Только тогда ей стало немного понятно чрезмерное радушие и любезность маркизы. Леди из рода Сомерсет? Поскольку Элис уже давно уехала из Ингрэма, для нее это имя, видимо, по-прежнему звучало как имя уважаемого аристократического рода.

Хотя это и не было ее намерением, ей стало неловко от того, что, похоже, она обманула маркизу. Ванесса слегка покраснела и поспешно ответила:

— В Ингрэме я… не была в столь благоприятном положении.

— Тем не менее, работать гувернанткой будет непросто.

Как и опасалась Элис, в высшем обществе скрытое презрение к гувернанткам было повсеместным. Ее социальное положение и без того было не слишком высоким, и, что еще хуже, она была незамужней и беременной. Ванесса крепко сжала руки, лежащие на коленях. Она уже была готова к тому, что на неё будут смотреть с предубеждением.

— Я хочу откладывать деньги, пока есть такая возможность, пусть даже совсем немного. Ведь кто знает, что может случиться в будущем.

Элис пристально посмотрела на Ванессу, а затем спросила на беглом лантском языке.

— [Вы хорошо учились?]

— [Мне стыдно признаться, но я училась довольно неплохо.]

Скромно ответив, Ванесса открыла сумку и достала коробки с медалями, врученными ей за отличную успеваемость, а также аттестаты. Это были первые вещи, которые она взяла с собой, когда решила уехать.

Ведь это было её собственное достижение, которое никто не мог у неё отнять или легкомысленно принизить.

— [Я подумала, что было бы неплохо работать гувернанткой, поэтому привезла все аттестаты за последние три года. Правда, я не очень свободно говорю на лантском, так как давно им не пользовалась.]

— Ой! Это же Сент-Луис! Да ещё и лучшая в классе по всем предметам?

В тот момент в ласковых карих глазах Элис заблестел огонек. Она, как маленький ребёнок, радостно захлопала в ладоши.

— Тогда давайте поступим так.

Энтузиазм, исходящий из ее глаз, был настолько сильным, что казалось, будто лучистое тепло распространяется во все стороны.

— У меня есть сын, которому в следующем году исполнится одиннадцать лет. Во всём остальном всё в порядке, но он совершенно безнадежен в математике и естественных науках. И с ингрэмским языком он не прогрессирует так, как мне бы хотелось. Честно говоря, он упрямо настаивает на том, чтобы говорить только на лантском.

Элис сняла с шеи кулон в виде медальона и показала фотографию маленького мальчика, которая была внутри. Улыбка этого жизнерадостного ребенка чем-то напоминала улыбку Розалин. Увидев его, она сама невольно слегка улыбнулась.

— Как насчёт того, чтобы вы приезжали пять раз в неделю и занимались с моим сыном? Необязательно жить в особняке вместе с нами. Два часа математики утром, обед здесь вместе с нашими слугами, а днём ещё два часа естественных наук - это было бы идеально.

— Конечно, я вам очень благодарна, и это отличное предложение, но…

Ванесса с нерешительным выражением лица запнулась. Правильно ли будет постоянно общаться с местной высокопоставленной аристократией? Ведь изначально она согласилась на предложение Блэра поехать к его тёте именно из-за особенностей местной культуры. Здесь невозможно было найти жильё без посредничества кого-то из местных, кому можно доверять.

Поэтому она собиралась просто забрать ключи от квартиры и больше не связываться с этой семьей…

— Пожалуйста, не отказывайтесь. Сейчас очень трудно найти хорошо образованную гувернантку. Я не буду просить ничего больше. Хотя, если у вас возникнут какие-то неудобства во время пребывания в Амьене, я, конечно, постараюсь помочь.

— ……

— Позволь сделать хотя бы это для подруги Блэра.

***

Ванесса, выйдя из машины вслед за Элис, медленно огляделась по сторонам. Улица, застроенная зданиями, была чистой, а фасады домов - аккуратными. Это не был элитный район, где обитает высшее общество, но все же место, по крайней мере, не лишенное достоинства.

Открыв железную дверь и поднявшись по чистой лестнице на верхний этаж, она увидела три деревянные двери с номерными табличками. В присутствии Элис Ванесса аккуратно подписала документы о сделке и уплатила остаток суммы. После этого она получила от управляющего зданием ключ с соответствующим номером.

— Здесь было так пусто, что я немного обставила комнату мебелью, которой пользовались слуги. Тем не менее вам нужно будет кое-что докупить. Кажется, здесь даже нет одеяла, чтобы укрыться ночью.

— Большое спасибо, мадам.

— Зовите меня просто Элис. В следующий раз, когда мы увидимся, я буду называть вас мадемуазель Либерт.

Мадемуазель Либерт. Ванесса на мгновение замялась, не привыкнув к этому обращению. Заметив её нерешительность, Элис улыбнулась и покачала головой.

— Прежде всего, вам лучше побыстрее привыкнуть к новому имени. Если вы будете вести себя так же неловко, как сейчас, кто-нибудь может догадаться, что вы скрываете своё происхождение.

— Я постараюсь.

— Сегодня распакуйте вещи и хорошенько отдохните. Занятия начнутся в следующий понедельник.

Элис еще раз оглядела здание изнутри, похлопала ее по плечу, сказав, что провожать ее не нужно, и спустилась по лестнице. Ванесса подняла кожаную сумку, которую поставила на пол, и вставила ключ в дверной замок.

Как только дверь открылась, первое, что бросилось ей в глаза, был светлый балкон. Через широко распахнутое большое окно в гостиную лился тёплый осенний солнечный свет, а белые занавески колыхались на ветру. По углам стояли скромный сервант и комод, добротное кресло-качалка и широкий стол, который можно было использовать как обеденный, а камин был аккуратно приведён в порядок.

Открыв дверь, которая, как ей показалось, вела в кладовую, она обнаружила даже спальню, которая, хоть и была заполнена лишь кроватью, выглядела уютной. Ванесса положила сумку на кровать и вышла на балкон. Осторожно прислонившись к перилам, она посмотрела на далекий пейзаж.

Красивая улица, усаженная вечнозелёными деревьями, высокая белая колокольня, едва слышный детский смех из переулка, а также фигура мужчины на велосипеде и девочка, идущая с пакетом продуктов. Когда вдалеке трамвай медленно подъехал к станции, белые голуби синхронно взмыли в небо. От этого умиротворяющего пейзажа ее душа сама собой успокоилась.

— Хорошо…

Эта мысль вырвалась непроизвольно. Тревога, которую она испытывала, уезжая из Ингрэма, исчезла без следа. Ей казалось, что она наконец-то оказалась в той самой комнате, о которой так мечтала с детства, в своей собственной комнате, где можно было чувствовать себя в безопасности. Ванесса улыбнулась, испытывая глубокое облегчение. В ней нарастала уверенность, что отныне она сможет справиться с чем угодно.

Похоже, ее отъезд был действительно правильным решением.

***

Он чувствовал себя на грани. Когда в последний раз он смог нормально сомкнуть глаза и по-настоящему заснуть? Три дня назад? Неделю? Казалось, прошло уже больше десяти дней.  Усталость, давящая на все тело, никак не проходила, и вместе с ней постепенно его чувства притуплялись.

Теодор мокрыми руками откинул растрепанные волосы назад. Капли воды, скользнув по его шероховатой коже, задержались на острой линии подбородка, а затем с шумом упали на поверхность раковины, наполненной водой. Его холодный, строгий взгляд внезапно исказился.

«……»

Он медленно поднял голову и посмотрел в зеркало перед собой. Отражение в нем было незнакомым, словно он видел его впервые. По крайней мере, это был мужчина с лицом, которое он никогда раньше не видел. Раздражительный, тревожный, отчаянный, словно голодный зверь… Несомненно, была только одна причина, по которой он дошёл до этого.

Это началось с того момента, как этот зловещий, возможно, ужасный сон стал преследовать его и днём, и ночью. Сон всегда начинался с вида со спины. Золотистые волосы, ниспадающие как вуаль, прекрасный сад, нежные руки, поднимающие бегущего навстречу щенка, женщина, оборачивающаяся, почувствовав его присутствие. Яркая улыбка.

«Теодор».

Момент, когда он слышал этот голос, был самым ужасным. Потому что он сразу осознавал, что это сон. Понимал, что это галлюцинация, голос в голове, ужасное, отвратительное болото. Проснувшись, он больше не мог заснуть. Это было похоже на трясину, из которой не было абсолютно никакого выхода. Он точно знал, что что-то идёт не так, но не знал, как это исправить, и это его душило.

Леди Ванесса больше не должна была быть для него чем-то особенным. Его тронули её слова о том, что она не собирается бежать, и пленили искренние попытки выстоять. Её честность, её стремление всегда ставить интересы окружающих на первое место, независимо от ситуации, вызывали восхищение.

Но в конце концов она исчезла. Нарушив все те обещания, которые так сладко произносила своими маленькими губками. Нет причин вспоминать такую женщину. Нет причин скучать по ней. И все же, очень редко…

«……»

Он медленно успокоил свое прерывистое дыхание. Сознательно повторяя: вдох, выдох, снова вдох… Возможно, мучения возникли от того, что он не мог ее понять.

Почему она разорвала отношения таким образом? Когда начала это планировать? Неужели не было другого выхода, кроме как уйти? С какого момента она перестала с ним разговаривать…? Иногда ему всё ещё не верилось.

В то, что между ними не осталось абсолютно ничего.

Перевод Light of Love

https://boosty.to/lightoflove21