Только увидев чёрные полосы на шерсти, она поняла, что это белый тигр.
Чап-чап-чап.
Подошедший белый тигрёнок уткнулся мордочкой прямо в рану на животе Ли Хи и принялся жадно лакать льющуюся кровь. Ей и без того казалось, что она умирает от невыносимой боли, но когда шершавый язык коснулся раны, она почувствовала, что конец действительно близок. Маленький зверь пил её кровь, не замечая, как белая шерсть вокруг его пасти становится пунцовой.
— Говорят, белые тигры — священные животные...
Он ещё такой маленький... где же его мать?
Смирившись со смертью, Ли Хи вдруг начала беспокоиться об этом одиноком священном детёныше. Чего только не случается перед самой смертью. Она слабо подняла руку и погладила пушистую спинку, пока тигрёнок, уткнувшись в её живот, увлечённо лакал кровь.
Тигрёнок вздрогнул, удивлённо поднял голову и уставился на Ли Хи своими красными глазами.
— У тебя есть мама? — спросила Ли Хи, прекрасно понимая, что животное не понимает человеческой речи.
Это был совсем маленький тигрёнок, так что мать наверняка должна быть где-то поблизости. И если она её заметит, Ли Хи точно станет её обедом, и от её тела не останется и следа.
— ...У меня нет мамы...
Тигрёнок слизнул кровь с мордочки красным языком и ответил.
Точнее, слова прозвучали прямо в её голове. Ли Хи поразилась. Она понимает язык животных! То, что матери нет рядом — это, конечно, хорошо для неё, но в то же время ей стало безумно жаль этого маленького зверёныша.
— Мама умерла.
— Да, я тоже скоро умру.
Облегчение накатило на неё от того, что перед смертью ей повстречался кто-то, пусть даже зверь, с кем можно было поговорить. По крайней мере, она умрёт не в одиночестве, дрожа от страха. Даже если это были предсмертные галлюцинации и слуховые обманы, это всё равно было лучше, чем умирать в тоске.
Дрожащими, посиневшими губами она прошептала это, гладя шёрстку маленького белого тигра.
— Почему?
Не понимая, почему Ли Хи говорит о своей скорой смерти, тигрёнок склонил голову набок, как маленький щенок.
— Потому что ты выпил всю мою кровь.
— Я, из-за меня умрёшь? Ты умрёшь? Потому что я выпил много крови?
— Угу.
Сознание снова начало мутиться. Подумав, что если она сейчас закроет глаза, то больше никогда их не откроет, Ли Хи ляпнула первое, что пришло в голову, лишь бы не отключаться. Услышав это, тигрёнок в ужасе подпрыгнул. Рука Ли Хи, лежавшая на его спине, безвольно упала на землю.
— Что делать? Что делать? Что делать?
Белый тигр, размером с небольшую собаку, начал суетливо метаться вокруг неё, и Ли Хи удалось немного прийти в себя.
— Что делать, если ты умрёшь из-за меня?
Кажется, она здорово напугала малыша.
Побледневшими губами Ли Хи попыталась тихонько сказать, что это не из-за него, но напуганный тигрёнок её не услышал. Он продолжал безумно носиться кругами. Каждый раз, когда она начинала проваливаться в забытье, он с размаху прыгал на неё, и она вздрагивала и просыпалась.
Было ясно, что он изо всех сил старается не дать ей потерять сознание.
— ...Если не хочешь... чтобы я умерла, может, спасёшь меня?
Или просто дай мне умереть спокойно.
Ли Хи была невероятно измотана. Ей так хотелось просто закрыть глаза и отдохнуть, но маленькие передние лапы то и дело били её по лицу, не давая даже сомкнуть веки, и она едва дышала. Услышав её бормотание, суетящийся тигрёнок вдруг замер, подошёл к самому её лицу и пристально посмотрел на неё.
— От тебя так вкусно пахнет.
Наверное, как зверю, ему нравился запах человеческой крови.
Не ответив, Ли Хи снова попыталась смежить тяжёлые веки, но тут шершавый язык принялся вылизывать всё её лицо. Он вылизывал даже её веки, заставляя их снова открыться. Казалось, на его языке были тысячи мелких иголок. От боли она опять немного пришла в себя.
— Р-р-р, приведите Бабушку-лекарку!
— Ох, маленький Хозяин Горы. Бабушка нас убьёт.
— Нельзя же просто так спасать людей? К тому же, если спасти такую благородную кровь, это будет прямым вмешательством в человеческие дела.
— Но она и так умирает, а если мы не выпустим её с горы, то и вмешательства не будет, верно?
— Думаешь?
— А ведь и правда?
— Кажется, можно и спасти...
— А кажется, Бабушка нас до полусмерти изобьёт...
Множество голосов, которые она слышала ранее, снова хаотично зазвучали в её голове. Поняв, что они обсуждают её, Ли Хи попыталась рассмотреть темнеющий лес, но видела лишь белого тигрёнка. Тот оскалил свои крошечные клыки в пустоту и громко залаял, как собака.
— Тогда я её спасу! — звонко выкрикнул тигрёнок.
— ...Ведь Хозяин этой горы — ты. Но тогда она перестанет быть и человеком, и йогви.
— Всё равно спасу!
— Тогда скорми ей свою шерсть. Лучшего источника жизненной энергии — ян — не найти. Правда, наш маленький Хозяин Горы такой крошечный, что даже если скормить всё, может не хватить...
— Тогда он станет ещё меньше? Он ведь только-только подрос, а если отдаст всю накопленную ян, то снова станет совсем малышом.
— Да? А нам-то какое дело?
— И то верно.
Со всех сторон доносились безответственные реплики. Ли Хи совершенно не понимала, о чём они говорят. В этот момент суетливо прыгающий белый тигр прямо на её глазах вдруг превратился в маленького ребёнка лет пяти-шести. Ли Хи потеряла дар речи и лишь завороженно наблюдала за этим невероятным зрелищем. Белые волосы ребёнка струились до самой поясницы. Мальчик ребром ладони провёл по волосам за ухом, и прядь тут же отделилась, превратившись в белый свет. Своими крошечными ручками он старательно скатал этот свет в шарик, а затем опустился на колени рядом с Ли Хи.
— Ешь. Съешь это и не умирай.
Шарик размером с детский кулачок ярко светился перед глазами Ли Хи. Она не могла понять, было ли всё это иллюзией, или причудливым сном, порождённым её отчаянным желанием выжить.
— Кто посмел осквернить запахом крови эту священную гору!
Внезапно раздался громоподобный крик, сотрясший гору, и ребёнок в испуге подпрыгнул.
— Бабушка-лекарка!
— Бабушка-лекарка пришла!
— Бежим!
— Если ударит своим посохом из поражённого молнией зизифуса — сто лет болеть будет!
Голоса, звучавшие поблизости, в панике удалялись.
— Пэк А, ах ты негодник!
— Уп!
Гневный голос приближался. В этот момент шарик света, похожий на круглый тток, скользнул в рот Ли Хи. Что-то невероятно сладкое и освежающее растеклось по её пересохшему рту.
— Что ты натворил, паршивец!
Бабушка-лекарка, безуспешно искавшая Пэк А по всей горе, почувствовала неладное и решила для начала пригрозить ему. Растить молодого Хозяина Горы было делом не из лёгких. Стоило лишь отвернуться, как он то подшучивал над людьми, то водился с токкэби, доводя её до инфаркта. А сегодня, как назло, неподалёку разразилась жестокая битва, и запах крови ветром донесло до самых вершин.
Заподозрив неладное, она пошла на запах крови и увидела человеческую девчонку и Пэк А в человеческом облике. Заметив коротко обрезанные волосы за его ухом, она поспешила метнуть посох, чтобы остановить его, но юркое маленькое тело оказалось проворнее.
Мальчишка силой впихнул свою ян в рот человеку. Он так старательно скатал её в аккуратный шарик на один укус, что, как только тот попал в рот девушки, он тут же исчез, и Бабушке-лекарке оставалось лишь беспомощно наблюдать за этим.
— Ах ты... ах ты...!
И за что мне досталась эта напасть?
Прежде чем начать сокрушаться о своей горькой доле, Бабушка-лекарка схватилась за ноющую шею и угрожающе стукнула концом посоха о землю. Запах крови с самого начала казался ей подозрительным. А увидев перемазанный красным рот Пэк А, она поняла, что он точно пил эту кровь.
— Она сказала, что умрёт, потому что я выпил всю её кровь. Поэтому я её спас.
Невинно распахнув глаза, Пэк А ответил с самым кротким выражением лица. А затем громко зевнул — видимо, потеря ян сильно его истощила.
— Кто тебе такое сказал?
— Эта. Вкусный человек.
Пэк А осторожно погладил маленькой ручкой лоб лежащей Ли Хи.
Огромная рана на её животе стремительно затягивалась благодаря ян Пэк А.
— Она тебя обманула! Она и без того бы умерла от этой раны!
— ...Обманула?
В глазах Пэк А, впервые в жизни обманутого человеком, читался неподдельный шок.
— Ты что, собираешься кормить её всю оставшуюся жизнь? Тебе ещё расти и расти до настоящего Хозяина Горы, а ты собираешься вот так же вливать в неё свою ян, чтобы она жила?! Она теперь и не человек, и не йогви. Она стала жизнью, за которую ты, даже не став ещё полноценным Хозяином, теперь несёшь ответственность!
Бабушка-лекарка видела остаток жизни лежащей Ли Хи.
Приди она хоть немного раньше, ничего бы этого не случилось, но было слишком поздно. Что Пэк А, который поддался животным инстинктам, привлечённый запахом благородной крови, что этот человек, обманувший дитя — оба стоили друг друга.
— Я... я должен нести ответственность?
Глаза Пэк А, услышавшего лишь то, что хотел услышать, радостно заблестели. Увидев его довольную физиономию, Бабушка-лекарка издала бессильный смешок и с размаху огрела его посохом по голове.
