил?

— Нет.

— А чего тогда вместе идёшь драться?

— Потому что Шин Ги Тхэ мне одному не по зубам.

Хэ Джун слегка скривил губы.

— А убью Шин Ги Тхэ — простишь?

Тогда Пэк Чэ Ха поднял голову. Посмотрел снизу вверх на того, кто незаметно приблизился и взялся за рукоятки его коляски, поморгал, а затем усмехнулся.

— Посмотрим.

Лицо Хэ Джуна просияло ещё пуще. Он, толкая коляску Пэк Чэ Ха, ухмыльнулся.

— Стоит убить одного Шин Ги Тхэ — и всё решится. Ты только погоди.

Он пребывал в непривычно приподнятом настроении. С одной стороны, в нём сидела тревога за А Хён, но с другой — он лелеял смутную надежду: стоит теперь убить Шин Ги Тхэ, стоит тому исчезнуть — и всё разрешится.

«Убить Шин Ги Тхэ, а труп его скормить зараженным. А потом, вместе с А Хён, вытащить У Джу и проводить его… и тогда никакой беды, что встала бы у нас на пути, больше не будет». Так он думал, и на душе у него заметно полегчало.

Но прилетевшая пуля чиркнула Хэ Джуна по боку.

Хэ Джун перевёл взгляд туда, откуда был выпущен выстрел. Там, разумеется, стоял Шин Ги Тхэ, а рядом с ним высился гигантский зараженный.

Это был не обычный великан-зараженный. Тварь размером примерно с двухэтажный дом Хэ Джун видел впервые. Прикрыв собою Пэк Чэ Ха, он поспешно спрятался за укрытие.

— Это что такое? — спросил побледневший, как полотно, Пэк Чэ Ха.

— Такого огромного зараженного я и не видал. Нет, нет. Не в том даже дело — там, на теле зараженного…

— Лица.

В тело гиганта-зараженного были вмурованы десятки лиц. Точнее говоря, этот великан был образован из сросшихся тел обычных зараженных. Хэ Джуна давно уже так не мутило.

— Это что же, штука, собранная из зараженных?

Пэк Чэ Ха скрипнул зубами.

— Шин Ги Тхэ, ну и сволочь же ты ненормальная.

Хэ Джун был с ним согласен.

Но не было времени ругать Шин Ги Тхэ и злиться. Первым делом надо было поскорее с ним расправиться.

Пришедший в себя Хэ Джун, кое-как прижав к кровоточащему боку комок ваты, сказал:

— Пэк Чэ Ха, ты оставайся здесь. Пойдём мы с Чо Ён Тхэ.

Тогда лицо Пэк Чэ Ха скривилось.

— Ты тоже считаешь, что я не боевая единица?

Он выправил валявшуюся коляску и уселся в неё. А затем взял в руку толстое мачете.

— Не мели ерунды. Я тоже умею драться.

— Чэ Ха.

— Я — сзади. Ты — впереди.

— …

Хэ Джун задумался. Затевать тут с Пэк Чэ Ха словесную перепалку не было времени, а оглушать его и обездвиживать — слишком рискованно.

Он посмотрел на обе ноги Пэк Чэ Ха. На те две ноги, что не двигались, потому что до них не доходили нервные сигналы.

Он, лишённый власти над ногами, казался беспомощным, но подумалось и то, что выжить в таком состоянии до сих пор — это не случайная удача.

А главное, Хэ Джун проникся уверенностью, что должен верить своему единственному другу.

Хэ Джун, меняя магазин, сказал:

— Не сдохни.

— Сам не сдохни.

И они разом рванулись вперёд.

∗ ∗ ∗

Бой возобновился с выстрела дробовика Чо Ён Тхэ. Хэ Джун, уходя в мёртвую зону, куда не доставали атаки гиганта-зараженного, поливал его огнём.

Но обычным пистолетом с ним было не совладать. Чтобы целить в башку, надо знать, где она, а из-за десятков вмурованных лиц было непонятно, где его слабое место — голова.

Зараженный протянул к ногам Хэ Джуна огромную ручищу. Но Хэ Джун был не так прост, чтобы даться ему в лапы. Легко сделав в воздухе сальто, он вскочил на руку зараженного и, пробежав по ней, ринулся к его предполагаемой шее.

Пуля, выпущенная Чо Ён Тхэ, вгрызлась зараженному в плечо. Это случилось до того, как Хэ Джун успел повиснуть на шее зараженного: момент был выбран неудачно. Тело Хэ Джуна качнулось. Ещё чуть-чуть — и он сорвётся.

И ровно в этот миг находившийся под ногами зараженного Пэк Чэ Ха, завалив колёса коляски набок, сменил направление. Проезжая между ног твари, он вонзил мачете ей в ногу. Одновременно, соскользнув с коляски и провернувшись всем телом, с силой рассёк плоть до самой лодыжки.

Раскатился полный боли рёв зараженного. Улучив миг, пока тот пошатнулся, Хэ Джун ухватился за его руку и, как и Пэк Чэ Ха, провернулся вокруг себя. А затем побежал к шее твари, чтобы убить её, а после — Шин Ги Тхэ. Ещё, ещё, ещё!

Но летящая в него пуля оказалась быстрее, чем бег Хэ Джуна.

— Шин Хэ Джун!

Пуля угодила Хэ Джуну точно в грудь, и он тут же рухнул. Харкнув кровью, он схватился за грудь.

— Вот потому-то, — сказал целившийся в Хэ Джуна Шин Ги Тхэ.

— Не говорил ли я — иди за мной смирно.

Шин Ги Тхэ, опуская дуло, из которого ещё струился дым, цокнул языком.

— И чего ты так рвёшься навстречу смерти?

Цокнув языком, он снова навёл пистолет. Вид Шин Хэ Джуна на мушке был довольно жалок. Из плеча и бока хлестала кровь, а грудь всё сильнее наливалась багрянцем. Пусть он и из тех, у кого особая регенерация, но такое, надо думать, ему уже не осилить.

Но даже так — контрольный выстрел сделать было надо.

Ведь противник — выпестованный им самим военный пёс, Шин Хэ Джун.

Шин Ги Тхэ, положив палец на спусковой крючок, глядел на Хэ Джуна безучастными до предела глазами.

— Хм. Убиваю сына, а особой печали и нет.

— Брехня. Будто ты меня хоть раз за сына считал.

— Всё-то ты бранишься до последнего.

Ещё раз цокнув языком, Шин Ги Тхэ нажал на спусковой крючок.

Но упал не Хэ Джун, а Шин Ги Тхэ.

По протянутой от потолка верёвке спустилась не кто иная, как Мин А Хён. Со снайперской винтовкой, висевшей наискось на плече, она холодно смотрела сверху на Шин Ги Тхэ.

— Похоже, вы меня забыли.

— Ты!

— Как же ты забыл? После того, что за паскудство ты со мной учинил.

— Чокнутая тварь!

А Хён ногой крепко придавила руку бьющегося в агонии Шин Ги Тхэ и принялась рыться у него в карманах. Она искала тот переключатель, который он давеча держал в руке и которым можно было управлять резервуаром, где находился У Джу.

Отыскав переключатель, А Хён крепко стиснула его в кулаке.

— Не смей!

Шин Ги Тхэ пронзительно закричал.

◆ ◇ ◆ ◇ ◆

Спасибо, что дочитали!

Больше глав и продолжение — на сайте:
https://chaptify.ru/novel/6f73b7c6-8240-400f-8f53-236a1aa3e6a6

Поддержать перевод и читать раньше — на Бусти:
https://boosty.to/novelslab