— Сегодня я совсем в растерянности…

— Что-то случилось?

Элис нерешительно коснулась губ, с тревогой взвешивая, насколько далеко может зайти в рассказе, и в конце концов скривила рот.

— Уже несколько дней… я не могу связаться со своим братом.

Брат Элис. Услышав об отце близнецов Винчестер, Ванесса растерянно моргнула. Она даже не знала, что он находится в Ланте, а тут - внезапная потеря связи. Особенно в такое время… Как бы она ни старалась мыслить позитивно, в этот период это было просто невозможно. Ведь вероятность того, что он оказался в неприятной ситуации, была слишком высока.

— Я как-то мельком слышала, что у него есть крупные инвестиции в бизнес в Эрмане… Через несколько дней после прибытия мадемуазель Либерт я получила звонок, в котором он сказал, что собирается пересечь границу. Однако уже больше двух недель от него нет никаких известий…

Как только она заговорила на ингрэмском, даже самые деликатные темы полились из ее уст рекой. Похоже, ей очень хотелось найти человека, с которым можно было бы откровенно поговорить об этой ситуации. Её чувства были вполне понятны.

Ведь и сама Ванесса почувствовала облегчение, услышав родной язык на чужбине.

— Где-то три дня назад… на всякий случай я отправила человека на восток. Он обещал связаться до вчерашнего вечера… но связь с ним тоже прервалась…

— Наверное, ничего страшного не случилось. Вы же знаете: даже в разгар войны при захвате высокопоставленного аристократа со стороны противника дело переходит на этап переговоров о пленных. А ведь война ещё даже не началась.

Ванесса крепко сжала безвольно висящую руку Элис.

— Даже если маркиза и обнаружили, у них нет оснований для его задержания. Даже в худшем случае достаточно будет провести переговоры и заплатить выкуп.

От решительного тона Ванессы в глазах Элис мелькнул слабый проблеск надежды. Уголки глаз маркизы, покрытые едва заметными морщинками, слегка задрожали.

— Но ведь раньше мы связывались раз в неделю, а теперь даже связь с тем, кого я отправила, полностью прервалась, и я чувствую себя неспокойно без всякой причины…

— Говорят, что в преддверии войны перерезают все кабели связи между странами. Поэтому количество новостей, поступающих с востока, резко сократилось. Наверное, они просто не могут найти способ связаться с вами.

— …Я слышала, что беженцы уже начинают стекаться сюда. Премьер-министр Ланта вчера вечером объявил о нейтралитете. По словам моего мужа, поддерживать порядок силами одной только местной полиции становится всё труднее.

— Действительно, похоже, в Амьене стало больше людей, как вы и сказали. Только сегодня…

Ванесса не договорила. Ей показалось неуместным сейчас говорить о беспорядках с беженцами, произошедших на трамвайной остановке. Элис с обеспокоенным выражением лица ещё раз крепко сжала её руку, а затем отпустила и продолжила:

— Впредь обязательно пользуйтесь машиной для поездок сюда и обратно.

В этот момент вошла горничная и поставила на стол киш и чашки с чаем. Чай, от которого поднимался пар, и еда вернули им немного тепла. Как только тёплый киш оказался в желудке, Элис, похоже, немного пришла в себя.

— …Я слишком много говорила о себе. А как дела у вас, мадемуазель Либерт? Вам здесь нравится?

— Все так хорошо ко мне относятся. Благодаря этому я значительно улучшила свой лантский.

— А как дела у Луи?

— Юный маркиз де Полиньяк хорошо справляется с уроками. У него отличная концентрация внимания.

— Правда? Наш Луи!?

Желая хоть чем-то её подбодрить, Ванесса поспешно достала из сумки дневник экспериментов. Раскрыв страницу, которую они в последний раз заполняли вместе, она протянула его Элис.

— К алгебре он, похоже, не испытывает особого интереса, но гораздо быстрее понимает науку, если объяснять понятия с помощью экспериментов. В последнее время он полностью поглощен созданием электрических цепей. С завтрашнего дня должны прийти заказанные геометрические фигуры, так что, похоже, наконец-то мы сможем начать уроки геометрии.

Только тогда на бледном лице Элис, взявшей дневник, расцвела улыбка.

— Слышать одно только это уже так радует меня.

Ванесса посмотрела на Элис и улыбнулась в ответ. Работа гувернанткой оказалась гораздо более значимой, чем она себе когда-то представляла. В Ингрэме она даже не осмеливалась об этом думать. Ведь работа в чужой семье за зарплату не только испортила бы ей репутацию, но и поставила бы в неловкое положение её друзей.

Но здесь она чувствовала себя свободно. Ей нравилась атмосфера, в которой ценился труд, а люди были сердечными и добрыми. Всё было для неё в новинку, и, учитывая изменения, происходящие с её телом, это было непросто, но и не настолько безнадёжно.

Теперь она могла только надеяться, что такие дни - этот хрупкий, как тонкий лёд, покой - продлятся ещё немного. Ванесса, словно молясь, крепко сжала чашку в ладонях.

 

***

 

— А, Теодор.

Первое, что бросилось в глаза, как только он открыл дверь, - это золотистые локоны, выбившиеся из-под шляпки. Теодор без всякого выражения медленно опустил взгляд вниз. Белая блузка и аккуратная юбка, ухоженные туфли и улыбка.

Её намерения были настолько откровенны, что граничили с вульгарностью. Потому что Хейли Мортон намеренно напоминала кого-то каждой вещью, которую носила на себе. Теодор, не отрывая руки от дверной ручки, на мгновение прислушался к звукам в коридоре. Приближающихся шагов Эдгара не было слышно. Похоже, он намеренно держался на расстоянии, услышав от Нормана, что в доме есть гости.

 «……»

Герцог на мгновение замер, уставившись на Хейли Мортон, а затем медленно отошел. От его молчания шея женщины слегка покраснела.

— Поскольку мы скоро поженимся, мне кажется, что теперь пора называть вас по имени. Если моё поведение показалось вам слишком резким, я подожду ещё немного, пока вы не дадите на это своё разрешение.

— …….

— Я немного изменила прическу, как вам? Сейчас в моде окрашивание волос. Я решила попробовать, ведь не только я, но и все вокруг так делают… Но, похоже, светлые волосы мне не очень идут, да?

Он прошел мимо женщины и подошел к столу. Положив на стол толстый отчет, который держал в руках, он обернулся.

— Кто вас сюда впустил?

— …Я навещала вашу бабушку и уже собиралась уходить, когда услышала, что вы как раз дома, и попросила Нормана об одолжении. Я знаю, что вы заняты, но мне очень хотелось с вами увидеться. За последние несколько недель мы так и не смогли как следует поговорить, да и слухи, которые доходят…

Хейли на мгновение замолчала, прервав свои долгие объяснения.

— …Я слышала, что вы вызвались добровольцем в первый контингент войск. Это правда?

— Я только что вернулся после передачи этого послания. Вы уже знаете о том, что еще не было одобрено сверху.

На щеках женщины, с трудом сдерживающей свою гордость, исчез румянец. Хейли слегка прикусила губу.

— Простите, если я вас обидела. Я не могла позволить себе узнать новости о моём женихе из газеты.

Хейли Мортон нервно продолжила говорить:

— В любом случае, услышав об этом, мой отец… хочет, чтобы мы немного поторопились со свадьбой. По-видимому, он опасается, что перед вашей отправкой на фронт у него возникнут сложности с вопросом преемственности.

— Мисс Мортон.

— Свадьба запланирована на следующую весну, но не стоит ждать, пока потеплеет, лучше сначала подать заявление о браке уже на этой неделе…

— Леди Хейли.

Он снова перебил женщину, которая делала вид, что не слышит его.

— Разве у вас нет других слов, которые вы должны сказать мне перед этим?

— …Сказать? Я… Вашей Светлости?

Он старался быть максимально объективным в оценке поведения этой женщины. Обстоятельств было достаточно, но не осталось ни единого доказательства. Хотя он и понимал, что она угрожала Ванессе и солгала об условиях их сделки, чтобы вынудить её сбежать.

Хейли Мортон, пристально вглядывавшаяся в Теодора, вскоре ослепительно улыбнулась, словно ничего не понимает.

— Ну, не знаю. Вы хотите услышать от меня что-то конкретное?

Теодор посмотрел на женщину тяжёлым, мрачным взглядом. Да. По правде говоря, долгие объяснения были излишни. Не было необходимости даже поднимать эмоциональные вопросы. Они буквально заключили сделку, и, поскольку одна сторона понесла односторонний ущерб, не было причин продолжать отношения.

Теодор достал отчёт из ящика стола и подтолкнул его в её сторону. Взгляд женщины следил за его движением и остановился на листе бумаги. Казалось, она сразу же поняла, что это такое, и её лицо резко изменилось.

— Активы Мортона оказались не такими большими, как можно было предположить со стороны. Точнее, он выбрал неверное направление для инвестиций. В ситуации, когда было очевидно, что начнется война, он вложился в права на строительство железных дорог в Новом Свете.

— Это ложная информация.

— ……

— Это всё клевета и мошенничество.

— И то, что особняк Мортона вот-вот будет выставлен на аукцион?

В карих глазах женщины, которая смотрела на него, стиснув зубы, навернулись слёзы. Её покрасневшее лицо побледнело. Именно в этот момент, в затянувшейся тишине, Теодор отвернулся.

— Я могу всё объяснить.

Дрожащие губы с трудом выдали оправдание:

— Да, особняк заложен, но это не такая уж большая проблема. Конечно, я согласна с вами, что это было чрезмерно рискованное вложение средств.

— ……

— С тех пор как мой младший брат… погиб, отец совершенно изменился. Наверное, из-за душевной пустоты он часто общался с незнакомыми людьми и импульсивно пробовал себя в том, чем никогда раньше не занимался… Эта инвестиция тоже была частью этого.

— ……

— Но ещё можно всё исправить.

В карих глазах Хейли Мортон мелькнул необычный блеск.

— Нужно только немного больше капитала. Мы выкупаем доли даже тех, кто хочет выйти из дела. Если мы просто продержимся, когда война закончится, понадобится гораздо больше железных дорог для перевозки грузов. Тогда мы сможем быстро вернуть свои инвестиции.

Отчаянные слова Хейли Мортон на первый взгляд были верны. Если у них будет достаточно активов, чтобы продержаться до конца войны, если у них будет достаточно наличных денег, чтобы должным образом справляться с накопившимися векселями… и если до тех пор они смогут поддерживать свою связь с Баттенбергом.

 

Перевод Light of Love

https://boosty.to/lightoflove21